Идеальная смерть Мияко Сумиды - Кларисса Гоэнаван

Тама появилась у Мияко дождливым днем. Утро того дня я не забуду никогда, потому что тогда первый и единственный раз переспал с Мияко.

Случилось это за неделю до начала новой четверти. Мы какое–то время не виделись, потому что на зимние каникулы Мияко уезжала к родным.

Мияко заранее сказала, когда вернется, и в тот день я решил занести ей яблоки. Спонсор из Аомори каждый год отправлял приюту огромную партию яблок. Дети столько съесть не могли, поэтому администрация продавала излишек, чтобы выручить деньги. Мы с сестрой неизменно покупали ящик и делились с соседями.

Мияко я заметил неподалеку от ее дома, у мини–маркета, и, поддавшись порыву, окликнул.

— Рюсэй, что ты здесь делаешь? — удивленно спросила Мияко, посмотрев на меня.

Я подошел к ней:

— Нам яблоки привезли, и Фуми–нэ велела тебя угостить.

Ложь, невинная ложь: поделиться решил я сам.

— Давай помогу! — Я взял у нее полиэтиленовый пакет и чуть не уронил. — Тяжелый какой! Что ты купила?

— Пиво.

— Вечеринку устраиваешь.

Мияко растянула губы в улыбке:

— Ага. Вечеринку–соло в честь начала новой четверти.

— Могу составить тебе компанию, — предложил я. — Соло с пивом идет не очень.

Мияко засмеялась, и я решил, что она согласна. Мы вместе пошли к ее дому. Разлука ли тому виной или мое воображение, но мне показалось, что Мияко побледнела, похудела и что ключица у нее торчит больше обычного.

— Правда? — воскликнула она, когда я это упомянул. — Вес я вряд ли сбросила, но все равно спасибо.

— Так это не комплимент. Тощие девчонки мне не нравятся.

— Предпочитаешь фигуристых, как Чи с большой грудью и так далее?

— Предпочитаю меру во всем.

Мы свернули к ее квартире и по лестнице поднялись на второй этаж. У двери висел почтовый ящик, верх которого украшала деревянная птица с обломанным крылом. Под птицей черным маркером написали цифру двадцать три. Значит, я угадал правильно.

— Извиняюсь за бардак, — проговорила Мияко. — Убраться я не успела.

— После Тоши мне никакой бардак не страшен, — отозвался я, снимая обувь с ног, но вскоре понял, что Мияко скромничает.

У нее царили чистота и уют. Квартира оказалась маленькой, стандартной — спальня, гостиная, столовая, кухня. В центре гостиной стоял журнальный столик из дерева в окружении круглых диванных подушек, у одной стены — высокий белый шкаф с книгами, у другой — маленький телевизор и стереоустановка.

— Садись, куда хочешь, — проговорила Мияко, открывая окна.

— Где холодильник? — спросил я.

— Я сама пиво уберу. Ты мой гость. — Мияко взяла у меня пакет. — Подожди здесь. Располагайся!

Мияко исчезла на кухне, а я воспользовался шансом осмотреть книжный шкаф. Верхнюю полку занимали учебники, зато на остальных стояли только любовные романы. Большей частью английские, но обнаружилась и пара японских. Мы с Мияко часто наведывались в книжный Икеды, и без любовного романа она уходила редко. Я знал, что она поклонница этого жанра, но почему–то ожидал увидеть у нее и другие книги.

Мияко вернулась с ведерком, полным льда и банок «Асахи супер драй»:

— Прости, что заставила ждать.

— Так мы прямо сейчас начнем? — спро_ сил я, нахмурившись.

— Да. — Мияко поставила ведерко на стол и села рядом со мной, подтянув колени к груди. — Или ты передумал?

— Нет, дело не в этом, — покачал головой я. — Просто… Сейчас десять утра.

— Какая разница? — Мияко пожала плечами, открыла две банки и протянула одну мне.

Мы чокнулись и выпили. Пиво было прозрачным, освежающим, бодряще–прохладным.

— Тебе очень нравятся любовные романы? — спросил я.

— Ты за мной шпионишь, — засмеялась Мияко.

— Зачем шпионить, если твои книги выставлены всем на обозрение?

— Эй, я далеко не всех к себе зову! — Она снова засмеялась. — Но ты не ошибся. Я впрямь обожаю любовные романы, хотя мою жизнь романтичной не назовешь.

— Когда в последний раз у тебя был парень?

Мияко ответила ни сразу:

— Я никогда ни с кем не встречалась.

— Почему?

Мияко улыбнулась:

— Скажем так, существует два типа людей — те, кому предначертана счастливая личная жизнь, и те, кому нет. Я отношусь ко второму типу.

— Откуда такая уверенность, если ты не пробовала ни с кем не встречаться? — спросил я, глотнув пива.

— С кем, например? Ты свою кандидатуру предлагаешь?

— Да я уже дважды предлагал, и ты дваж ды мне отказала, — напомнил я. — Если ты передумала, я еще жду. Но предупреждаю: вакансия не вечна. Я жутко популярен, не забывай!

Мы оба расхохотались.

Когда хохот стих, я заглянул ей в глаза:

— Мияко, я серьезно. Просто дай мне шанс! — Решив, что она собирается возразить, я добавил: — Не обязательно решать прямо сейчас, но, пожалуйста, подумай, ладно?

Мияко отвела взгляд, ничего не ответив. Даже не кивнула мне.

Небо темнело, вдали грянул гром.

— Закроем окна? — предложил я.

Мияко покачала головой:

— Давай лучше оставим открытыми. Не воз ражаешь?

— С какой радости? — Я пожал плечами. — Квартира–то твоя.

— Угу.

— Любишь дождь? — спросил я, повернувшись к Мияко.

— Да, я всегда открываю окна. Люблю смотреть, как дождь все смывает, — прошептала она в ответ, потом долго молчала. — В последнее время мне остро слышатся разные звуки. Скрип дверей, когда их открывают и закрывают. Капанье воды из крана, покашливание, шорох шагов, легкий стук в дверь, тяжелое дыхание…

— Правда? — спросил я, гадая, алкоголь ли Развязал ей язык или гроза.

Белые занавески громко хлопали на крепчаЮщем ветру.

— О чем думаешь? — спросила Мияко.

— Ни о чем. — Я глотнул пиво.

— Ни о чем я не думаю.

Мияко вытянула ноги, согнула пальчики, пошевелила ими, потом снова подтянула колени к груди. Опустив подбородок на колени, она повернула голову набок и потянулась за пивом.

Начался ливень, в окно полетели дождевые капли. Занавески покрылись пятнами. Я покосился на Мияко: она ничего не замёчала. С банкой пива в руке она безучастно смотрела перед собой. Ветер ласкал ее длинные черные волосы.