Мы живем неправильно - Ксения Букша

Напротив – это через дорогу, на другой стороне проспекта. Проспект больше напоминает поле. До ближайшего светофора – метров триста в одну сторону. Оранжевый пуховик маячит впереди, но догонять не спешу. Кафе – дешевая забегаловка, Любовь уже сидит за столиком и пьет бумажный пакетик из бумажного стаканчика. Крашеные волосы собраны на макушке в незаурядно неаккуратный хвост, жидкие пряди свисают на лицо. Под оранжевым пуховиком – свитер цвета зеленки.

– Я хочу поведать вам, – говорит Любовь, – историю моего развода.

– Вы уверены? – уточняю я, заостряя диктофон. – А будет ли это интересно?

– Как же это может быть неинтересно? – изумляется Любовь. – У меня же двое детей.

– Отлично, – я мысленно ловлю себя на том, что использую словечки Арефьева (отлично, абсолютно, вероятно). – Но чем ваша история отличается от миллиона других таких же историй?

– Много чем! – утверждает Любовь. – Например, он не закрывал тюбики с зубной пастой. Неправильно держал ложку. А еще – он оставлял в раковине обгоRe: вшие спички.

– Это действительно интересно, – соглашаюсь я. – Но вам придется дать мне телефон своего бывшего мужа, чтобы мы могли объективно описать ситуацию.

– Он вам не поможет, – морщится Любовь. – Он совсем не объективный человек. Наоборот, он субъективный. А объективная-то как раз я. Вы мне не верите?

Из щелей окна тянет морозом. У дверей агент по недвижимости заполняет бумаги, довольно поглядывая через дорогу на наш дом.

– Мы продали свою трехкомнатную квартиру и купили две двухкомнатные в этом доме, – продолжает Любовь. – Он – на первом этаже…

– А вы на двадцатом?

– Нет, на втором. Но в разных подъездах! – Любовь поднимает палец.

– Две двухкомнатные, – соображаю я. – Удачный обмен, не так ли?

– Вот еще! – негодует Любовь, болтая пластмассовой палочкой в бумажном стакане. – Раньше я жила в трехкомнатной квартире и с мужем. А теперь без мужа и в двухкомнатной. Где же тут выгода?

– Действительно, – я опять вынужден признать ее правоту и заодно начинаю понимать, как она мыслит. – К тому же ваш муж теперь живет один в точно такой же квартире, что и вы втроем с детьми.

– Вот именно! – Любовь энергично кивает. – Точно! Никакой справедливости! Дети совсем разбаловались, – жалуется она. – Старшему сыну недавно замечание в дневник написали: «Играет на уроке в покер. Не умеет считать ставки».

– Ужасно, – поддерживаю я. – Пришлите его к нам.

– Так как насчет статьи? – напоминает Любовь.

Я надолго задумываюсь. С одной стороны, мне нужен материал. С другой стороны, алгебра тут явно нелинейная.

– Знаете, – говорю я наконец, – мне кажется, что четырехкомнатная квартира на двадцатом этаже могла бы спасти ваш брак.

Любовь поднимает брови, в глазах появляется интерес.

– Вы можете предложить мне такой вариант?

– Это еще неточно. Пожилая чета и их молодая дочь с ребенком. Коляску тяжело втаскивать на двадцатый этаж, а отдельная квартира повышает ее шансы на замужество.

– А вы уверены?

– Ну разумеется. Все девушки хотят замуж.