Я отпускаю тебя - Клер Макинтош

– Ты много скульпторов и художников с собственным бизнесом знаешь? – съязвил я. – Нужно же реально смотреть на вещи – возможно, твои усилия никогда не выйдут за рамки хобби, которое приносит тебе толику денег на булавки.

Слышать правду тебе не понравилось.

– Однако если создать подобие кооператива, мы сможем помогать друг другу. Мозаики Авриль отлично сочетаются с моими работами, а Грант пишет великолепные картины. Моих подруг по колледжу бы привлечь, но я же сто лет ни с кем не перезванивалась…

– Эта затея чревата проблемами, – сказал я.

– Да, нужно все тщательно продумать.

Я видел, что ты уже приняла решение. Ты погонишься за новой мечтой, и я тебя потеряю.

– Слушай, – бодро начал я, скрывая охватившую меня тревогу, – я уже давно подумываю переехать в другой дом!

– Переехать? – недоверчиво переспросила ты.

Я кивнул.

– Подберем дом с большим садом, и я построю тебе студию в саду.

– Мою собственную студию?

– С печью для обжига. Можешь сорить там, сколько душе угодно.

– Ты сделаешь это для меня?

На твоем лице появилась широкая улыбка.

– Я для тебя все сделаю, Дженнифер, ты же знаешь.

Это была правда. Я был готов на все, чтобы тебя удержать.

Пока ты мылась в душе, зазвонил телефон.

– А Дженна дома? Это Сара.

– Привет, Сара, – отозвался я. – Нет, она куда-то уехала с подругами. Дженна разве не перезвонила тебе в прошлый раз? Я передал ей твое сообщение.

В телефоне стало тихо.

– Нет, она не перезванивала.

– А, ну я напомню, что ты звонила.

Пока ты была наверху, я открыл твою сумку. Там все было как обычно: чеки действительно из тех мест, где, по твоим словам, ты побывала. Узелок напряжения в груди смягчился. По привычке я проверил отделение для банкнот в твоем кошельке, и хотя там было пусто, я нащупал странное утолщение. Приглядевшись, я заметил прорезь в подкладке, под которой оказалась тоненькая стопка денег. Я переложил их к себе в карман. Если это были хозяйственные деньги, на всякий случай спрятанные понадежнее, ты их хватишься. Если же ты ни о чем не спросишь, я пойму, что у тебя есть от меня секреты и что ты крадешь мои деньги.

Ты не спросила – ни сразу, ни потом.

Когда ты ушла от меня, я даже не сразу это понял. Я ждал, недоумевая, где тебя носит, и только когда наконец пошел спать, то обратил внимание – нет твоей зубной щетки. Я пересмотрел чемоданы, но исчезла только небольшая сумка. Неужели он предложил купить тебе все необходимое? Неужели он обещал дать тебе все, что ты хочешь? А что ты предложила ему взамен? Ты мне отвратительна. Но я тебя отпускаю. Я сказал себе, что без тебя мне лучше, и пока ты не побежала в полицию с обвинениями, которые они, несомненно, решат трактовать как насилие, так и быть, я позволю тебе скрыться в неведомых далях. Я мог бы тебя отыскать, но не хочу. Ты понимаешь? Я тебя не хочу! И я бы забыл про тебя, не будь этой маленькой заметки в «Бристоль пост». Твое имя не упоминалось, но неужели я мог не понять, что это ты?

Я представил, как полицейские расспрашивают тебя о твоей жизни, отношениях. Я так и видел, как они искушают тебя, вкладывают ответы тебе в рот, и вот ты уже плачешь и разбалтываешь им все. Я знаю, ты не выдержишь, и вскоре копы явятся ко мне на порог совать свой нос в то, что их не касаются. Меня назовут домашним тираном, агрессивным типом и любителем рукоприкладства. Я ни то, ни другое, ни третье; ты получала только то, на что сама напрашивалась.

Угадай, куда я сегодня ездил. Ну, давай, с трех попыток!.. Не знаешь? В Оксфорд, к твоей сестрице. Если кто и знает, где ты скрываешься, так это «леди Ева». Ее дом мало изменился за прошедшие пять лет: все те же идеально подстриженные лавровые деревья по обе стороны аллеи и тот же дурацкий дверной звонок.

Улыбка Евы растаяла, едва она увидела меня.

– Йен, – ровно сказала она, – какой сюрприз.

– Давно не виделись, – отозвался я. У твоей Евы с самого начала недоставало смелости прямо сказать, что она обо мне думает. – Ты так весь дом выстудишь, – сделал я замечание, перешагнул порог и пошел по выложенному черными и белыми плитками полу. Еве ничего не оставалось, кроме как закрыть дверь и поспешить за мной. Проходя, я якобы случайно задел ее груди. «Леди Ева» обогнала меня и первой вошла в гостиную, показывая, кто в доме хозяйка. Жалкое создание…

Я уселся в кресло Джеффа, зная, что она терпеть этого не может. Ева опустилась в другое, напротив. Я видел, что она с трудом сдерживает желание спросить, зачем я пожаловал.

– Что, Джеффа дома нет? – осведомился я, и в глазах Евы мелькнул страх. Она боится меня, понял я, и эта мысль оказалась неожиданно возбуждающей. Меня давно интересовало, какова «леди Ева» в постели: неужели такая же консервативная, как ты?

– Поехал с детьми в город.

Она двинулась на стуле. Я нарочно тянул паузу, и Ева не выдержала:

– Зачем ты приехал?

– Мимо проезжал, – отозвался я, оглядывая просторную гостиную. Ева обновила интерьер – тебе бы понравилось: она выбрала такую же банальную блеклую гамму, как ты хотела для нашей кухни. – Давно не виделись, Ева.

Она чуть кивнула в знак согласия, но не ответила.

– Я ищу Дженнифер, – сказал я.

– В смысле?! Только не говори, что она наконец бросила тебя!

Это прозвучало с большей страстностью, чем я в ней предполагал.

На колкость я решил не реагировать.

– С ней все в порядке? Где она живет?

У нее хватило наглости беспокоиться о тебе. После всех ее слов. Лицемерная тварь.

– Ты хочешь сказать, что к тебе она не приезжала?

– Я не знаю, где она.

– Да ладно! – Я не поверил ей ни на секунду. – Вы же так нежно общались – у тебя наверняка есть какие-то предположения!

У меня снова задергался угол глаза, и я потер веко рукой.

– Мы пять лет не разговаривали, Йен. – Ева встала. – Все, тебе пора.

– Ты хочешь сказать, она пять лет не давала о себе знать? – Я вытянул ноги и уселся поудобнее. Я сам решу, когда уходить.

– Нет, – ответила Ева, невольно взглянув на каминную полку. – Я прошу тебя уйти.

Камин у нее был совершенно безликий, с аккуратным таким газовым пламенем и фальшивыми углями. На выкрашенном белой краской навершии стояли дорожные часы, а справа и слева всякие открытки и приглашения.

Я сразу заметил то, что Ева ни за что не хотела мне показывать. Ты бы получше подумала, Дженнифер, прежде чем присылать нечто столь характерное. Фотография резко выделялась среди приглашений с позолоченным краем: пляж, снятый с высоты, с какого-то скалистого уступа. На песке буквы, составлявшие слова «Леди Ева».