Ключ-стражи - Анастасия Шакирова

– А? – шепотом отозвался рыжий.

– Что тут происходит вообще? – прошипела я ему в ухо.

– Военный совет.

– Ругать будут?

– Пока что они друг на друга ругались. Почему да почему Ланс поперся в лес один...

– П-потому что мои друзья склонны с-сначала атаковать, а потом разбираться, – отозвался светловолосый, который с другого конца комнаты как-то уловил наш еле слышный шепот. – И п-потому что я вовсе не был уверен, что д-действительно чувствую магию Хаоса.

Ланс печально осмотрел скелет гоблина, зачем-то заглянул ему в зубы, потом вытянул один стул из ряда в центр комнаты и уселся на него. Ну вот, а я уже думала, куда он пристроится – на люстру или на шкаф, учитывая нестандартные местонахождения его приятелей.

Воцарилась тишина, еще не зловещая, но уже немного нервная. Рэн смотрел на Лиарру, Лиарра – в окно, госпожа Матильда взглядом пыталась передать все, что она думает по моему поводу, я, старательно избегая ее ледяных глаз, созерцала окрестности (а точнее, Зелля на столе и книжный шкаф – они были аккурат в другой стороне). Зелль как-то умудрялся рассеянно смотреть в никуда сквозь нас всех. Ланс терпеливо молчал, ожидая, кто первый заговорит. Не дождавшись, вздохнул и сообщил:

– Мне кажется, учитывая ситуацию, д-детям нужно хоть что-то рассказать. Иначе за п-последствия я не ручаюсь.

«Детям»?!

– Если их запереть где-нибудь на пару недель, не будет никаких последствий, – мурлыкнула Лиарра, любуясь своими длинными ногтями.

«Запереть»?!

Обидевшись на весь белый свет, я вытащила теневую свинюшку из кармана куртки и посадила себе на колени. Зверек сразу растянулся во всю длину и замурлыкал, требуя, чтобы его гладили. Рэн разинул рот, потом подумал и закрыл. И тоже потянулся погладить.

Ожидаемого ажиотажа тварька не вызвала – только Зелль как-то странно хмыкнул да Лиарра пробормотала «разводят пакость всякую». А я-то думала...

– Лиа, – упорно гнул свою линию Ланс. – Им надо п-показать. Маннэке уже открывала д-двери.

Лиарра мученически вздохнула, возведя к потолку фиалковые глаза. Потом легко спрыгнула с подоконника, подошла к поднявшемуся навстречу ей Лансу. Протянула узкую кисть, словно для пожатия…. Или, скорее, для поцелуя.

Белоснежная вспышка! Мы с Рэном шарахнулись, хорошо, что рядом была стена – иначе норма опрокинутых стульев за день была бы перевыполнена. Госпожа Матильда и Зелль даже не вздрогнули. Я проморгалась, прогоняя желтые сполохи под веками.

Ланса не было. На ладони неподвижной Лиарры лежал бронзовый ключ с головкой в виде причудливой птицы. Вторая вспышка – и перед нами предстал Ланс, такой же, как и всегда, даже волосы не растрепались.

– П-поняли? – он повернулся к нам.

Мы переглянулись. Кивнули. Потом я, спохватившись, замотала головой:

– Что это было вообще такое? Почему в ключ? Что за двери он открывает?

– Точно в подвал не хотите? Проще будет и нам, и вам, – подал голос Зелль, поудобнее устраиваясь на столе.

– А этот умник во что превращается? В утюг? – тут же мстительно отозвалась я.

— Маннэке! — суровый тон директрисы не предвещал ничего хорошего.

Ланс уселся обратно на свой стул – задом наперед, положив локти на резную спинку.

– Маннэке, Реалонниш... Вы п-поверите мне, если я скажу, будто в с-сердце каждого человека есть к-ключ?

Мы отреагировали одновременно.

– Что? – переспросила я. Относилось это к имени «Реалонниш». Таково полное имя Рэна? А я-то думала, что в соревновании дурацких кличек могу занять первое место! Понятия не имею, чем думали родители, когда называли так дочурку. «Ман» означает «песок», «Нэкките» – «цветок», в итоге получается «растение на песке». Небось что-то вроде той колючей непонятной штуки, что в кабинете директрисы растет. Но «Реалонниш» – это же еще хуже!

– Нет! – сказал Рэн. И, судя по интонации, это было сокращенное «не называй меня так больше!».

Ланс кивнул и продолжил:

– Это п-правда. И она не имеет никакого отношения к магии, к Хаосу или к Церкви. Это п-просто дар всем людям нашего мира... от с-сотворения континентов, а может, и раньше. К-каждый, рождаясь на свет, п-получает особый талант... ключ. Ключ, который нельзя п-потерять, продать или подарить, п-потому что он хранится в сердце и неразрывен с жизнью владельца. Человек с таким д-даром может открыть замок, к которому п-подходит его ключ.

– И все? – жадно спросила я, поскольку Ланс замолчал. – А что за замок?

– Он может оказаться к-каким угодно. Замок от двери твоего дома, с-соседского дома, замочек от шкатулки с д-драгоценностями... запор на дверях темницы.

– И как узнать, какой – твой? – подал голос Рэн, слушавший так напряженно, как будто ему читали список билетов к экзамену. Я истово закивала. Особенно про шкатулку с драгоценностями было интересно.

– Никак, – просто ответил Ланс.

Я захлопала глазами.

– Только угадывать? И если я буду ходить по городу и, например, трогать каждую дверь...

– То с каким-то шансом найдешь ту, которую открывает твой ключ, – кивнула Лиарра. Прошла обратно к подоконнику, но садиться не стала, прижалась щекой к стеклу. – С очень маленьким шансом. Потому что твой замок может оказаться в Государстве Ори, в столице, в Изумрудной