Последний ход - Мэри Бёртон

Когда Мазур закончил разговор, Кейт подошла к нему, не видя причин оттягивать неизбежное.

– Похоже, мы неразлучны, как сиамские близнецы, – сказала она.

– Точно. Здесь нам делать нечего. Криминалисты собирают улики, вскоре приедет судмедэксперт и заберет тело.

– Как насчет свидетелей и камер видеонаблюдения?

– Я уже попросил местную полицию заняться этим. Может быть, нам повезет…

– Может быть.

Тео проводил Кейт к машине, и когда он открыл дверь, им в лицо пахнуло горячим воздухом. Они сели в машину, и детектив включил кондиционер. Первые несколько минут Хейден было приятно, затем стало холодно.

– Я сейчас вернусь, – сказал Мазур. – Останьтесь.

– Ладно.

Выйдя из машины, он подошел к Палмер. Склонив головы, они о чем-то говорили, пару раз оглядываясь на Хейден. Покачав головой, Джейн пнула ногой землю.

Мазур вернулся к машине. Вокруг глаз и в уголках губ у него залегли глубокие складки.

– Нам нужно пройтись по моим делам, – сказала Кейт.

– Парад демонов и извращенцев… Жду не дождусь.

* * *

Вернувшись в управление, Мазур провел Кейт в зал совещаний, гадая, как ей удается сдерживать чувства в себе. Достав из рюкзачка ноутбук, агент раскрыла его на столе.

На лице у Хейден застыло решительное выражение, однако в целом вид у нее был уже не такой строгий. Вспотевшие волосы прилипли к голове, тушь с ресниц образовала тени под глазами. Кожа раскраснелась на солнце. Кейт сняла мешковатый темно-синий пиджак, открыв хлопчатобумажную блузку, обрисовывающую ее округлую грудь. Она рассеянно отерла с ложбинки на груди капельку пота.

Мазур смущенно кашлянул.

– Мне нужно заглянуть к начальнику. Никуда отсюда не уходите.

– Палмер звонила в Бастроп?

– Не думаю.

– Сама займусь.

– Хорошо.

Выйдя из зала, Мазур купил в автомате несколько сэндвичей, предвидя, что Кейт скоро проголодается. Затем он вошел в кабинет начальника.

– Мне не нравятся звонки из ФБР, – проворчал Сондерс, не отрываясь от бумаг. – Это плохо влияет на мою язву и портит настроение на весь день.

– Я тоже от этого не в восторге.

– Черт возьми, что происходит? Баллистики связали убийство Санчес с делами Самаритянина?

– Совершенно верно.

– А жертва нового убийства напоминает другое дело агента Хейден?

– Напоминает.

Пробурчав себе под нос ругательство, Сондерс взглянул на подчиненного:

– Разберись с этим побыстрее, Мазур! Пресса уже вцепилась мне в задницу насчет убийства Санчес, а теперь, узнав о последнем преступлении, журналюги набросятся на меня с удвоенной силой.

– Постараюсь.

– Я взял тебя в свой отдел, потому что ты спас жизнь моему мальчику в Ираке. И если дела станут плохи, я пойду на дно вместе с тобой. Но я предпочел бы не идти на дно.

– Вы не пойдете на дно, сэр.

– Доктор Хейден действительно подозревает этого типа, Болдри?

– Нам известно, что последняя жертва, Ребекка Кендрик, приобрела машину в салоне Сандерсов, где Болдри работал после освобождения из тюрьмы. Также мы выяснили, что мать Глории Санчес служила в доме родителей Болдри.

– Матерь божья! – Сондерс провел ладонью по затылку. – Где Болдри?

– В настоящее время его местонахождение неизвестно. Его не оказалось ни по одному из известных адресов, брат его не видел. Я разослал на него ориентировку.

– У его семейства обширные связи, – заметил Сондерс. – Отец умер, но брат – такая же влиятельная фигура.

– Родственники прекратили всякие сношения с Уильямом. Он теперь предоставлен сам себе.

Начальник смерил Мазура взглядом.

– Я окажу тебе любезность, если передам это неприятное дело кому-нибудь другому.

– Не надо. Я хочу раскрыть его. В отделе есть люди, которые лучше меня знают местных, но я за последние пять лет схватил в Чикаго больше убийц, чем половина этих ребят поймает за все время службы. И здешние традиции и прошлое семейства не помешают мне раскрыть это дело.

Сондерс заработал челюстью, словно пережевывая толстую кожу.

– Я категорически отказываюсь уходить на пенсию с таким «висяком»!

– Не беспокойтесь, этого не случится. – Однако обещания ничего не стоили. Значение имели только результаты. – Вскрытие Ребекки Кендрик будет завтра.

– Доложишь мне, как только будут готовы результаты. До тех пор пока это дело не будет раскрыто, ты и в сортир не сходишь, не поставив меня в известность!

– Вы будете узнавать всё первым.

Сознавая, что впереди его ждет долгий день, Мазур вернулся в зал совещаний. Кейт сидела, прильнув к экрану компьютера, и делала заметки на листе бумаги. Выпрямившись, она надела очки в черной оправе, очень идущие ей.

– Я позвонила в Бастроп. Начальника не было на месте, но он мне перезвонит.

Тео взглянул на листок бумаги. Хейден уже выписала двенадцать фамилий, из которых три обвела.

– Да, хорошенький список!

Дверь открыла Палмер, сразу же увидевшая Кейт.

– Что-то мне подсказывает, что мы еще долго не попадем домой. – Она кивнула на листок бумаги: – Это перечень ваших свершений?

– Это расследования, в которых я принимала участие за последние пять лет. Обвела дела, широко освещавшиеся в средствах массовой информации.

– Подобно делам Самаритянина и Прорицателя, – уточнил Мазур. – Какой смысл имеют глаза? – спросил он, протягивая Кейт сандвич.

Та вкратце рассказала биографию Майкла Картера.

– По мере того как психическое расстройство Картера росло, у него крепла и уверенность в том, что за ним постоянно наблюдают какие-то женщины, которых он считал прорицательницами. По убеждению Картера, прорицатели способны похитить у человека душу.

– Эти женщины каким-либо образом отвергали его? – Развернув бургер, Палмер шумно отхлебнула какао.

– С его точки зрения – да. – Хейден кивнула. – В прошлом он уже встречался со всеми этими женщинами, с проститутками. По рассказам других жриц любви, при первых встречах Картер не позволял себе никаких жестокостей. Но затем он похищал этих женщин и отвозил в уединенное место, где резал их ножом и удалял глаза, показывая всему миру, что их ослепшие души больше не смогут бродить по свету, соблазняя мужчин.

– И характер ран, нанесенных Ребекке Кендрик, совпадает с работой Прорицателя? – спросил Мазур.

– Точно можно будет сказать только после вскрытия, но по тому, что я видела, они практически идентичны, – сказала Кейт. – О том, что Картер выреза́л своим жертвам глаза, прессе не сообщалось, и у меня нет оснований полагать, что произошла утечка.