Дай лапу - Геннадий Абрамов

В такси сел сзади. Болтать не хотелось.

Прикрыв глаза, Андрей перебирал в памяти подробности утреннего свидания. Ха! Сходи погуляй, на белый свет позевай. Обалдеть, девочка. Реванш состоялся.

— Уснул? — оглянулся таксист. — Окружная.

Въехали в поселок. Андрей показал, куда свернуть.

К матери заезжать раздумал — после, на обратном пути. Успеем настроение испортить. Сначала в гараж, к дяде Коле.

На чай таксисту отстегнул щедро — у того на бок повело скулы, затрепетала и зашлась душа. Пацан все-таки, а сыплет, как какой-нибудь Абрамович.

— Сдачи не надо.

Это была его слабость — не просто шикануть, а так, чтобы еще и удивить, поразить. Пусть помнят. Пусть знают.

Дядя Коля, как всегда, возился со своим «москвичом».

Андрей понаблюдал за ним издали. Клевый старик. Спокойный, золотые руки. Лучшего соседа не найти. Если в силах сделать — никогда не откажет. Хорошее сердце, добрый. Правда, голова пустая — ну, не всё же сразу одному человеку.

— Привет, дядь Коль.

— А, Андрей. Здравствуй. Как дела?

— Дела у прокурора, дядь Коль.

— Мать твоя опять сорвалась.

— Зараза, — Андрей с досады пристукнул кулаком по бедру. — Увезли?

— Дома пока. Зайдешь?

— Не. Попозже. Когда вернусь.

Коробку с курткой для Яшки припрятал в гараже. Переоделся. И вывел мотоцикл.

В сердцах шваркнул по педали.

— Дядь Коль? Я тебе что-нибудь должен?

— Нет. По декабрь рассчитались.

— Напомни тогда.

— Кати! Тарахтишь больно.

— Часа через два — будешь?

— Если обедать отойду. А так — здесь.

— Годится!

Андрей поднял мотоцикл на дыбы, дал круг почета, но уезжать передумал, вдруг резко затормозил и спешился, поставил мотоцикл на рога…

— Расстроил ты меня, дядь Коль. Ну что мне с ней делать?

— Попроведай хоть.

— Жить не живем, а проживать проживаем.

— Крест твой. Терпи.

— Да она мне всю молодость искалечила!

— Родителей, сынок, не выбирают.