Год Мужчины. Ордер на Любовь - Александр Гордиенко

Железнов влетел в помещение на двадцатом этаже, приспособленное медиками для оказания первой помощи. Катя Силуминова, стартовый номер 19, одна из самых ярких девушек финала, лежала под капельницей на диване.

– Ну что, доктор?

– Пока ничего сказать не могу. Похоже на сильное отравление. Прочистили желудок, ввели антидоты… Пока состояние ее стабильно.

– А когда она сможет прийти в себя?

– Тоже ничего не могу сказать пока… – Доктор засунул руки в карманы своего халата. – Вызвали машину – повезем в стационар.

– Вы повезете?

– Нет, приедет бригада. Моя – останется здесь.

– Доктор, извините, как вас по имени-отчеству…

– Данилин, Николай Семенович.

Железнов пожал протянутую руку.

– Николай Семенович, очень прошу вас никуда не уезжать до конца программы… – Железнов про себя прикинул время. – …и еще с часок. Хорошо? Я забегу, рассчитаюсь с вами. У вас с лекарствами все в порядке? Может, нужно подвезти? Я дам машину…

– Что, все так плохо? – Доктор опустил голову и из-под очков внимательно посмотрел в глаза Железнову. – Возможны прецеденты?

– Николай Семенович, я ничего не исключаю. Так как насчет моей просьбы?

– Да-да, конечно. Подождем. – Доктор усмехнулся. – Вас, конечно, а не пациентов.

Железнов достал телефон.

– Александр Борисович? Железнов. Девочка жива, но без сознания. …Да, сейчас за ней приедут. …Да, конечно… Лучше бы усилить, если это возможно… Тем более что опытные ребята… Через сколько? Я думаю, что лучше всего им обеспечивать сопровождение девочек из резерва… Да, это самое слабое, в смысле безлюдное место… Спасибо… Что? Видеозаписи «Пентагона» есть… Будем разбираться… По мере возможности…

Железнов схлопнул телефон и обратился к доктору:

– Николай Семенович, вы что-нибудь можете сейчас сказать о характере отравления?

– С точки зрения использованных токсинов – ничего. Могу только сказать, что это не связано с какой-либо пищей, скорее всего – с напитком. И еще – отравление произошло минут за пять, максимум – десять до потери сознания.

– Спасибо вам, доктор. У меня к вам еще одна просьба: если вдруг Катя придет в себя, попробуйте у нее выяснить, что пила-ела перед тем, как ей стало плохо. Может быть, не одной ей преподнесли сюрприз.

– Обязательно, хотя не похоже, что это произойдет.

– Все, Николай Семенович, я побежал. Вот вам моя визитка, там – мобильный.

Железнов, сдерживая себя, чтобы не вызвать паники, буквально прогулочным шагом проследовал мимо «предела», где во время проведения очередного тура находились команды участниц шоу. Где-то глубоко в подсознании мелькнула ассоциация, что команды чем-то похожи на механиков периода второй мировой, ожидающих возвращения своего летчика. «А ведь половина из них минут через двадцать не дождется… Таковы правила».

У входа в «Пентагон» в форме стоял Денис Федюнин – человек «от Смирягина», сотрудник службы безопасности. Железнов приложил палец к губам и постарался как можно тише проникнуть в помещение «Пентагона». Его старания оказались напрасными. В «Пентагоне» стояла звенящая тишина. Взгляды всех девчонок были устремлены к эфирным мониторам, из происходящего на которых следовало, что начинается самое главное – Дикало запустил лототрон, который должен был определить первых двух участниц соревнования в красоте.

Железнов постарался совершенно спокойно, не привлекая ничьего внимания, подойти к гримерке номер девятнадцать. Вроде бы удалось. И вроде бы на него никто не обратил внимания. Напряжение первого выхода в «Пентагоне» достигло предела. Так… Гримерка как гримерка: кремы, лаки, еще какая-то хрень, о которой Железнов и понятия не имел. Ага. Бутылка 0,33 Аqua Minerale, сок GYF. «Ладно, потом разберемся…» С этой мыслью Железнов, взяв в руки салфетку, аккуратно переместил все содержимое со стола в полиэтиленовый пакет, который стоял тут же, возле кресла, и потихоньку ретировался к выходу.