Не обещай ничего - Линвуд Баркли

– Только что узнала от вас. – Она шла опустив голову, чтобы со стороны не было заметно, что она с кем-то разговаривает. Насильник может не решиться напасть, если увидит, что она говорит по телефону с человеком, который сумеет прийти ей на помощь.

– Ты в хорошей форме. Не сомневаюсь, муж это ценит.

Она подумывала сходить в отдел нравов колледжа и написать на Данкомба жалобу. В Теккерей-колледже давно осуществлялась политика борьбы с сексуальными домогательствами, направленная на то, чтобы преподаватели не прыгали на студенток. Но это относилось в равной мере ко всему персоналу. Особенно подчеркивалось – об этом отдельно говорилось на сайте колледжа, – что никто не имеет права преследовать подавшего жалобу. Хотя Джойс понимала, что в реальном мире все обстоит иначе. С работы ее, конечно, не прогонят, но надо ли ей это? У них небольшой отдел, все остальные сотрудники, кроме нее, мужчины. Глядя на Майкла, Аллана и Фила, Джойс всегда вспоминала Ларри, Даррила и Даррила – деревенских шутов из старого телешоу. Без помощи коллег у нее ничего не получится. Она как-то попыталась обсудить эту тему с Алланом – после того, как Данкомб завел с ней разговор о том, что называл стилем жизни; он явно имел в виду игру в обмен супругами. Джойс тогда ответила, что ее это не привлекает, а сама решила поговорить с Алланом, поскольку он один имел коэффициент умственного развития выше, чем у граната. Аллан ответил, что Данкомб над ней подшучивает и не надо к нему серьезно относиться.

– Где ты? Почему молчишь? – спросил начальник.

– Я вас слышу, Клайв, – ответила Джойс.

Со стороны библиотеки приближался студент. Темноволосый, ростом шесть футов и шесть дюймов, худощавый. На нем были джинсы и застегнутая под горло серая школьная толстовка с капюшоном. Капюшон был надвинут на лоб.

– Кто-то идет в мою сторону, – прошептала Джойс.

Они встретились и разошлись. Парень продолжал путь к спортивному центру, она – к библиотеке. Еще один мужчина шел ей навстречу, но это был Фил.

– Р-р-р-ы… – прорычал он, когда они поравнялись.

Джойс понимала, что лучше не раскрывать себя и не оборачиваться, но не устояла. Хотела убедиться, что Майкл где-то сзади. Но никого не увидела.

– Где Майкл? – спросила она в микрофон.

– Поблизости.

– Поблизости от меня?

– Ты сама-то где? Я потерял тебя из виду там, где редко стоят фонари.

«Господи, только этого не хватало», – подумала Джойс.

– Я почти у библиотеки.

– Так, теперь вижу.

– Зайду на пяток минут и поверну обратно.

– Понял. Только имей в виду, если заскочишь отлить, я все услышу, – хохотнул начальник.

Майкл был в библиотеке, разговаривал у конторки с двумя девушками.

– Я нашла Майкла. Кадрится к двум студенткам. Может, все-таки позвоните ему и скажете, чтобы он, черт побери, занялся делом?

– У меня с ним связь по рации. Что за девчонки?

– Откуда мне знать?

Проходя мимо, она услышала, как пискнула пришпиленная к его жилету маленькая рация.

– Мне пора, девушки, – сказал Майкл. – Надо ловить насильника.

Джойс поднялась на лифте на второй этаж, побродила между стеллажами и спустилась по лестнице.

– Выхожу.

– Ясно, – отозвался Данкомб.

Направляясь к спортивному центру, она прошла мимо боковых дорожек, на которых маячили Майкл и Фил. Заметила трех студенток, вместе спешивших в библиотеку. У фонарного столба обнимались парень с девчонкой. Пока не дошла до цели, Джойс насчитала с полдюжины студентов, но ни один ничего не предпринял.

Пять минут в спортивном центре и назад, в библиотеку. Ей встретились Майкл и Фил, но не порознь, а вместе – шли, болтая, переглядываясь.

– Боже, Клайв! Даррил и Даррил прогуливаются сообща, не рассредоточившись.

– Нарушилась синхронизация, – объяснил начальник. – На следующем обороте исправим. Да, к твоему сведению, мы на некоторое время лишились Аллана.

– Он не в лесу?

– Зов природы, – хмыкнул Данкомб.

– Шутите? Его там нет?

– Во-первых, это не то, чем хочется заниматься под деревьями. Во-вторых, даже если бы хотелось, кому приятно, если его застанут с членом руках, когда по соседству бродит маньяк?

Обстановка становилась все чуднее и чуднее.

Джойс преодолела половину дистанции, когда услышала за спиной шаги. Кто-то спешил за ней, но не обгонял.

– Эй, – позвала она в микрофон.

– Да? – ответил Данкомб.

– За мной хвост. Вы видите?

– Вне поля зрения. Вот, теперь тебя вижу. За тобой идет парень. Голову пригнул. – Пауза. – В синей толстовке, на лоб надвинут капюшон.

Джойс почувствовала, как у нее похолодело внутри.

– Наверное, то самое.

– Приближается… приближается. Подожди… Нет, отбой, идет к машине.

Джойс не выдержала и бросила взгляд через плечо. Данкомб был прав. Парень держал в руке пульт управления. Мигнул фарами старый мини-вэн.

– Все равно хочу посмотреть на него поближе, – сказал начальник. – Через минуту вернусь.

– Ладно.

Джойс стояла спиной к тому месту, откуда из-за деревьев вышел человек и схватил ее.

Обвил рукой за талию, закрыл ладонью рот, приподнял над землей. Она решила, что он выше ее на три-четыре дюйма, ростом пять футов восемь или девять дюймов. А весит где-то сто сорок фунтов. Когда он тащил ее в кусты, она чувствовала, как сильны его руки.

На одно мгновение он повернул ее так, что Джойс оказалась лицом к дорожке, и она увидела, что вокруг никого нет. Аллан застрял в туалете, Майкл и Фил, наверное, подходили к спортивному центру, а Данкомб отправился рассмотреть того, кто до этого шел за ней следом.

С ним она хотя бы могла связаться. Но, как оказалось, лишилась этого шанса.

Не потому, что нападавший зажал ей рот, а потому, что сбил с уха наушник с микрофоном. Когда ее оторвали от земли, Джойс почувствовала, как наушник упал и теперь лежал где-то на дорожке.

Поэтому она не услышала, как Данкомб сказал:

– Тот парень – ложная мишень. Возвращаюсь в машину. Будь на связи, я тебя потерял. Сейчас переговорю с Майклом и Филом и вернусь к тебе.

Как только он затащил ее под деревья, где их не могли увидеть с дорожки, насильник швырнул ее на землю.

Его внешность совпадала с описанием, которое дали три пострадавшие девушки. Капюшон натянут на лоб. Но даже взглянув человеку в лицо, она ничего не увидела – на нем была черная лыжная маска.

Данкомб, не зная, что его не слышат, продолжал: