Вкус "лимона" - Леонид Головня

Скрывая волнение и презирая собственную гнусность, Коля торопливо заговорил:

– Если у тебя найдут, как ты говоришь, что-то серьезное, сумма взносов обозначится немалая. Вот когда у вас скандал начнется, – давил он на больное место.

– Да? – Клавдия испугалась.

– Этот сюрприз для нее не такой болезненный, – доказывал Коля. – Биллу меньше платить придется.

– Да? – опять произнесла она.

– Если сейчас не подписать, Кимбл не успеет зарегистрировать полис до обследования, – удачно сымпровизировал Коля.

Она присела на стул. Вздохнула.

– Будем «сюрприз» переживать. Где тут подписывать?

Он указал места. Она подписала. Коля поспешно спрятал листки в сумку. Клавдия заторопилась за вещами.

– Улетишь на родину, закроем полис! – пытался успокоить Коля, крича ей вслед.

– Внизу встретимся. – Клавдия исчезла в дверях.

В день обследования скандал таки случился. Коля и Кимбл привезли заверенные бумаги. Клавдия, повернувшись к сестре, осторожно указала Флоре на листки.

– Страховку оформила, Фло. Биллу не придется много тратиться!

Флора вскинула голову:

– Покажи!

Коля протянул копии. Кимбл стоял, кивал.

– Это – ваши! – сказал Коля.

Флора читала полис.

– Почему задним числом? – спросила.

– Число стоит в день договоренности. Иначе не будет с сегодняшнего дня действовать, – пояснил Коля.

– Какая тебе разница, Фло?! – воскликнула Клавдия.

С Флорой произошло невероятное. Она посмотрела враждебно, вскочила и закричала:

– Тебе не стыдно жульничать?! Выгоду ищешь! За тридцать сребреников Бога продаешь! Потом не отмолишь! Никогда не думала…

– Чего я продаю?! – Клавдия мгновенно воспламенилась.

Глаза расширились. Нервы не держали, она взметнулась порвать страховку.

Коля остановил.

– Клав, подумай. Ты говорила, приступ так начинается, – тихо сказал он.

Клавдия посмотрела на сестру и занервничала. Флора повалилась на колени, попыталась молиться, захлебнулась в слезах. Упала на ковер, зарыдала.

Билл бросился к ней.

– Отойди, не трогай меня! – кричала Флора.

Билл не слушал, сел рядом, гладил ее по голове. Она вдруг примолкла, посмотрела на него.

– Не вози мне больше ничего, Билл. Умоляю тебя. Я тебе не жена и не буду никогда!

Она зарыдала в голос и повалилась на пол. Билл, не обращая внимания на сопротивление, потащил ее на диван. Флора уткнулась в подушку и всхлипывала.

– Нет! – Она вдруг подняла размазанное лицо. – Билл не будет ничего платить. Я знаю, где деньги возьму. Бог мне простит!

Кимбл перепугался:

– Флора, успокойся. Мы никого не обманываем! – суетливо говорил он.

Флора не успокаивалась. Истерика усилилась.

Клавдия нервно моргала.

– Вот как бывает, Коль. – сказала она одними губами. – Сестра ничего не понимает сейчас, – и ринулась к ней.

– Не трогай меня! – кричала Флора. – Зачем приехала?! Лечиться здесь выдумала! Они – преступники! – выбросила палец в сторону Коли и Кимбла.

Клавдия отпрянула.

Билл оглядывался на страховщиков, будто оправдываясь в собственной вине:

– Переживает Флора. Но это пройдет. Ни при чем здесь ваша страховка. Клавдия, поезжай, сделай, что нужно…

Флора не реагировала. Всхлипывала и размазывала по воспаленному лицу тушь от ресниц.

– Коль, отвези меня, – сказала Клавдия. – Я не успокою ее…

Коля завел «Шевроле». Они поехали.

– Сама-то успокойся, – сказал Коля. – Тебе тест проходить.

– Да, да, да. – Клавдия до хруста сжимала пальцы рук. Подняла глаза. – Побудешь со мной до конца? – спросила неуверенно.

– Обязательно, Клав, не сомневайся.

Коля засел в приемной, где, как в лекционном зале, стояли ряды свинченных вместе стульев. Напротив, между двух внутренних дверей на шарнирах, из-за высокой стойки высовывалась макушка медсестры, которая отвечала по телефону и принимала новеньких. Шарнирные двери постоянно открывались. Работники в халатах вызывали людей пройти внутрь. Колина соседка постоянно вставала, шла к автомату с водой и пила воду из бумажного стаканчика.

– Мистер Мартинес, пройдите в палату! – услышал Коля приглашение от медбрата, появившегося в двери.

Коля поднялся. Бледная Клавдия лежала на узком столе в окружении ламп и приборов. В комнате был полумрак.

– Как? – спросил Коля.

– Чувствую себя нормально. Боялась, больно будет. Зря волновалась.

Пришел кардиолог, отозвал Колю в угол к столу. Клавдия смотрела на них, напрягая глаза. Они поговорили недолго, и врач ушел.

– Что он сказал? – спросила Клавдия.

– Два сосуда закупорены, – объяснил мрачно Коля. – Можешь отказаться от операции. Говорит, умереть можно в любой момент.

– Коль, я боюсь, – вырвалось у Клавдии.

Подошла медсестра, протянула планшет с бланком:

– Форма об отказе от операции.

– Что это? – испуганно спросила Клавдия.

– Заявление об отказе, иначе они из больницы не выпускают.

Клавдия механически взяла бумажку.

– Я решилась! – сказала она, бегая глазами с сестры на Колю.

– Мы согласны на операцию, – сказал тот.

Клавдия закрыла глаза.

– Надо Флоре позвонить, – предложил Коля. – Она, наверно, пришла в себя.

Лицо Клавдии напрягла гримаса боли.

– Не знаю, что делать. Операция с утра. Придумай что-нибудь, чтобы завтра сообщить.

– Самое простое – сказать, что тебя задержали на второй тест. Я посижу тут.

– Правда посидишь? – Она смотрела умоляюще. От прежней Клавдии не осталось и следа.

Колино сердце сжалось. Он собрал силы, чтобы улыбнуться.

– Что ты паникуешь, «Первая Леди»?! – сказал бодро. – Меня твоим мужем, между прочим, назначили. Тебя не спросили. Так что я – президент я, правда, не знаю чего.

Искусственная улыбка скользнула по ее лицу.

– Как? Кто тебе выдал такой аванс?! Я жалобу подам.

– Поздно. «Мистер Мартинес, пройдите в палату» – так меня к тебе пригласили.

– Тогда обязательно сиди. Навязался в мужья, неси ответственность.

– Я несу.

– Вижу.