Лаванда Рейн и тайна ковена - Джессика Ренвик

от одной мысли, что придётся снова проваливаться в зеркало. Но Рози права: если мы поднимемся в библиотеку и будем там ждать, то кто нас найдёт? Может быть, Сара. Или даже Блейз. Да, Сара его предала и обманула – но это ещё не значит, что он хороший человек. Он не возражал против заточения хранителей в шкатулке-тюрьме. К тому же, если я хочу доказать Рози, что действительно сожалею о своих словах, я должна совершить какой-то значимый поступок. Прыгнуть в зеркало – это же будет сильно, да?

Не глядя на Рози и Итана, я иду к зеркалу, стараясь подавить страх. Улыбка Олвен становится шире, а я кладу обе руки на раму. Мир вокруг накреняется, и я слышу жужжание в ушах, когда вновь проваливаюсь в пустоту.

Глава девятая

Я приземляюсь на бок и сильно ударяюсь локтем о холодный бетонный пол. Руку пронзает острая боль, и я подавляю вскрик.

Комната выглядит так же, как и прежде, но теперь здесь темно. Единственный источник света – маленький трепещущий огонёк у дальнего книжного шкафа. Когда глаза привыкают к полумраку, я понимаю, что это кто-то держит в руках свечу. К нему склонились ещё двое, до меня доносятся их приглушённые голоса.

Женский голос звучит напряжённо:

– Хейзел убьёт нас за то, что мы взяли книгу-ключ. В ней должен был быть только пароль от лестницы.

Потом я узнаю хриплый голос Блейза:

– Нет, Никс убьёт нас, если мы ничего не предпримем. Причём немедленно. Уилнот, ты нашёл гримуар?

– Нашёл.

От группы отделяется высокий худой человек, идёт к постаменту и кладёт на него две книги. Его низкий голос разносится по всей комнате:

– А Хейзел поймёт. Мы делаем это, чтобы спасти ковен. Она поверит нам после того, что случится сегодня вечером, когда Никс не сможет заколдовать стратагему и заточить нас в ней. – Он поводит рукой в сторону женщины, которая держит свечу – Олвен, как я понимаю. – Посвети мне, чтобы я видел, что делаю.

Получается, настоящее имя Сары – Никс. Мне становится жутко, когда я представляю, что она собиралась лишить сил людей, которые должны были быть её друзьями. Если она была готова так поступить с ковеном – то что она сделает со мной и моей мамой, если мы не отдадим ей стратагему?!

Олвен и Блейз подходят к Уилноту, и Олвен светит свечой на книги. Теперь, когда они все склонились над пламенем, я различаю их черты: пышные белокурые волосы Олвен, тонкие губы и ярко-зелёные глаза Блейза, высокие скулы Уилнота и его кожу насыщенного смуглого оттенка.

– Мне осталось всего лишь перенести сведения из гримуара в ключ-книгу, – говорит Уилнот. – Когда я закончу, в гримуаре останутся только исковерканные слова и смазанные сигилы. Никс ничего не разберёт.

– Она ни за что не догадается заглянуть в ключ-книгу, – улыбается Блейз. – Она не настолько хитроумна, как считает сама.

Беспокойное выражение на лице Олвен сменяется ехидной ухмылкой:

– А когда у неё ничего не выйдет с заклятием, Хейзел узнает, что Никс хотела нас предать. И тогда мы наконец-то вышвырнем эту чертовку из ковена.

Уилнот закрывает глаза и начинает что-то напевать без слов. Из его рук на книгу падают оранжевые искры. Я хочу подойти на шаг ближе, но ледяные пальцы хватают меня за запястье и тащат в зеркало. На этот раз я задерживаю дыхание, надеясь, что, когда я опять провалюсь сквозь жидкое стекло, жужжание будет не таким громким.

Бам! Бам! Бам!

Сильная рука Итана хватает меня за плечо, и я трясу головой и моргаю. Я опять в своём времени, и Итан стоит надо мной.

– Ты в порядке? – спрашивает он, помогая мне подняться на ноги.

– В порядке. Где Рози?

Бам! Бам! Бам!

Итан оглядывается на дверь, и я вижу Рози – она стоит, обхватив себя руками. Удары повторяются, и Рози делает шаг назад.

– Кто-то уже минут пять стучит в дверь, – говорит Итан. – Мы не хотели открывать, как ты понимаешь: вдруг это Сара или Блейз.

– Если Блейз, то все хорошо, – говорю я. Не успевает Итан спросить почему, как я уже бросаюсь к двери.

– Кто там? – кричу я.

Стук прекращается, и с другой стороны раздаётся сиплый голос:

– Уборщик. Я пришёл вас выпустить.

Рози смотрит на меня, на лице у неё явно написан страх, но я ободряюще киваю ей:

– Всё хорошо. В воспоминании он был на стороне добра и хотел остановить Никс. Там были он, Уилнот и Олвен. Давай его впустим.

Уже не сомневаясь, что мы в безопасности, я иду к двери и распахиваю её.

С той стороны действительно Блейз, но с ним что-то не то. Он не стоит – он парит. Голова свесилась на грудь, плечи обмякли, а глаза закрыты.

От страха у меня по спине бегут мурашки.

– Блейз?

Из-за его спины раздаётся злобный смех, и знакомая женщина с бирюзовыми волосами выходит из тени туннеля, одну руку она держит над головой. Сара! Она щёлкает пальцами – и Блейз бессильно валится на пол.

Рози визжит, а у меня подгибаются колени, но я всё-таки пытаюсь захлопнуть дверь у Сары перед носом. Но она налегает на неё, распахивает ещё шире, и её кроваво-красные губы складываются в злорадную улыбку:

– Ну как вам моя магия, деточки? Я ещё столько всего хочу вам показать.

Глава десятая

Я хватаю Рози под руку и тащу её прочь от этой ужасной женщины. Позади неё Блейз по-прежнему лежит на полу. Он стонет, но не поднимается.

– Сара, – говорю я, пытаясь сохранить спокойный тон. Она не знает, что нам известно её настоящее имя – Никс. – Что вы здесь делаете?

Она окидывает взглядом меня, Итана и Рози, как будто пытаясь определить, что именно нам известно о ковене и её поступках, и вскидывает бровь:

– По-моему, правильнее спросить: что вы трое здесь делаете? Откуда вы узнали про это тайное место? Вам показала Олвен?

– Кто? – спрашивает Итан, явно стараясь, чтобы голос звучал невинно, но срывается чуть ли не на визг. – Мы просто нашли книгу про клевер, и дверь открылась…

– Чушь! – рявкает Сара. – Кто из вас знает, как читать тот символ? – Она по очереди указывает длинным ухоженным ногтем на каждого из нас.

– Ты из хранителей, – шипит она, глядя на меня. – Твоя мать всё разузнала и рассказала тебе? Твой дед оставил подсказку?

– Н-нет! – У меня перехватывает дыхание. – Это вышло случайно, честное слово. Просто отпусти нас домой. Нам больше ничего не нужно.

– Слишком поздно, малявки. – Сара резко проводит рукой по воздуху – и дверь