Собака в подарок - Сьюзан Петик

Трэвис Дил был не из тех, кто нервничает, выступая перед большими аудиториями. В качестве капитана своей школьной команды по ведению дебатов и позднее в качестве специалиста по связям с общественностью в одной из крупнейших нефтяных компаний он много раз выступал перед множеством различных аудиторий, настроенных как дружественно, так и враждебно, и при этом ни разу не вспотел. Однако сейчас, глядя на толпу, узким ручейком вливающуюся в зал, он чувствовал себя очень нервозно. Может быть, все дело было в элементе неожиданности: он не предполагал, что пожертвование, сделанное им начальной школе, вызовет такой интерес, а может быть, это была с его стороны запоздалая реакция на уход из жизни его родителей, которые всегда мечтали помогать таким детям, как Хью. Как бы то ни было, в данный момент от одной мысли о том, что он должен подняться на сцену на глазах людей, которых знает с детства, его бросало в пот.

Хоть бы Рене пришла поскорее. Она послала ему сообщение, предупредив, что задерживается, но что она приедет до того, как начнется ужин, и Трэвис ответил, что если она не явится, он съест ее десерт. Они с Хью никогда так не поддразнивали друг друга, и до настоящего времени он даже не осознавал, как ему этого не хватало.

К нему подошел Хэнк Филдинг, и на лице директора начальной школы играла широкая улыбка, говорившая о том, что он видит, как напряжены нервы у его старого друга. Трэвис обвиняюще ткнул пальцем ему в лицо:

– Это ты во всем виноват.

– Ох, да перестань ныть, – сказал Хэнк. – В последние несколько лет этому городу приходилось нелегко, и нас радует, что можно хоть что-то отпраздновать – даже если это означает, что при этом надо чествовать тебя.

– Возможно, и так, но если бы ты не раструбил всему городу, что деньги школе дал я, мне бы не пришлось торчать здесь, чувствуя себя, как невеста во время первой брачной ночи.

– Ну, если ты чувствуешь себя именно так, то я дам тебе тот же самый совет, который в свою первую брачную ночь получила моя бабушка: не нервничай, дорогуша. Ведь все скоро закончится.

– Ох, как ты мне помог.

Хэнк повернулся и окинул зал взглядом.

– Нравится тебе это или нет, но ты заслужил эту награду. Благодаря Фонду Дилов двенадцать ребятишек в нашем городе смогут получить от своего обучения максимум возможного.

– Разве их только двенадцать? Я думал, их теперь четырнадцать.

– Да, их было четырнадцать, но сегодня днем мне позвонили двое родителей и стали задавать вопросы. Но я уверен, когда все выяснится, они вернутся. – Он улыбнулся. – Эта программа станет и твоим наследием, и наследием твоих родителей.

– Как мне жаль, что они не могут этого видеть. Они были бы так горды.

Хэнк положил руку ему на плечо.

– Я верю, что они гордятся тобою и сейчас, – сказал он. – Гордятся вами обоими, гордятся вашими достижениями.

Трэвис почувствовал ком в горле. Он давно уже не ходил регулярно в церковь, но по-прежнему твердо верил в Бога и был уверен, что его родители находятся в раю. Однако это не мешало ему тосковать по ним и жалеть, что их нет рядом во плоти.

– Хью временно поживет в интернате для людей с психическими нарушениями, чтобы посмотреть, понравится ему там или нет, я тебе об этом еще не говорил?

– Нет, не говорил.

– Я отвезу его туда завтра утром, а заберу, когда наступит Рождество. По-моему, это не самое лучшее время, но в канун Рождества там устраивают вечеринку, и администрация приглашает всех потенциальных резидентов поучаствовать в ней. Ну, вроде затем, чтобы посмотреть, как на них подействует связанное с празднованием веселье.

– Ты думаешь, он захочет поселиться там на постоянной основе?

– Похоже, он к этому готов. Я больше беспокоюсь не о нем, а о Максе. В интернате уже есть своя терапевтическая собака, и у них нет места для еще одной.

– И что же ты собираешься с ним делать?

– Он останется жить со мной, – сказал Трэвис. – Мне хорошо в его обществе, к тому же Хью наверняка захочется проведывать его, когда он будет приезжать домой в гости. Проблема состоит не в этом, а в том, что Макс вечно убегает со двора. Он умудряется скидывать с себя все ошейники, которые я на него надеваю.

Уголком глаза Трэвис уловил розовую челку – в дверях стояла Рене. Он увидел, как она закусила губу, оглядывая зал в поисках знакомых лиц.

– Послушай, мне надо идти. Было приятно с тобой поговорить.

– Мне тоже, – сказал Хэнк. – Еще увидимся.

* * *

Рене затаила дыхание, обводя взглядом зал и надеясь отыскать в нем хотя бы одну женщину, одетую так же буднично, как и она сама. Те две дамы, которых она встретила на подходе к двери, были так расфуфырены, что ей пришлось собрать все свое мужество, чтобы просто пройти мимо. Однако теперь, когда она вошла в зал, было похоже, что на фоне других ее наряд выглядит не так уж и плохо. К тому же на другом конце зала она заметила Дебби Краудер и улыбнулась, почувствовав облегчение при виде знакомого лица. Когда придет время рассаживаться за столом, чтобы поужинать, возможно, они смогут сесть рядом.

К ней шел Трэвис, протискиваясь сквозь море людей, каждый из которых, похоже, старался остановить его, чтобы пожать ему руку и поздравить. Когда их взгляды встретились, он виновато пожал плечами, но Рене покачала головой. Все в порядке, – одними губами произнесла она. В конце концов, это ему здесь вручат награду, так что он заслуживает всех этих похвал.

– Прости, что опоздала, – сказала она, когда Трэвис подошел. – У меня была клиентка, которой кровь из носу надо было покрасить волосы для какой-то сегодняшней вечеринки.

– Не страшно, – ответил он, на секунду обняв ее. – Ты выглядишь потрясающе.

Рене почувствовала, как у нее вспыхнули щеки.

– Спасибо.

– Я рад, что ты здесь, – сказал он. – Мне пригодится твоя моральная поддержка.

– А мне твоя.

Он поднял одну бровь.

– А в чем состоит проблема?

– Не знаю. Просто… – она огляделась по сторонам, – все тут твои друзья, а я практически никого из них не знаю.

Трэвис наклонился к ней.

– Честно говоря, я и сам едва с ними знаком. Я вернулся в Болингброк всего год назад, а до этого долго отсутствовал.

Она пожала плечами.

– В таком случае нам надо просто не нервничать и надеяться, что никто из них не кусается.

Он рассмеялся:

– Просто держи свои руки подальше от их лиц.