Дверь в сад чудовищ - Дамарис Янг

Однако я чирикнула, вспоминая голос морского тигра.

– Чи-р-р-рип-п-п…

Шторм удивлённо мигнул. Я инстинктивно мигнула в ответ, и он зевнул, обнажив дьявольски острые резцы.

Облизнув пересохшие губы, я свистнула ещё раз.

– Чи-р-р-рип-п-п…

Шторм выбрался из зарослей тростника и двинулся прямо ко мне. Я резко выдохнула.

Он неспешно подошёл ближе и вдруг, к моему величайшему изумлению, замурлыкал. От этих звуков всколыхнулся воздух. Я замерла. Он приблизился ещё немного и слегка боднул меня огромной головой в плечо, а я чуть не потеряла равновесие.

Что-то в мире изменилось: грозное существо мурлыкало и мягко толкало меня словно игривый котёнок. Ноги резко ослабели и подкосились. Теперь, когда нас не разделяли прутья решётки, я заметила золотые искорки в глазах тигра и перекатывающиеся мускулы под полосатой шерстью.

Когти огромных перепончатых лап громко стучали по гравиево-галечной дорожке. Я не чувствовала страха, который должна была испытывать, зная, что это существо способно одним махом снести мою голову с плеч. Скорее я была ошеломлена.

Но следовало вернуть тигра в вольер.

Пойдёт ли он за мной? Я вынула руки из карманов и зашагала к вольеру. Шторм помедлил и двинулся за мной, шлёпая приплюснутым хвостом по дорожке.

Когда мы достигли вольера, я шагнула в сторону, пропуская Шторма внутрь. Но морской тигр сел на задние лапы, обернул вокруг них хвост и мрачно уставился на меня.

– Не хочешь домой? – шепнула я и заглянула в клетку.

Она была слишком мала. Пруд опять помутнел – на поверхности появилась грязь. Неудивительно, что тигр не собирался сюда возвращаться.

– Боюсь, всё-таки придётся. Не могу я оставить тебя разгуливать по оранжерее. Вдруг тебя увидят?

Мистер Джонсон точно рассвирепеет, если обнаружит хищника на свободе. На всякий случай я глянула через плечо, не подкрался ли он уже откуда-нибудь. К счастью, мы со Штормом были одни. Пока.

Морской тигр дёрнул хвостом и мигнул, глядя мимо меня на клетку. А я вдруг вспомнила, что заранее принесла ему на завтрак рыбу. Я вынула рыбину из тачки и помахала ею в воздухе.

Потом я бросила её в вольер, и она шлёпнулась на твёрдый грязный пол.

Морской тигр потянул носом воздух, прошествовал мимо меня к вольеру, шлёпая перепончатыми лапами, скользнул в открытую дверь и вцепился в рыбу с такой жадностью, что я невольно поёжилась. Поскольку замок был сломан, мне пришлось намотать цепь на дверную ручку и продеть её сквозь решётку, а затем для верности воткнуть туда ещё и лопату, которая лежала неподалёку.

Нужно удвоить бдительность. Если что-то случится с кем-нибудь из животных или людей, я никогда не смогу себе этого простить.

Почувствовав, что вольер заперт, Шторм оторвался от завтрака и посмотрел на меня как на предательницу. Мне сразу стало не по себе. Я воспользовалась доверием морского тигра и заманила его в ловушку. Не думала я, принимаясь за эту работу, что буду вынуждена пойти на такое.

А потом я встрепенулась. Грифф всё ещё сидел в сарае.

Как только я открыла дверь, Грифф, весь красный от возмущения, вырвался наружу.

– Так нечестно, Кора! – завопил он. – Ты не должна была запирать меня!

– Я сделала это для твоего же блага! – запротестовала я. – Тебе опасно было выходить, пока морской тигр разгуливал на свободе. Я вернула его в вольер, а ты не пострадал.

– Я тебе не зверушка, чтобы за мной присматривать! – заорал Грифф. – Ты не имела права меня запирать. Я твой друг. И мы должны заботиться друг о друге.

– Извини, – проронила я, понурив голову, мне стало стыдно.

Но Гриффа точно ветром сдуло. Остаток дня парнишка избегал меня и ни разу не появился поблизости от оранжереи.

Не было Гриффа и на кухне, когда я пришла туда, чтобы сделать сэндвич на обед. Беата тоже куда-то пропала, возможно, она боролась с беспорядком в особняке. Внезапно я почувствовала себя очень одинокой.

До переселения в Дайспер Холл мне хватало общества зверей и птиц. Больше мне никто и не был нужен. Но теперь я остро чувствовала, что мне необходимо помириться с Гриффом. Мысль о том, что он злится на меня, оказалась невыносима. И к ней присоединилась другая мысль, ещё более нестерпимая: а вдруг он уже никогда не захочет общаться со мной?

Днём облака над Дайспер Холлом выглядели особенно мрачными. Я нашла новый замок для вольера морского тигра и проверила на прочность. Как всё-таки странно, что старый замок почему-то сломался. От этого на душе скребли кошки. Теперь надо всегда хорошенько проверять, закрыт ли вольер как следует.

Выполнив каждодневные обязанности, я поднялась на чердак, стараясь не попасться на глаза ни Беате, ни мистеру Джонсону, ни леди Кавендиш. Единственный, кого я хотела видеть, – это Грифф, но парнишка пока меня избегал.

В окошко чердака стучал ветер, и холодный сквозняк тянулся по полу, задевая босые ноги. Несмотря на лето, Дайспер Холл по-зимнему хмурился, а его башни упорно прятались в глухую пелену облаков.

Я дождалась, когда дом затихнет. А потом спустилась по тайному переходу.

На этот раз я захватила с собой одеяла. Очутившись в комнатке, сразу зажгла лампу, которая озарила жилище пангеи тёплым светом. Но размеры помещения напомнили мне о тесном вольере морского тигра и о том, как я обманом заманила зверя в клетку вскоре после того, как он успел вкусить свободы.

При виде пангеи меня с новой силой охватили угрызения совести.

Она свернулась клубочком в углу и даже не взглянула на меня, когда я вошла. При свете лампы я заметила, что её листья начали вянуть и желтеть. Папоротники покрылись ржавыми пятнами, а лепестки цветов стали осыпаться на пол.

– О, Папоротник, – прошептала я. – Что с тобой?

На самом деле я знала, что с ней.

Ведь в книге «СУЩЕСТВА ИЗ ЧЕТЫРЁХ СФЕР» было написано:

«В темноте пангея не получает должного развития, но, если поместить её в правильные условия, на свежем воздухе и при солнечном свете она превращается в остров, на котором формируется особая экосистема с любопытной флорой и фауной».

Для того чтобы цвести, пангее требовался солнечный свет.

Я не могла сдержать слёз. Устроив гнёздышко из одеял, я свернулась калачиком рядом с ней и прижалась мокрой щекой к мохнатому боку. После всего, что случилось сегодня, – бегства Шторма, его возвращения в тесный вольер, а теперь ещё и внезапной болезни пангеи – я уже начала сомневаться, что гожусь в смотрители бестиария.

Я-то думала, что эта работа обернётся настоящим приключением: