Тяжесть сияния - Кирилл Григорьев

1

Настя напомнила о себе за ужином. Рыбьей костью, застрявшей в горле.

Олег начал задыхаться, чувствуя, как что-то острое раздирает его изнутри и мешает дышать. Он попытался прокашляться, а Ира принялась лихорадочно бить его по спине. Внезапно все кончилось.

Кривая толстая рыбья кость оказалась на ладони Олега.

— Довыступался, — пророкотал тещин бас.

Позади него в проеме кухонной двери стояла Мария Захаровна и медленно хлопала в ладоши.

— Это Настенька, — пояснила теща. — Вчерашнее выступление тебе так просто с рук не сойдет.

Олег посмотрел на перепуганную Ирку, на всякий случай оглядел стол и вновь вернулся взглядом к кости на ладони.

Сегодня в меню рыбных блюд не присутствовало.

— Хватит, мам, — прикрикнула Ирина. — И без тебя тошно.

— А что — тошно? Язык свой надо уметь сдерживать. Раздухарился давеча. Разменивать меня собрался, сынок?

— Надо будет — разменяю, — не оборачиваясь, ответил Олег. — Никакая Настя меня не остановит.

— Еще как остановит, — удовлетворенно сказала теща и удалилась, шаркая, в свою комнату. — Либо она, либо ее имя.

Олег перевел дух.

Посмотрел на Ирину.

— Что скажешь, а?

— Это Настя, — согласилась жена с Марией Захаровной. — Кажется, началось.

— А имя ее причем? Я сегодня даже в Интернете лазил, смотрел.

— С чего это вдруг?

— Да, Мишка сказал по телефону, что заклинание она про свое имя читала.

— А… И что увидел?

— Вылитая Настя. Но не такая, как сейчас. Сейчас она совсем другая, страшная.

— У нас есть такое понятие, — Ирина выделила это «у нас», — истинное имя. Имя, отражающее подлинную сущность человека. Теоретически, зная имя, вполне возможно управлять поступками владельца. Или накладывать специальные заклинания, только на это имя рассчитанные.

— Значит, у нее оно не Анастасия?

— Скорее всего, нет.

— И какое?

— Эх, если бы знать, — развела Ирина руками. — Мы бы с ней быстро управились. Ты, кстати, с ней сегодня все-таки поговорил? Я вот весь день ее найти не могла.

Олег в сомнении посмотрел на почти полную тарелку и решительно ее отодвинул.

— Поговорил, — ответил он. — Мы расставили последние точки над «и».

— Судя по костям, не договорились.

— Ага. Поцапались окончательно.

— Молодец, — покивала Ирина после оторопелой паузы. — Правильной дорогой идете, товарищ! Что дальше думаешь делать?

— Работать, — ответил Олег. — Или ты предлагаешь мне сразу участок на кладбище заказывать?

— Значит так, — сказала Ира решительно. — Сейчас спать ложись, а я посижу, тоже поработаю немного. Своего мужа никому в обиду не дам.

— Настя не может забыть, — осторожно произнес Олег. — Ну, как мы с тобой…

— И как я…, — продолжил он мысленно, — до того, как мы с тобой. Но лучше тебе этого не знать.

Олег вступил на очень скользкую почву.

— Вот даже как, — удивилась Ирина. — Так и сказала?

— Да.

— Не волнуйся, — успокоила его жена. — Думаю, это просто повод.

— Слушай, а что она мне сделать-то может? Киллера наймет? Братков подошлет?

— Какие братки! — всплеснула руками Ира. — Твое мышление выше уличного и бандитского никогда не поднималось! Ей вообще никто не нужен, что бы человека уничтожить!

— А, — кивнул Олег с ядовитым пониманием. — На магию вашу намекаешь.

Ирина посмотрела на него с сожалением.

— Не веришь, — сказала она. — Так, до сих пор и не веришь.

— А с чего мне верить-то? — пожал Олег плечами. — Я, Ир, воинствующий атеист и во всякую бредятину верить не собираюсь.

— Какой ты атеист?

— Воинствующий. Это значит, что могу и в глотку служителю культа вцепиться. Или лицу, вдувающему мне в уши всякую фигню об оккультизме и магии. Вот так-то.

— Ты забыл добавить — доступно, — подсказала Ирина.

— Это Насти твоей копирайт, — заметил Олег. — И вообще, хватит меня тут запугивать. Настя то, Настя се. Что мне теперь, всю жизнь держать равнение на Настю? Мне — плевать. Пусть делает, что хочет. А если уж совсем до явного мордобоя дело дойдет, то я ее операм сдам. Как руководителя организованной преступной группировки.

Ира, подперев голову кулаком, посмотрела на него, как на примерного воспитанника детского сада, читающего на табуретке стихи к 8 Марта. Почти с умилением.

— Твоим упрямством, — сказала она, — можно дома старые сносить. Давай отбросим гонор и недалекость, ладно? Магия и мистика существуют на самом деле, Олег, хочешь ты этого или нет. Магия — это словно незримая тень, которая каждый день с нами.

— А доказательства, — заупрямился Олег. — Где доказательства?

— Доказательства?

— Да. Не пустой треп, а то, что можно пощупать руками.

— А рыбная кость в горле для тебя не доказательство?

— Что за бред! — возмутился Олег. — Есть ты, есть я. Есть наша любовь, чувства и отношения. Ладно, готов согласиться, что существует еще и так дорогая тебе магия с волшебством. Но мне от этого ни горячо, ни холодно. Играйся на здоровье. Обещаю, со своей стороны, не сдавать тебя в сумасшедший дом, даже если ты начнешь жаб каждое утро готовить. Будем считать это частью секретного религиозного ритуала. Я вот что понять никак не могу, Ир. Что мне твоя Настя, даже если она какой-нибудь там ваш магистр черной магии, сделать может? Почему вы все ее так боитесь? И почему, наконец, ты, моя законная жена, судя по всему, разбирающаяся в этих вопросах, не можешь меня защитить? Я ведь тебя защищаю на улице от хулиганов. Или ты не хочешь?

— Ну, вот последнее, — это ты зря, — сказала Ирина. — Тебя бросать никто не собирается. Просто Настя гораздо сильнее меня. На порядок.

— Хорошо, — кивнул Олег. — Так, к чему мне готовиться, Ир? Чего ждать?

Жена задумчиво поводила пальцем по коленке.

— Ну, начнет она, я думаю, с мелочей, — сказала Ира. — Заговоры, нелепые случайности, мелкие и досадные неприятности. Это мы нейтрализуем, не переживай. Может, конечно, порчу наслать. Посложнее, но тоже справимся. А вот через день-два Настя возьмется за дела посерьезнее. Заклинания уровнем повыше. Искажение реальности на твоем пути. Много чего… Но если ей повезет, все может закончиться очень плохо.