Дневник дылды - Мария Мирошник

– Спасибо большое! – искренне поблагодарил парень и взял угощение.

Ради всего святого, положи печенюшку на место!

– А чем ты занимаешься? – «ненавязчиво» спросила мама и села напротив со своей чашкой.

Над поверхностью чая образовался густой пар, тонкие струйки которого плавно растворялись в воздухе. Стараюсь сконцентрироваться на этом «увлекательном» зрелище, дабы не взорваться и не разгромить здесь всё в пух и прах.

– Баскетболом, – ответил брюнет, отпив горячий напиток. – Мята?

– Нет, мышьяк, – злобно парировала я, поймав ещё один убивающий взгляд от мамы.

А что? У меня уважительная причина! Не каждый день враги детства заглядывают ко мне домой, чтобы устроить Вечер Светских Бесед с моей мамой!

– Действительно, мне следовало догадаться по твоему росту, – вежливо ответила мама, пытаясь сгладить мои «выступления».

– Мне все так говорят, – честно признался Егор. – Никак не могу понять, откуда пошёл стереотип, что все баскетболисты и волейболисты высокие? – сам с собой рассуждал Лаврентьев, взяв из коробки ещё один десерт.

В упаковке осталось всего два, поэтому в его интересах перестать уничтожать мои сладкие запасы, иначе я за себя не ручаюсь. Я за ними бегала к Лизе, на набережную, когда узнала, что она их будет готовить.

– Не смей жаловаться на свой рост в моём присутствии, – угрожающе прошипела я, впившись в кружку ногтями.

Один даже сломался под таким напором. Чёрт! Из-за этого спортсмена я весь маникюр испорчу.

– Я выше тебя, – напомнил брюнет и довольно улыбнулся.

Он действительно настолько глуп, что не видит разницу?

– Это же прекрасно! У Ники скоро областной конкурс по танцам, а партнёра нет. Егор, ты не хотел бы помочь ей с этим? – вмешалась мама, заставив нас резко подавиться.

Пора это прекращать.

Отдышавшись, убираю подальше какао и, подняв за капюшон толстовки Егора, выталкиваю его из кухни. Хотя «выталкиваю» – это преувеличенно, потому что парень и сам не прочь уйти от разговора.

– Извините, мне пора! Спасибо, за чай! – быстро попрощался Лаврентьев, натягивая до сих пор мокрую куртку.

Затем он быстро зашнуровал ботинки и уже хотел выскочить из дома, но мама успела за это время прийти в прихожую.

– Не за что! Подумай, над предложением! – попросила она. – Вы даже не попрощаетесь?

Перевожу взгляд на такого же ошеломлённого Егора, который уже в очередной раз пожалел, что вообще пришёл. – Вы же друзья, разве не так?

– Конечно, друзья, – ответил баскетболист, с натянутой и ужасно неестественной улыбкой. – Пока, друг!

Потеряно оглядываю протянутую мне ладонь, пытаясь понять, чем он думал. Кто в двадцать первом веке на прощание пожимает руки? Бизнесмены? Депутаты?

– Пока! – буркнула я и, немного поломавшись, вложила свои пальцы в его.

Пытаясь не зажмуриться от хватки парня, который явно нарочно чересчур сильно сжал мою конечность. Зараза!

– И всё? Обнимитесь хоть! – произнесла мама.

Сглатываю и перевожу шокированный взгляд на знакомого. Кажется, он находится в ещё большем ступоре чем я. и что тут можно сделать?

Честно скажу: это самые напряжённый момент за всю мою жизнь. Даже, когда меня поздравлял завуч с победой в олимпиаде, было не так сложно. Стараясь лишний раз не коснуться друг друга, мы создали нелепое подобие «объятий». Егор так и вовсе отшатнулся назад так резко, что врезался спиной в дверь.

– Я убью тебя, – тихо вздохнула я на ухо брюнету, пока он пытался закончить весь этот дурдом побыстрее.

– Взаимно, – в тон мне, прошептал парень и, наконец, вышел из дома.

Глава двадцать вторая

Пятница

Кажется, что мы сидим на совмещённом факультативе по химии целую вечность, но, посмотрев на часы, я понимаю, что прошло меньше десяти минут.

Господи, это ужасно.

– Сейчас все рассаживаемся по парам, будем делать лабораторную работу, – объявляет преподавательница, раздавая на каждую парту по лотку с реактивами.

Оля села с нашей одноклассницей, вызвав у меня кучу вопросов, а Ксюша поехала на конкурс, поэтому сегодня я одна. Нога до сих пор болит при ходьбе, так что я сильно хромаю, что, в дополнении с моим ростом, выглядит убого.

– Коллеров, нечего сидеть! Бери вещи и устраивайся рядом с Камбаровой! – распорядилась учительница, отчего я поперхнулась воздухом.

Богдан будет вместе со мной писать «лабораторку», а я даже расчесаться не успела. «Класс!».

Приглаживаю пальцами волосы и быстро собираю их в «хвост» по технике безопасности. Поправляю рубашку и пытаюсь занять расслабленную, но не самую ужасную позу (идеально прямая спина и соединённые лопатки не в счёт). Молча, Богдан уселся рядом и откинулся на стул, даже не взглянув на меня.

– Привет, – улыбнулась я, пытаясь привлечь внимание.

Безуспешно. Ноль реакции. Дальнейшие попытки завести разговор я отложила, принявшись изучать содержимое лотка. Судя по биркам с формулами, нам дали нитрат железа, гидроксид натрия, несколько чистых пробирок на подставке и штатив. Всё выглядит не так сложно, но в этот момент в моей голове крутилась лишь одна мысль:

Хоть бы никого не убить.

– Ваше задание: изучить реакцию взаимодействия данных веществ и описать опыт с результатом. Не забудьте записать уравнение реакций. Приступайте! – неохотно объяснила учительница и ушла в лаборантскую, оставив класс без присмотра.

Так даже лучше, никто не будет ходить и постоянно поправлять.

Беру чистую пробирку и выливаю в неё содержимое флакончика с формулой гидроксида натрия, мысленно молясь. Отставляю ненужный сосуд и уже хочу добавить нитрат железа, но меня кое-что останавливает.

– Эй! – окликнула я напарника. – Ты помочь не хочешь? – вежливо напомнила я, повернувшись в сторону Богдана. Последний даже не пошевельнулся, всё так же пялясь в телефон. – Эй! Ты меня вообще слышишь? – чуть повышаю голос и легонько касаюсь плеча. Парень, наконец, вынимает из уха маленький беспроводной наушник и поднимает на меня взгляд. – Помочь не хочешь? – повторила я вопрос, кивков головы указав на пробирку в руке.

– Нет, ты сама прекрасно справляешься, – усмехнулся он, надев обратно наушник.

Я даже подавилась воздухом от такой наглости.

Беру в руки баночку с нитратом железа и, открыв колпачок, добавляю в пробирку немного порошка. За несколько секунд смесь приобретает серо-зелёный осадок. Открываю тетрадь и начинаю подробно описывать каждый шаг.

Дописав в конце химическое уравнение, встаю и, положив на учительский стол свою работу, собираю в рюкзак вещи. Заметив это, Коллеров опять снял наушники и повернулся ко мне.