Если бы мы были злодеями - М. Л. Рио

Нечеловеческий, визгливый смех Рен вновь привлек мое внимание к сцене на пляже.

– «Спроси». – Мередит.

– «Скажи». – Рен.

– «Ответим». – Филиппа.

– «От нас ли хочешь слышать ты ответ,

Иль вызвать мы должны тебе своих

Владык и старших?» – Мередит.

Джеймс нетерпеливо:

– «Пусть: хочу их видеть!»

Девушки нестройно заголосили. Джеймс стоял и смотрел, задумчивый и неуверенный.

Мередит:

– «Кровь свиньи, что своих

Поросят сожрала,

Жир убийц проклятых

Лейте в пламя котла!»

Все:

– «Высший, низший, явись,

Перед ним покажись!»

Филиппа что-то бросила в огонь, и пламя костра громко загудело. Глубокий голос пророкотал над пляжем, словно рев разгневанного первобытного бога. Безусловно, это был Ричард.

– «МАКБЕТ! МАКБЕТ! МАКБЕТ! СТРАШИСЬ МАКДУФА…»

Ричарда нигде не было видно, но его голос грохотал со всех сторон настолько громко, что отдавался в костях. Джеймс был напуган не меньше меня или кого-либо другого и начал говорить, запинаясь:

– «Кто б ты ни был —

Спасибо за совет! Ты задрожать

Заставил сердце мне; скажи еще…»

Ричард прервал его: звук был подобен треску расходящейся земной коры, грохоту и дрожи землетрясения.

Ричард:

– «МАКБЕТ, МАКБЕТ, МАКБЕТ!

Будь тверд и настойчив! Противься судьбе!

Рожденный женою не страшен тебе!»

Джеймс, с вызовом:

– «Ну, если так – тогда живи, Макдуф!

Ричард:

– «Как лев, не тревожься

За власть и за сан!

Незыблемо будет

Стоять Донзинан,

Покуда на замок,

С толпою врагов,

Не двинутся сосны Бирнамских холмов».

Джеймс:

– «О! Вот чего не будет никогда!

Кто дерево заставит вырвать корни

Из недр земли? Отрадное предвестье!

Бессилен бунт, пока Бирнамский лес

Не двинется на замок! Будет счастлив

И цел Макбет, пока законным ходом

Не выплатит он общий смертных долг,

Спокойно умерев в своей постели!..

Но все ж моя душа горит желаньем

Узнать, что будет дальше! Говорите,

Когда вы это знаете: ужели

Потомству Банко точно суждено

Здесь царствовать?»

Ведьмы все закричали разом:

– «Не спрашивай!»

Джеймс:

– «Хочу я

Об этом знать! Проклятье вам навек,

Когда вы промолчите! Это что?

Котел исчез; откуда эти звуки?»

Все:

– «Явитесь.

Как марево в черном дыму,

Тенями пред ним пронеситесь

И сердце сразите ему!»

На галерке поднялись восемь фигур в плащах. Девушка, сидевшая неподалеку от них, испуганно вскрикнула. Силуэты скользнули к центральному импровизированному проходу и начали спускаться («Опять третьекурсники?» – невольно вырвалось у меня), тогда как Джеймс смотрел на них широко распахнутыми от испуга глазами.

– «Продлится этот ряд теней проклятых

До Страшного суда?»

Сердце подскочило к горлу. Мой выход! И я во второй раз ступил в круг света, не отрывая взгляда от друга. Кровь блестела и переливалась на моей коже. Джемс изумленно уставился на меня, и присутствующие дружно обернулись.

Вздохи и сдавленные вскрики затрепетали в тишине, но я видел только Джеймса.

– «Ужасный вид», – слабым голосом произнес он.

Я начал спускаться по ступеням, подняв руку, чтобы указать на фигуры, закутанные в плащи.

– «Теперь я вижу сам, что это правда!

Вот Банко, весь в крови! Глядит со смехом

Он на меня! На длинный ряд теней

Указывает мне с довольным видом,

Как на родных – как на своих потомков!..»

Я опустил руку, и силуэты исчезли, растворились в тенях, будто их никогда и не было. Мы с Джеймсом стояли в десяти футах от огня. Я сиял малиновым светом, мрачный и окровавленный, как новорожденный младенец, а лицо Джеймса было призрачно-белым.

– «Ужель все будет так?..» – спросил он, обращаясь, казалось, ко мне.

Последовало странная пауза. Мы оба, не сходя с места, наклонились вперед, ожидая, что случится дальше.

И тут между нами появилась Мередит.

Ее реплика отвлекла Джеймса.

– «Все, все так будет!

Ужели Макбета бесстрашного дух

Так мог быть сраженным?» – Мередит.

Он посмотрел на меня, а затем позволил соблазнительным ведьмам увлечь себя обратно к огню. Я быстро взобрался на верхнюю ступеньку лестницы и застыл, пристально наблюдая за ним: безмолвное напоминание о его кровавых деяниях. Дважды его взор обращался в мою сторону, но внимание зрителей было сосредоточено на ведьмах. Пока те кружили вокруг костра, Мередит выкрикивала последние строфы:

– «…Сбирайтесь вокруг!

Пусть в воздухе звучно раздастся наш хор!

Мы пляской веселой зловещих сестер

Державного гостя сегодня почтим,

Не будем вовеки забыты мы им!»

Ее подруги захохотали, глядя в грозовое небо, и вновь запели. Джеймс посмотрел на них ошеломленно, после чего развернулся и побежал прочь от костра.

Все:

– «Сестры, за дело!

Пламя, шипи!

Корчитесь, сучья,

Зелье, кипи!

Крылья вампира зеленого,

Плесень болотного мха…»

Пока Мередит и Рен продолжали свой свободный, дикий и неистовый танец, Филиппа подняла чашу, спрятанную в песке. Красная, вязкая жидкость плескалась о края – та же самая кровь, которая густым слоем покрывала и мою кожу.