Навстречу мечте - Люси Кларк

В голове вдруг всплыли воспоминания о прошлой ночи: Жозеф кричит всем: «Никто из вас не знает меня!», Лана разговаривает с ним о любви и ненависти, он пытается ее поцеловать…

Зайдя на камбуз, Лана налила себе пол-литра воды и выпила все прямо у раковины. «Господи, вдруг кто-то видел?» – подумала она и, пошатываясь, стала подниматься по ступенькам.

Утреннее небо оказалось на удивление низким и серым. Ночью тучи окутали и проглотили луну. Несколько дней подряд небо было ясным и голубым, так что теперь было странно видеть его таким бесцветным. Ветер вспенивал кончики волн. Китти – в темных очках – сидела рядом с Генрихом, яхта шла на автопилоте. Судя по небритому лицу и взъерошенным волосам Генриха, он не спал всю ночь. Лана прошла мимо них в сторону Денни, Шелл и Аарона. Все трое болтали, но, когда она приблизилась, замолчали.

У Ланы возникло ужасно неприятное чувство, что она была темой их беседы, – это ощущение преследовало ее в школе. В поисках поддержки она перевела взгляд на Денни, но он смотрел вперед, на море.

– Что такое с погодой? – прервала их молчание Лана.

– Изменилось направление ветра. Теперь дует с юго-востока, а этого нам как раз ни хрена бы не надо, – ответил Аарон.

После вчерашнего вид у него был неважный: цвет лица стал землистым и болезненным, от тела шел несвежий запах.

– Может, еще переменится? – спросила Шелл.

Для Шелл вечер тоже не прошел без последствий, теперь она выглядела изможденной, под глазами залегли темные круги, хотя обычно ее кожа сияла.

Аарон пожал плечами.

– Как знать. В той стороне проходит фронт низкого давления, а нам он совсем ни к чему.

Денни едва заметно кивнул; мыслями он, похоже, был где-то в другом месте.

– Во сколько вы вчера разошлись? – спросила Лана.

– Даже не помню, – сказала Шелл.

– Чертовски глупо так напиваться в переходе, – добавил Аарон. – Не знаю, о чем мы думали. – Он покачал головой. – Еще и плечо повредил, упал вчера в душе. Задел край фиксатора на шланге. Нехилый порез получился.

– Ты хорошо промыл рану? – спросила Шелл.

– Да все нормально, заклеил пластырем. На свежем воздухе затянется. Меня просто бесит собственная глупость. Больше никаких пьянок.

– Знаете, что нам всем сейчас не помешает? Бублики с беконом, – предложила Шелл, пытаясь улыбнуться. – Что скажете? Я приготовлю.

– Заманчиво, – отозвалась Лана. Поесть сейчас – самое то.

Аарон согласился и вместе с Шелл пошел на корму, оставив Лану и Денни наедине. Они оба стояли, уцепившись за страховочный трос. Лана разглядывала его загорелые пальцы, светлые волосы на руках, давний розовый шрам у края большого пальца. Лана медленно скользнула рукой вдоль троса и накрыла его пальцы своими.

Денни задумчиво взглянул на руку Ланы.

– Все в порядке? – спросила она.

Денни кивнул.

– Как прошло дежурство?

Он моргнул, посмотрел на воду.

– Хорошо.

– Во сколько ухудшилась погода?

– Часов в пять-шесть, наверное.

Видел ли кто-нибудь ее с Жозефом на носу яхты? Денни к тому времени уже ушел спать, но могли обмолвиться другие ребята.

– Думаю, надо убрать паруса.

Рука Денни выскользнула.

Лана смотрела на море: ветер с силой проходился по воде, поднимая рябь на поверхности.

Сумрачные очертания горизонта казались почти таинственными, будто за густыми облаками что-то скрывалось. В мысли Ланы с резким порывом ветра вошло беспокойство.

Шелл вернулась на палубу с подносом бубликов.

– Спасибо, – поблагодарила Лана.

Подавая бублик Генриху, Шелл зло на него взглянула. Тот отвел глаза.

Китти отказалась от еды. Белая, несмотря на загар, волосы собраны в неаккуратный пучок… Судя по ее внешнему виду, спать она сегодня не ложилась.

– Не смей больше поить меня своими коктейлями, – сказала Лана. – Ты нас всех подкосила. Надеюсь, тебе так же плохо, как и остальным?

Китти даже не улыбнулась в ответ.

– А где Жозеф? – спросила Шелл, глядя на оставшийся на подносе бублик.

– Я его не видела, – ответила Лана.

– Пойду разбужу его.

Шелл взяла бублик и пошла вниз, а Лана вслед за ней – выпить что-нибудь от головной боли. В каюте она вытащила таблетку из пластинки и запила ее глотком теплой бутилированной воды. Затем, доев бублик, прилегла на нижнюю койку и вздохнула – скорее бы подействовало обезболивающее.

Лана задремала всего на минутку, когда в дверь вдруг постучали. В каюту заглянула Шелл.

– Не видела Жозефа? Его нигде нет.

– Нет.

– Я уже смотрела и в душевых, и на камбузе, и в салоне.

Лана поднялась.

– Он не прошел мимо тебя на палубу?

– Только что туда заглядывала.

– Не забывай, что он мастер где-нибудь затаиться.

– Верно, – без улыбки ответила Шелл.

– Давай поищем вместе. – Лана поднялась.

Девушки прошли по камбузу, держась за поручни, чтобы не упасть. Пустые бутылки после вчерашнего вечера засунули в ящик между кладовой и переборкой; при более сильном покачивании яхты стекло дребезжало.

– Давай проверим каюты, – предложила Шелл.

Все члены команды были на палубе, так что каюты пустовали. Начали с каюты Аарона: сначала постучали, потом зашли внутрь. Все вещи были аккуратно сложены, кровать красиво заправлена. Не то что у Ланы и Китти – простыни смяты, вещи вываливаются из рюкзаков, на маленьком прямоугольном зеркале следы туши, пахнет лосьоном для загара, дезодорантом и мокрыми купальниками. Только две детали указывали на то, что Аарон здесь ночует: висящий над кроватью налобный фонарик и карта южного полушария, приколотая на противоположной стороне к переборке.

Шелл и Лана зашли в соседнюю каюту, к Денни, и обнаружили там примерно то же самое. Конечно, кровать была заправлена не очень аккуратно и на ней валялись футболка и шорты, однако в остальном в каюте был порядок. На полке над кроватью книги придерживала тонкая полоска дерева – чтобы не падали при качке. Лане хотелось задержаться, провести пальцами по корешку каждой книги, узнать, что он читает, но Шелл уже пошла к другой каюте.

– Внизу все, – сказала Шелл, когда они проверили и перепроверили все каюты.

– Значит, он должен быть на палубе.

Девушки выбрались наверх через люк, ожидая увидеть Жозефа на носу яхты – может, он проскользнул мимо, пока они обыскивали каюты. Лана осмотрелась: на носу пусто, Жозефа нигде не видно.

Все остальные сидели в кубрике.