Ты самая любимая - Эдуард Тополь

Он ударил ее по руке и оглянулся:

— Ты чё, больная?

И ушел.

Но она пошла за ним.

— Мужчина, подождите!

Он шел, не отвечая, но она увязалась всерьез:

— Мужчина!

Он резко остановился, сказал с досадой:

— Ну чё ты привязалась?! Ё-моё!

А она:

— Пойдемте ко мне, пожалуйста! Или к вам, мне все равно!

Он посмотрел на нее в упор.

Она была очень красива, молода и сексапильна, эдакий не то действительно ангел, не то чертовка с небесно-голубыми глазами и влажными губками.

— Ты из дурдома, что ли?

— Нет.

— А откуда?

— Я же вам сказала: я ангел с небес. Пожалуйста, мужчина, пойдемте! — И снова протянула руку к его ширинке.

Но теперь он успел отпрянуть:

— Слушай, отвяжись! Я на работу спешу! — И двинулся дальше.

Но она не отстает:

— Мужчина, зачем вам на работу? Там нет ничего интересного.

— Откуда ты знаешь?

А она на ходу:

— А что там может быть интересного? Кроме Кати, конечно…

Он удивленно остановился, спросил подозрительно:

— Какой Кати?

Она:

— Ну, Скворцовой, из столовой. У нее такая большая грудь. Но она фригидна, честное слово!

Он опешил:

— А ты… ты ее откуда?.. Ты вообще кто? С моей работы?

— Нет, я же вам сказала: я ангел…

Он снова пошел к метро, говоря на ходу, с сарказмом:

— Ага! Ангел с небес!

А она шла рядом, стараясь прижаться к его плечу.

— Правильно! — И всей ладонью взяла его за ягодицу. — Пойдемте, мужчина!

Он вильнул задницей, отстраняясь:

— Прекрати! Я милицию позову!

— Зачем?

— Чтоб у тебя документы проверили.

— Не надо! У меня нет документов.

— Как это нет? Ты откуда взялась?

— С третьего кольца.

— С какого еще третьего кольца?

— Венеры. В Параллельной Галактике.

Тут он зашел в метро, а она — за ним.

Перед турникетом была толчея, поскольку — утро, и все спешили на работу.

Двигаясь в потоке людей, он сунул свой билет в прорезь турникета и прошел.

Она поспешила за ним, но створки турникета резко клацнули и сомкнулись перед ней, она испуганно отскочила, не смогла пройти.

А он уже уходит к эскалатору.

Она в отчаянии и громко, на весь холл, кричит ему:

— Мужчина!!!

Он оглянулся и увидел, как она со слезами тянет руки к нему.

— Не бросайте меня, мужчина!

Все, конечно, выставились на них, и он спешно вернулся, перегнулся через турникет, еще раз сунул свой билет в турникет и сказал ей:

— Проходи! Быстрей!

Она, подтягивая живот и как-то сверхъестественно — до струны — ужимаясь в талии, с опаской, на цыпочках и боком пошла мимо створок.

Он схватил ее за руку, протащил через турникет и ушел к эскалатору. А она — за ним:

— Мужчина, большое спасибо…

Ухватившись за его пояс, она зашла, пошатнувшись, на эскалатор и, устояв, тут же опустила руки ниже, к его ягодицам. И обмерла от кайфа.

— Ой, мужчина!..

Он ударил ее по рукам:

— Прекрати!

Но это был уже не тот грубый тон, что раньше, — ему таки польстило ее настырное обожание.

И, стоя рядом с ней на эскалаторе, он, хмурясь, подхватил ее игру:

— Там у вас на Венере все такие?

— Какие?

— Озабоченные.

— Ну конечно! — ответила она, стоя рядом с ним. — Венера же планета любви. — И снова потянула руку к его паху.

Он отстранился:

— Ну хватит! Хватит!

Она испугалась:

— Как это хватит? Уже? — Положила руку ему на ширинку и успокоилась. — Нет, там все хорошо…

— Убери руку! — сказал он негромко.

Но это не помогло — на них уже стали оглядываться окружающие и пассажиры встречного эскалатора.

Он с силой отвел ее руку и держал, не позволяя ей дотянуться до его ширинки.

А она спросила в искреннем недоумении:

— Но почему, мужчина?

— Прекрати, я сказал!

С эскалатора он трусливо убежал к подошедшему поезду, вместе с толпой пассажиров забился в вагон.

И, стоя в уже тронувшемся вагоне, вдруг увидел, как она совершенно непостижимым образом буквально просочилась к нему сквозь плотную толпу пассажиров. А просочившись, оказалась прижатой к его спине, да так, что он спиной почувствовал все ее тело. И невольно закрыл глаза от накатившего желания.

А она зашептала ему в затылок:

— Мужчина, давайте выйдем. Ну пожалуйста! Я вас очень прошу!

Он взял себя в руки и сказал ей вполоборота, через плечо:

— Слушай, откуда ты взялась на мою голову?

— Я же сказала: с Венеры, — честно ответила она.

А он с сарказмом:

— Ага, только что приземлилась…

— Правильно.

— И прямо ко мне?

— Ну конечно! Я еще в космосе получилатако-ойсигнал от вашего члена…

Он испуганно перебил ее:

— Цыть!

И повел глазами по сторонам — их разговор явно слышали окружающие.

А она, продолжая прижиматься к его спине, опять приложила руки к его ягодицам, медленно сдвинула одну из ладоней вниз, в промежность его ног и зашептала:

— Ну пойдем ко мне. Пожалуйста…

Окружающие изумленно воззрились на них и даже отодвинулись.

Пачевский вспотел, сглотнул свой кадык и на остановке рывком выдернул ее из вагона.

Поезд ушел, а Пачевский, стоя на платформе, сказал ей в бешенстве:

— Слушай, я тя счас убью! Чё ты хочешь?

Она в изумлении захлопала ресницами:

— Почему вы меня убьете? Я хочу вас любить! Я очень сексуальная! Честное слово! Пойдемте! Вы не пожалеете!..

Он без слов смотрел ей в глаза. Но это действительно были ангельские глаза — чистые и совершенно искренние.

И что-то необъяснимое случилось с Пачевским — он пошел за ней.