Свои погремушки - Екатерина Вильмонт

– Вы не в курсе, где моя жена?

– Увы, Денис Григорьевич, я этого не знаю. Я сам хотел бы знать.

– То есть?

– Ну, госпожа Остужева, ваш литературный агент, и, кажется, весьма успешный, меня просили найти ее координаты…

– И вы ее не нашли?

– Нашел… в какой-то момент. Но она заявила, что уезжает, а когда вернется, попросит меня заняться ее разводом.

– Разводом? – ахнул Кузнецов. – А вам не кажется, что меня следовало бы поставить в известность в первую очередь! – закричал он.

– Видите ли, Денис Григорьевич, вы, вероятно, не в курсе, что некая Динара Алатаева на телевидении на всю страну заявила, что беременна от вас, что вы обещали на ней жениться, что ваша жена ей звонила с угрозами!

– Какой кошмар!

– Да, и по следу вашей супруги кинулась свора журналистов… Ей удалось каким-то образом от них скрыться.

– Иными словами, вам известно, где она скрывается?

– Я могу лишь строить догадки. Да, Денис Григорьевич, кто вам дал мой телефон?

– Рубен Мирзаян, знаете такого?

– Разумеется!

– Он сказал, что вы можете знать… где Злата.

– С чего он взял?

– Говорит, что слышал какие-то сплетни…

– Какие сплетни?

– Ну, будто бы вас неоднократно видели с женщиной в идиотской бело-зеленой шубе…

– Как интересно!

– Так вы дадите мне ее координаты?

– Нет! Не дам! – вдруг страшно разозлился Егор. – Теперь все переговоры только через меня! Я ее адвокат!

– И хахаль заодно? – ядовито осведомился Денис.

– Да! Но не хахаль, а жених! Как только она получит развод, я женюсь на ней!

– А вы наглец!

– Может быть!

– Вы наглец и лгун! Я слишком хорошо знаю свою жену, она органически не способна на тайные измены. Если бы у вас что-то было, она бы мне прямо сказала!

– Может, и сказала бы, если бы вы так спешно не утекли за тридевять земель, бросив женщину в столь трудный момент!

– Она сама на этом настаивала!

– А вы и рады! Вот и продолжайте радоваться, но Златы вам не видать, как своих ушей!

– Перед моим отъездом Злата сказала, что уйдет от меня, но останется моим агентом!

– Это ее выбор, но я бы ей не советовал, вы…

– А вы попробуйте сунуться к ней со своими дурацкими советами! Не на ту напали! – уже вне себя закричал Денис.

– А я не буду советовать, я буду требовать! Всех благ, господин Кузнецов!

Егор в сердцах чуть не разбил телефон. Черт знает что! Я совсем слетел с катушек из-за этой женщины! Я вел себя не как профессиональный адвокат, а как влюбленный и ревнивый мальчишка! К тому же не джентльмен! Разве можно было говорить, что я ее хахаль, когда я даже еще не целовался с ней! А Мигунов? Интересно, а Мигунов уже целовался с ней? Помню, одна артистка в подпитии говорила, что лучше Мигунова никто вообще не целуется… У Егора потемнело в глазах от ревности. Но он взял себя в руки. Ничего, я приготовил для нее такой подарок… Она не сможет не оценить его… Ох, Злата, и зачем ты тогда сунула мне в руки свой зонтик? Я же пропадаю без тебя… Ничего, еще два дня – и мой подарок будет полностью готов. А где ты, любовь моя, я уже знаю! В поселке Сиверский под Питером! Как-никак я бывший следователь, и далеко не из последних!

Двадцать девятого декабря поздно вечером Егору вдруг позвонил Мигунов.

– Егор Александрович, простите за поздний звонок!

Голос Мигунова звучал необычно, показался Егору каким-то слабым.

– Ничего страшного! Слушаю вас, Василий Евгеньевич!

– Вы не могли бы приехать ко мне завтра утром, пораньше?

– Мог бы! Что-то случилось?

– Да, случилось, и мне нужна ваша помощь!

– Сделаю все, что в моих силах!

– Не сомневаюсь, вы с этим справитесь!

– Хорошо, когда и куда приехать?

– Ко мне домой, как можно раньше! К примеру, часиков в семь утра, это возможно?

– Хорошо, буду.

– Спасибо вам!

Егор терялся в догадках. Что могло случиться? Если он заболел, то вряд ли был бы дома… Хотя… Может, ногу подвернул… А я при чем?

Ладно, решил Егор, утро вечера мудренее!

Ровно в семь утра он позвонил у калитки. Ему открыли. На крыльце его встретила полная женщина, видимо, домработница.

– Здравствуйте! Вы Егор Александрович?

– Он самый!

– Идемте, провожу вас!

– А что с Василием Евгеньевичем? Он заболел?

– Заболел! Но в больницу ехать отказался наотрез! Упрямый как черт! Но, думаю, дело не очень серьезно… Вот когда его инфаркт прихватил, он сразу согласился в больницу ехать.

Она постучала в дверь.

– Василь Евгеньич! Приехали к вам!

– Да-да, заходите, Егор Александрович!

Мигунов лежал на большом диване, в халате, был довольно бледен, но приветливо улыбнулся раннему визитеру.

– Заходите, садитесь! Тонечка, через полчасика подай нам сюда завтрак!

– Сделаю!

– Что с вами, Василий Евгеньевич?

– Ничего страшного, был небольшой сердечный приступ. Полежу несколько деньков и оклемаюсь. Но у меня к вам просьба. И вообще, очень серьезный разговор… Я хотел бы, чтобы вы, как юрист, занялись одним достаточно деликатным делом. Для начала ознакомьтесь вот с этим документом.

И он протянул Егору конверт. Тот достал из конверта бумагу, пробежал ее глазами.

– То есть как? Ничего не понимаю!

– Но там же все ясно сказано!

– То есть вы отец Василисы? Но как это возможно?

– В этой жизни, молодой человек, как выясняется, возможно все!

– И это не подделка?

– Боже сохрани!

– А Василиса и Злата… Они знают?

– Злата давно знает, а Василиса сама догадалась. У ее матери была моя фотография.

– И что?

– У нас с Василисой любовь, она сама сказала, любовь с первого взгляда!

– Как говорит моя мама, господи, твоя святая воля! А профессор Кузнецов в курсе?

– Да, я летал к нему в Бильбао. Он обрадовался! И подписал все документы, и готов подписать все, что еще может понадобиться. Он неприятный человек…

– Ага, теперь я, кажется, смекаю, что вы делали вместе с Златой в том медицинском центре… Я вас там видел.

– Верно! И я хотел бы, чтобы вы занялись всей этой историей. Ну, с признанием моего отцовства. Вы согласны?