Тяжесть сияния - Кирилл Григорьев

— Ладно, — остановился Никита перед дверями квартиры. — Ты точно мне с компьютером поможешь?

— Точно.

— Тогда давай пять, — улыбнулся Никита, протягивая руку. — Будем знакомиться по новой. Шершень меня зовут.

— А… Он? Ну, тот? — окончательно растерялся Федор.

— А это — мой помощник, — пояснил Никита, открывая квартиру. — Боевой голем Ирис.

Он включил свет в прихожей и массивная фигура боевого голема выступила из темноты. Ирис, вытянув вниз руки, стоял у двери в комнату. Он даже не поморщился, когда сверху вспыхнула люстра и отблески света заиграли у него в открытых зрачках. Изуродованное лицо даже не дрогнуло.

— Что встал? — усмехнулся Шершень. — Заходи.

2

— Да, ладно, расслабься, — сказал Шершень, доставая печенье к кофе. — Ничего страшного, почти как мебель. Он даже говорит словно деревянный.

— Это как? — не понял Федор.

— Услышишь — поймешь, — пообещал Шершень. Он внимательно посмотрел на Федора, присаживаясь на табуретку напротив. — Ну, а, теперь ты рассказывай.

— А что рассказывать-то? — оторопел Федор.

— Как поживаешь, то, се, — помахал Никита пальцами в воздухе. — Как в Управление попал.

— Обычно попал, — пожал Федор плечами, — как все, наверное. Пришел на тестирование, прошел комиссию, зачислили стажером. Вот, собственно, четыре месяца уже и стажерствую.

— Не надоело?

— Надоело, конечно, — вздохнул Федор, — а что поделаешь? Я ведь совсем начинающий. У меня на тестировании всего 92 балла по Ксавье было. Вот и учусь.

— Сводки править? — усмехнулся Никита. — 92 — это совсем неплохо, поверь.

— Что дадут, тому и учусь, — обиделся Федор.

— Да ладно тебе… Хочешь к нам в команду?

Федор почесал затылок.

— А на фига я вам сдался?

— Мне копьютерщик нужен. Грамотный.

— С чего ты взял, что я — грамотный?

— Забыл, что ли? — улыбнулся Никита. — Я ведь немного ментоскопист.

Федор с любопытством огляделся.

Квартирка главного охотника на ведьм совсем не производила впечатления. Все вокруг либо казалось, либо было старым: и кухонная мебель, и замызганная газовая плита на две горелки, и стол за которым они восседали. А уж такие серванты Федор вообще видел только у бабушки в гостях, в глухой деревне за семьсот верст от Москвы. Он осторожно поднял чашку, из которой пил. Так и есть, на блюдце — 36 год.

— Богато живете, — заметил он, поставив чашку на место. — Наверное, у вас тут все на общественных началах, да?

— Не все. Там, в комнатах все по-другому. Маскировка.

— Слушай, а зачем весь этот маскарад? Ты — не ты, рухлядь на кухне.

— Специфика работы, — пожал плечами Шершень. — Думаешь, мое существование хоть кого-то радует? Даже шефа твоего, Сергеича, возьми. Он же прекрасно понимает, что одна-две ошибки и у нас с ним состоится плотное общение. Приватное, так сказать. Они все меня боятся, понимаешь? Все ваше дерьмовое Управление.

Он сказал это настолько просто, что Федор поверил в его слова сразу, без оговорок.

— Ты рожу моего Ириса видел?

— Ну?

— Вот тебе и ну. Во время передачи очередного задания какой-то тип плеснул в него серной кислотой. Слава богу, у големов кожа не человеческая. У них ее вообще нет, так только пародия одна. А что бы со мной было, представляешь?

— Ты, конечно, поймал гада?

— Если бы я его ловить принялся, — Ирис бы концы отдал. Так что пришлось выбирать: либо, либо, — вздохнул Никита. — А материалы, кстати, мне твой Сергеич тогда передавал. И только он и мог знать о встрече.

Они помолчали, задумавшись каждый о своем.

— Вот такие, брат, дела, — подытожил Шершень.

— Не весело, — согласился Федор. — Но погоди-ка, — вдруг пришла ему в голову мысль, — а почему ты мне вдруг открылся? Не боишься, что я вернусь и…

— А ты не вернешься, — грустно сказал Никита, глядя в свою чашку.

Федору стало нехорошо.

— Это почему…?

Шершень, закинув голову, заразительно засмеялся.

— Купился, да? — отсмеявшись, спросил он. — Шучу. Тебя ко мне прикомандировали, Федь. Сергеич решил соглядатая приставить. Он уже много раз пытался, а я все не брал. А тебя возьму. Ты меня компьютеру обучишь, а я тебя — неразрешенным магическим вопросам, идет? Ну, если ты все-таки не решишься на вступление к нам.

Федор облегченно рассмеялся.

— Ну, ты и тип, — наконец, покачал он головой. — Я подумаю.

— Смотри, количество членов ограничено. И еще есть условие, — поднял Шершень указательный палец. — Поночуешь пару ночей у меня. Просто если ты в Управлении появишься — Сергеич твое вранье сразу раскусит.

— У меня дом есть, — ответил Федор. — И, кроме того, в одной комнате с твоим монстром я спать не буду.

— У меня три комнаты, — усмехнулся Шершень.

Федор помолчал, размышляя.

— Тогда идет, — кивнул он после паузы.

— Ладно, — сразу посерьезнел Шершень. — Основные вопросы решили, теперь давай-ка посмотрим на документы. Мне Сергеич сказал, что одна Тень из легендарных двенадцати объявилась?

— Постой, — выкладывая на стол бумаги из портфеля, поинтересовался Федор. — Как же это он тебе сказать мог? По пейджеру, что ли?

— Не по пейджеру, — покачал головой Шершень, углубляясь в папку. — Мы с ним так общались. Прямо перед твоим приходом. Мен-таль-но.

— А, — потрясенно согласился Федор, опуская портфель на пол и, делая глоток из своей чашки. — Я, кстати, это слово тоже знаю.

Несколько минут Никита сосредоточенно шуршал бумагами.

Может, и правда все бросить к черту, подумал Федор. Стану бойцом и истребителем свихнувшихся ведьм. А что, чем не работа? И Раечка будет рада…

Он не успел еще поставить чашку на место, как ощутил за спиной присутствие. Молчаливое, грозное, страшное. Ощутимо повеяло холодом, у него даже мурашки побежали. Чтобы не вскочить и не закричать, Федор изо всех сил сосредоточился на возврате чашки к блюдцу.

Поставил, не расплескав ни капли, вытянул руки на столе, внутренне собираясь.

— Чего тебе? — разрядил обстановку Шершень, оторвав глаза от папки. Федор облегченно обернулся. В дверях кухни угрюмой скалой торчал боевой голем Ирис.

Да, мельком подумал Федор. Не везет ведьмам.

— Событие случилось, — пробасил Ирис. — По телевизору только показали.

— Что такое? — озабоченно поднялся Никита, откладывая бумаги в сторону.

— Труп нашли в лесопарке, — доложил голем.