Я отпускаю тебя - Клер Макинтош

– Только не когда шесть лет ни за что, – буркнул Рэй больше самому себе.

– То есть?!

– В этом деле много странностей.

– Каких это?

– Мы считаем, она что-то недоговаривает, но прокуратура решила предъявлять обвинение, и мы уже ничего не можем сделать. Я и так дал Кейт максимум времени.

Мэгс уставилась на мужа:

– А кто из вас отвечает за расследование? Это Кейт считает, что там не все ясно? Поэтому ты выпустил Грэй под залог?

Рэй поднял глаза, удивленный резкостью тона жены.

– Нет, – медленно ответил он, – я выпустил ее под залог, потому что для следствия полезно без суеты перепроверить факты и убедиться, что под суд пойдет настоящий виновник.

– Слушай, инспектор Стивенс, я порядки знаю! Может, я катаюсь с детьми в школу и обратно и собираю им с собой завтраки, но я тоже работала в полиции, поэтому не говори со мной как с дурой!

– Прости, прости, виновен по всем пунктам. – Рэй шутливо выставил ладони оборонительным жестом, но Мэгс не засмеялась. Намочив маленькое полотенце в горячей воде, она начала энергично протирать столешницы и дверцы.

– Удивляюсь я вам. Баба сбежала с места аварии, бросила машину и скрылась в Богом забытой глуши; через год ее нашли, и она во всем призналась. В чем тут сомнения-то? Какие неясности? По мне, все просто как дважды два!

В Рэе плеснулось раздражение. День был долгим и непростым, и больше всего ему хотелось спокойно посидеть с пивом.

– Там много странностей, – возразил он. – И я доверяю профессиональному чутью Кейт.

Он почувствовал, что краснеет, и сам удивился, почему так защищает свою коллегу.

– Вот как? – сухо переспросила Мэгс. – Ну что ж, молодец твоя Кейт!

Рэй шумно вздохнул:

– Что опять стряслось?

Мэгс продолжала тереть дверцы шкафов.

– Опять Том что-то натворил?

Она заплакала.

– Господи, Мэгс, ну что ж ты сразу не сказала? Давай выкладывай. – Рэй встал и обнял жену, повернув ее от раковины к себе и мягко отобрав мокрое полотенце.

– Мне кажется, он крадет.

Ярость, поднявшаяся в Рэе, была такой неистовой, что он не сразу смог заговорить.

– Почему ты решила?

Это уже последняя капля. Одно дело прогуливать школу и хлопать дверьми в порядке подросткового бунта, но чтобы красть?!

– Я ни в чем не уверена, – начала объяснять Мэгс, – я с ним еще не говорила… – Она увидела лицо мужа и предупреждающе выставила руку: – И не стану, пока все не выясню!

Рэй набрал воздуха в грудь.

– Рассказывай по порядку.

– Я прибирала в его комнате… – Мэгс на мгновение закрыла глаза, – и нашла под кроватью коробку с вещами. Айпод, ДВД-диски, гора конфет, новые кроссовки…

Рэй покачал головой, но промолчал.

– Карманных денег у него быть не может, – продолжала Мэгс, – потому что он еще не расплатился с нами за разбитое окно. Где он все это взял, ума не приложу! Разве что украл…

– Замечательно, – процедил Рэй. – Значит, закончит за решеткой. Вот газеты взовьются – сын инспектора криминальной полиции сел за кражи в магазинах!

Мэгс с тоскливым изумлением уставилась на мужа:

– И это все, что тебя заботит? Твой сын последние полтора года совершенно изменился! Твой прежде счастливый, уравновешенный, умный сын прогуливает школу и крадет, а ты думаешь лишь о том, как это скажется на твоей карьере? – Мэгс выставила руки, словно отгораживаясь от мужа: – Не хочу с тобой говорить.

Она решительно пошла к двери, но, будто что-то вспомнив, развернулась всем корпусом:

– Тома оставь мне, ты только все испортишь. У тебя, гляжу, есть дела поважнее.

Она взбежала по лестнице. Хлопнула дверью спальни. Рэй знал, что сейчас с Мэгс не сладишь – она ничего не захочет слушать. Он не карьерист, но и пустить службу на самотек не имеет права, раз он в семье единственный добытчик, и нечего тут кипятиться… Что касается Тома, пусть Мэгс с ним разбирается, если хочет. Честно говоря, Рэй даже не знал, как за это браться.