Мой стокгольмский синдром - Бекки Чейз

– Еще один шаг – и я тебе ее сломаю, – Джейсон развернул меня, закрывая спиной от толпы.

Я всхлипнула, не в силах двинуться с места.

– Шевелись, – он подтолкнул меня к трейлеру, не убирая руку с шеи.

– Джейсон, ради всего святого!

Меня трясло. Он не единственный зверь здесь. Они все животные – и охотники, и егеря, и те, кто смотрит это шоу для извращенцев.

– Джейс, это она? – Знакомый томный голос заставил меня вздрогнуть – от коттеджей приближалась Кьяра.

И не одна, а в компании Психопата, который вблизи показался еще более мрачным. Не убирая руки с талии Кьяры, он кивнул Джейсону в знак приветствия. Я не могла понять, почему к нему привязалось такое странное прозвище, пока не увидела его взгляд: не просто пустой, а пронизывающий и дикий. По сравнению с ним глаза Джейсона казались полными жизни.

– Как тебя зовут? – Кьяра рассматривала меня с интересом.

Я вскинула подбородок и с вызовом на нее посмотрела.

– Она немая, – во избежание дальнейших вопросов ответил за меня Джейсон.

– Как это удобно, – усмехнулся Психопат.

Улыбка не смягчила его лица, сделав из сурового устрашающим.

– На что это ты намекаешь? – Кьяра шутливо ткнула его локтем в бок, но упрек был проигнорирован.

– Спасибо, что помог с таможней, – Психопат снова повернулся к Джейсону. – Не думал, что успею к началу. Знал бы, что русские прицепятся к лицензии – провез бы винтовку как дипломатическую почту.

Так вот почему Джейсон вчера уехал!

– Без проблем. Русских легко сделать сговорчивыми. Главное – знать, кому и сколько.

С этим не поспоришь – меня он тоже убедил быстро. И бесплатно.

Кьяра по‑прежнему не сводила с меня заинтересованного взгляда:

– Джейс, если передумаешь, помни: я с удовольствием выберу ее в качестве мишени.

От язвительного ответа меня удержали только сильные пальцы, предупреждающе сжавшие шею. Перекинувшись с Джейсоном еще парой фраз, Психопат и Кьяра удалились в сторону барака – рассмотреть приехавших.

– Как после всего этого ты можешь спокойно спать? – обреченно спросила я.

Не отвечая, Джейсон повел меня к трейлеру и втащил вверх по ступенькам. В спальне почти закончили с ковром: новое покрытие уже уложили, а обрезки старого выносили к стеллажам в архив. Не дожидаясь, пока спальня опустеет, Джейсон втолкнул меня внутрь и протащил в ванную. Сейчас он снова меня изобьет, равнодушно подумала я. Вместо этого Джейсон достал из кармана наручники и, накинув мне один браслет на запястье, защелкнул второй на трубе над раковиной. И вышел, по‑прежнему не говоря ни слова. Хлопнула входная дверь.

Я дернула рукой, проверяя, насколько крепки цепочка и труба, но обе отрываться не спешили. Попробовала стянуть браслет, но наручник сидел плотно. Попыталась дотянуться до тайника с канцелярским ножом, но и эта затея с треском провалилась – обогреватель был слишком далеко. Длины наручников хватало только, чтобы я могла сесть на унитаз. Ругая свою неосмотрительность – косметичка с ножницами осталась в спальне, – я опустилась на стульчак. В животе ныло – то ли от страха, то ли от голода. Сжав виски ладонями, я пыталась придумать, что делать дальше, но ни одна идея на ум не приходила, даже самая бредовая. По десятому кругу изучив содержимое шкафчика и намылив запястье шампунем, я все равно не смогла снять наручник. Боль в животе усиливалась, переходя в длительные спазмы. Чертыхнувшись, я проверила трусы – так и есть, начались месячные. Сняв джинсы, чтобы не испачкать, я повесила их на крюк возле раковины, а полотенце приспособила вместо прокладки. За этим занятием меня застал Джейсон.

– Можно мне ваты… или бинт? – попросила я, сгорая от стыда, когда он появился на пороге ванной.

– Ты пыталась самоубиться вчерашним набором, но неудачно? – Джейсон рассматривал кровь на моих бедрах.

– Пожалуйста, – продолжила унижаться я. – Я не смогу неделю пользоваться полотенцем…

– А кто сказал, что у тебя есть эта неделя? – Джейсон подошел ко мне вплотную.

Я мысленно досчитала до десяти, чтобы не заплакать. Вот и все. Я ему надоела.

– Вы ответите за каждую смерть, – голос предательски дрожал. – Сколько бы денег вы не…

Увидев в его руке пистолет, я осеклась. И встала. Не умирать же, сидя на унитазе. Джейсон поднес пистолет к моей шее. Сглотнув, я не сводила с него взгляда. Пусть эти глаза будут последним, что я увижу. Он надавил на курок, но выстрела не последовало. Вместо этого я почувствовала укол – пистолет оказался шприцем. Я провалилась в темноту, успев подумать о том, как это странно: убивать меня инъекцией вместо того, чтобы просто застрелить.