Вкус "лимона" - Леонид Головня

Дама что-то писала в тетрадке и была очень зла. Она посмотрела на Колю так, будто тот посягал на ее личную честь. Но благообразный вид джентльмена при галстуке и с папкой сбил ее с толку. Львица вспомнила свою принадлежность к слабому полу, смягчилась и прищурилась.

– Ты можешь здорово помочь делу и покончить с безобразием раз и навсегда. – она подчеркнула «ты», приближая его для соучастия в чем-то ей важном.

– С каким безобразием? – заинтересовался Коля.

– Батюшкин продал распространение билетов нашей кассе. В кинотеатре знаешь что делает?

С первых ее слов стало ясно, что в хозяйстве Батюшкина образовалась пятая колонна.

– Что? – уточнил Коля.

– Я скажу: ты только не упоминай меня в газете. Он зарабатывает на дублях.

– Как это? – Он профессиональную терминологию не понял.

– Клава из бухгалтерии продает билеты на проданные места. Деньги они с Батюшкиным кладут в свои карманы.

– Разве есть смысл этим заниматься? Мелочь!

– Четыре, пять тысяч долларов с концерта не хочешь? Стопроцентного заполнения зала нет. Акционеры заметили. Рустам, бывший летчик, продал во Флориде ресторан, вложился в акции Батюшкина. Стоит каждый вечер со счетчиком, считает зрителей. Все без толку. В каждом мероприятии есть ущерб от возврата, я его скрыть не могу.

Дама запутала Колю расчетами, но картина, которая сложилась в результате ее болтовни, выглядела впечатляющей, и Мавроди искренне позавидовал финансовому таланту Батюшкина.

– Кинотеатр нес убытки несколько лет подряд, – рассказывал Коля компаньонке, везя ее на встречу с удачливым коммерсантом. – Но вот на Брайтоне появился концертный продюсер Батюшкин и заразил общество идеей Международного культурного центра. Он использовал известный принцип – с каждого хоть шерсти клок, и сумма собралась вполне приличная. Оформлением документов никто не интересовался – размах предприятия производил впечатление. Затмился разум местных воротил. Вкладчики получили акции на миллионы. Здание срочно перестраивалось. Кабинет хозяина охраняла крепкая тюремная решетка. Вовсю шла закупка дорогих автомобилей и костюмов из моднейших материалов «от Версачей» для Батюшкина, чтобы реклама на телевидении выглядело поэффектней. Открытие тянулось, тянулось, кувыркалось в мелких финансовых скандалах типа – на что покупать новую тысячу кресел (при собранных-то деньгах)? – но наконец состоялось концертом российских музыкантов. Теперь у Батюшкина трудности позади. Концерты идут. Недавно, правда, вызывал полицию и надел наручники на акционера-художницу, попытавшуюся выяснять отношения в фойе при народе. Та продала квартиру в Питере, купила акции Батюшкина и искала у него справедливости. Вкладчики дивидендов-то и не нюхали.

Батюшкин слушал представителей «Ньюз» и любезно улыбался им. Те сидели в торце длинного низкого стола, уставленного печеностями и окруженного всевозможными причиндалами телевизионной студии, включая мощную видеокамеру. Вдоль стены огромные телеэкраны беззвучно транслировали новостные российские каналы. Присутствовал на встрече и фиолетовый пиджак, наброшенный на желтую рубашку и небрежно повешенный на стойку осветительного прибора. Он возвышался в углу и терпеливо ждал хозяина.

– Если вы заинтересованы в рекламной кампании, мы привлечем акционеров из Средней Азии, – величественно вещала Мыльникова о возможностях «М. интернешнл ньюз», оценивая стоимость предлагаемого контракта в «тысяч пятьдесят».

Но Коля чувствовал, что делягу они и на цент не расколят.

Хозяин кабинета думал в это время совсем о другом: «Если эта пижонская пара морочит голову денежным мешкам Узбекистана, присвоивших авиакомпанию, можно пижонов обойти и самому выпотрошить “хорошего барашка”».

Батюшкин достал с полки папку.

– Для крупных инвестиций есть очень солидный и почти готовый проект. Отвоевал у голливудской компании. – Он шоколадно улыбнулся, разворачивая бумаги. – Достройка зданий прибрежного района с видом на Манхэттен. Законсервировано шесть домов.

Коле захотелось шепнуть «боссу»: «Фуфло, под которое в Питере раздевают наивных инвесторов с Запада».

Но Мыльникова оправдала надежды хозяина.

– То, что надо! – воскликнула она с горящими глазами и привстала.

Батюшкин завибрировал и широким жестом расправил на столе план местности.

– Смотрите! Дома – все под крышей. Требуется только внутренняя отделка. Квартиры практически в центре Нью-Йорка! Знаете, сколько сейчас «попса» накупила жилья на Тверской в Москве? А новые русские? Цены – те же! Они не захотят здесь купить?!

– Почему строительство законсервировано, если так выгодно? – спросил Коля.

– Инвестор ушел. Новый не появился. Дома принадлежат банку. Видите пустырь? На нем построить суперконцертный зал… Большой театр попрет со спектаклями! – Батюшкин распалился и приволок рисунок концертного зала. Автором, похоже, был сам. Зал напоминал гигантский стеклянный пивной ларек с какими-то конструкциями на крыше. – Надо торопиться! Ситуация временная. Дадите инвестора, свяжу прямо с банком. Мой юрист все организовал. Никто внакладе не будет.

Коля заскучал, оставил мысль о рекламе. Глядя на ларек, ему захотелось пива. В комнате было душно. Батюшкин как будто читал Колины мысли.

– Реклама нужна громадная. В пятьдесят тысяч ее не уложишь. Напишите бизнес-план, обязательно разработайте систему распространения и расценки. Не экономьте! – магнетизировал он Мыльникову взглядом.

Она «горела» в ответ:

– Не ожидала, что у вас настолько все готово! Тянуть мы не будем. Сами понимаете, я заинтересована в разработке рекламы. У меня к вам предложение. Крупный инвестор из Азии сейчас здесь. Я сведу вас. Сколько необходимо средств на завершение застройки и строительство зала?

– Будете смеяться! – захлопал крыльями Батюшков. – Для начала – всего-то четыре миллиона. Если мы выкупаем право застройки, банк сам выдает кредит.

– Прекрасно! – воскликнула Мыльникова. – Вот телефон инвестора. Звоните, встречайтесь. Но вы получите позитивное решение, если наша рекламная кампания будет в работе. Поскольку у вас по ней тоже грядут расходы, вы переводите нам пятьдесят тысяч. Двадцать я возвращаю вам наличными. Устраивает?

– Я встречаюсь с инвестором сразу, так я понял? – уточнил Батюшков.

– Разумеется, звоните хоть сейчас.

– О’кей!

– Отлично! – подытожила Мыльникова. – Мой компаньон доставит вам наличность сразу же, как только…

Через несколько дней в банке компаньоны пересчитывали заказанную сумму долларов.

– Боссы из Азии его не кинут? – спросил Коля.

– Они все проверят, Коля, да так его прижмут, что не пикнет. И мы не остаемся в стороне. Все с твоего счета пойдет. Проценты, помнишь?

– Помню.

Она посмотрела на него.