О чем молчат вороны - Эзекил Кваймуллина

– Да, только они на пару лет меня старше, так что мы были в разных классах. А, и еще Алекс на какое-то время уезжал в пансион. Потом он вернулся, когда с деньгами стало не очень.

– Не знал, что Шольты испытывали с этим затруднения.

– Сейчас-то у них все в порядке, а вот тогда Оскар Шольт – дедушка Алекса – спустил большую часть состояния.

– Азартные игры?

Элли рассмеялась.

– Не-а. Апокалипсис!

Папа вопросительно на нее посмотрел.

– Простите?

– Он был убежден, что скоро наступит конец света. Уйму денег потратил на всякие глупости. Вроде даже в колонию на Луне вложил тысячи. А потом заперся в старом доме – ну, из которого потом сделали детский дом, – с горой запасов и стал дожидаться конца.

Я подалась вперед.

– То есть у Александра Шольта была причина пойти на преступление – чтобы восстановить семейное состояние.

Папа тихо замычал, выражая свое согласие, а потом обратился к Элли:

– Как они наладили свои дела?

– После того как Оскар Шольт умер, Алекс взял на себя управление финансами и заработал много денег на бирже.

Я хмыкнула.

– Или на таблетках, которые продаются только по рецепту. Или, не знаю, на какой-нибудь другой преступной деятельности.

Папа пожал плечами: может быть.

Элли бодро продолжила:

– Алекс сделал много хорошего для нашего города и для детей из того дома. Ему еще пришлось биться за то, чтобы его открыть.

Любопытно. Папа тоже заинтересовался.

– Были несогласные?

– Некоторые местные жители не хотели, чтобы рядом жили «проблемные дети». Только некоторые, имейте в виду! Большинство было не против дать ребятам второй шанс. Билл Картер предлагал учить их верховой езде, Долли Уестерман, бывшая учительница, – основным предметам… Ох, много кто хотел помочь! Эйприл Чанг даже начала собирать подписи добровольцев.

Она вздохнула.

– Потом старый Сэм Финч начал собирать подписи тех, кто против детского дома. Атмосфера в городе стала довольно напряженная. Кто-то даже устроил погром в пабе Сэма, хотя нет никаких доказательств, что это внучка Долли, что бы он там ни говорил… Так вот, извините. Теперь это все в прошлом. Дом построили, но добровольцем выступить никто не смог.

– Почему? – спросила я одновременно с папой.

– Запретили. Есть определенные законы, установленные государством, и они разрешают находиться в учреждении только тем, кто официально там работает. А жалко.

Я взглянула на папу.

– Правда есть такие законы?

Он едва заметно помотал головой, и я ухмыльнулась.

– Ага! Значит, Шольт намеренно никого не подпускал к дому.

Элли не слышала моих замечаний и продолжала говорить:

– Знаю, Алекс был бы только рад, если бы жители помогали с детьми. Ему очень нравится у нас в городе, поэтому он так здесь и живет, несмотря на все богатство. Если бы у меня было столько денег… – Она печально улыбнулась. – Впрочем, сейчас я бы все равно не уехала.

– А раньше уехали бы? – спросил папа.

– Когда я была еще подростком, мне не терпелось отсюда сбежать! Мы с подружкой мечтали стать космонавтами, потому что космос дальше всего от нашего города.

– Почему же вы остались?

Элли помрачнела.

– Из-за моей подруги, Сары. Ее звали Сара Блю. Она исчезла.

Я поперхнулась.

– Исчезла?! И часто люди исчезают в этом крошечном городке?

Очевидно, папа подумал о том же самом.

– Когда? – спросил он.

– О, давным-давно. Двадцать лет… семь месяцев… и шесть дней назад. Нет, я не считаю! – Она засмеялась, но смех резко оборвался. – Сара исчезла за неделю до своего пятнадцатого дня рождения. Она вышла из школьного автобуса, как обычно, но до дома не добралась.

Двадцать лет назад. Значит, с этим делом не связано. Как и сказала Элли, это было давным-давно.

Двадцать лет, семь месяцев, шесть дней… Интересно, папа тоже будет так вот подсчитывать дни? Мне не хотелось, чтобы моя смерть превратилась в унылую точку отсчета в его жизни.

– Вы так и не узнали, что с ней произошло? – спросил папа.

– Нет. Старик Дерека вел расследование. Он считал, что Сара сбежала.

– А вы нет?

– Нет, и ее родители в это не верили. Да, ей хотелось уехать, как и мне, но она не бросила бы маму с папой, даже не попрощавшись.

Элли вздохнула.

– Они оба уже мертвы. Так и не смогли пережить потерю. Остальные родственники живут далеко отсюда – ее родители переехали в наш городок по работе. И все же мне хотелось бы наконец найти Сару и сообщить радостную новость семье.

– Думаете, она до сих пор где-то здесь?

Видимо, папа таким образом ненавязчиво уточнял, правда ли Элли думает, что Сара все еще жива.

– Да, времени много прошло, но бывало такое, что потерянных людей находили спустя десятки лет. Дерек считает, что уже нет смысла в поисках, но…

Она встревоженно покосилась на папу – наверное, боялась, что он согласится с Дереком. Вот только она не знала моего отца.

– Мы – полицейские, – с гордостью произнес он. – Мы никогда не перестаем искать пропавших.

Элли просияла.

– Честно говоря, я тут подумала… ну, конечно, если вы не слишком заняты…

– С радостью взгляну на папку с делом, – сказал папа.

По ее лицу расплылась улыбка.

– Спасибо! Она в бардачке.

Я рассмеялась.

– Наверное, она сразу положила ее в бардачок, как узнала, что скоро приедет опытный следователь.

Он кивнул и потянулся к бардачку. Вокруг глаз у него собрались морщинки – так бывало всегда, когда папа с трудом сдерживал улыбку: ему нравилось, что Элли борется за подругу.

Папа принялся листать папку, и я подалась вперед, сощурив глаза. Папа достал фотографию и приподнял, чтобы я лучше ее рассмотрела. Сара Блю. У нее были длинные черные волосы, смуглая кожа, смелый взгляд. Коренная австралийка, мечтавшая подняться к звездам.

Папа убрал снимок и закрыл папку.

– И это все? Маловато для дела о пропавшем ребенке.

– Вы тоже так считаете? Я пыталась обсудить это с Гэрри Беллом – он сейчас на пенсии – но… скажем так, он не проникся моими словами. Дерек уверен, что Гэрри Белл сделал все что мог, но это нормально – заступаться за отца. Просто… – Элли покачала головой. – Гэрри Белл не сомневался, что Сара скоро вернется. – Она крепче сжала руль. – А она так и не вернулась. Думаете, еще можно напасть на ее след?