Вы только не обижайтесь - Барбара Серанелла

– Тебе это необходимо?

– И да, и нет. Послушай, Деб, я приехала не просто в гости. Есть еще одна причина, – призналась Манч.

– Тш-ш! – оборвала ее Деб. – Слышала это?

Манч прислушалась, но уловила только шум воды, перекатывающейся по камням.

– Что?

Олень выбрался из кустов и посмотрел в их сторону. Это был самец. На голове у него красовались рога с двумя отростками. Большие карие глаза глядели не мигая.

Деб прицелилась.

Манч закричала:

– Пошел!

Олень сорвался с места, изящно повернувшись на длинных тонких ногах.

Деб выстрелила дважды. Первый выстрел отбросил голову оленя назад, второй вырвал кусок горла. Животное рухнуло на землю.

– Зачем ты это сделала? – спросила Манч.

– Надо стараться не попасть в туловище, – ответила Деб, неправильно истолковав ее вопрос. – Иначе можно мясо испортить. Если пуля разорвет кишки, все брюхо будет полно дерьма.

Она направилась к добыче. Манч неохотно пошла следом.

– И что теперь? – спросила она, когда они оказались рядом с оленем.

Его открытые глаза застыли. Кровь из раны на горле пропитала землю.

– Удачно получилось, – сказала Деб.

– Почему удачно?

– Когда разделываешь добычу, надо перво-наперво перерезать яремную вену и выпустить из туши кровь.

– Что делают потом? – спросила Манч.

– Вскрывают брюхо и вытаскивают кишки. Чтобы сохранить мясо, нужно как можно быстрее его остудить.

Манч посмотрела на убитое животное. Олень весил фунтов восемьдесят, а то и сто.

– А как мы дотащим его до грузовика? – спросила она, не испытывая никакого желания иметь дело с мертвой тушей.

– Свяжем ему ноги и понесем на палке. Ну же, где твоя соображалка?

Пока Деб связывала ноги оленя вынутой из рюкзака веревкой, Манч нашла достаточно длинный и прочный стволик, который мог выдержать вес животного. Вдвоем они с трудом дотащили тушу до дороги: то на плечах, то волоком. Забросили в «форд» и плюхнулись на сиденья.

Деб включила двигатель.

– Куда теперь? – спросила Манч.

– Туда же, куда мы пойдем сегодня вечером на сборище.

– Какое сборище?

– Сегодня же вечер пятницы.

– Да, конечно.

«Можно подумать, для Деб один день чем-то отличается от другого, – удивлялась про себя Манч. – Она же никогда в жизни не работала от понедельника до субботы».

– И еще Такс возвращается домой, – добавила Деб.

– Где будет это сборище?

– В клубе.

– Я не хочу идти в клуб «Цыганского жулья», – сказала Манч.

Явиться на тусовку байкеров без спутника может только круглая дура. Уж ей-то это было известно.

– Ты можешь не беспокоиться, – заверила ее Деб. – Они знают моего старика и уважают его. С тобой ничего не случится.

– Но сейчас мы просто завезем туда Бемби, так?

– Ну, я еще обещала Таксу кое-что сделать до его возвращения, – сказала Деб. – И потом, ты ведь, кажется, хотела побыстрее получить Эйшу.

– Хотела, – подтвердила Манч.

– Тогда прекрати скулеж.

Как вскоре выяснила Манч, клуб оказался ближе к Грантс-Пасс, чем к Каньонвилю, так что дорога до него заняла всего двадцать минут. Деб сунула в магнитофон кассету Леона Рассела и включила звук на полную громкость. Вскоре они свернули с шоссе и поехали по узкому разбитому проселку.

– Далеко еще? – спросила Манч, перекрикивая музыку. – Мне надо отлить.

Деб остановила машину.

– Давай. Мне все равно нужно было здесь остановиться.

– Глянь на этот камень, – сказала Манч, когда они обе вылезли. – Правда, похож на старую здоровенную черепаху?

– Наверное. – Деб потянулась за одним из ящиков, стоявших в грузовике. – Помоги-ка мне.

Манч подхватила другой ящик, и они вместе стащили их по откосу.

Манч присела за кустиком, а Деб тем временем распаковала ящики. В каждом лежало по два стальных оливково-коричневых короба. Деб открыла защелки и сняла пенопластовую прокладку. Под полосами пенопласта оказались цилиндры из черного картона размером с небольшой баллончик с аэрозолем. Она по очереди аккуратно разрезала клейкую ленту, обмотанную вокруг картона.

– Что это такое? – спросила Манч.

– Гранаты, – ответила Деб.

– Дивно! – воскликнула Манч. – Просто дивно!

– Не беспокойся, – сказала Деб, – это не те, которые бабахают.

– А какие еще бывают?

Деб подняла короб с желтой полосой, чтобы Манч смогла прочесть надпись: «№ 35, Белый дым. Пиротехническая граната». Под словами шли какие-то символы, вроде армейские.

– И это должно меня успокоить?

– Помоги мне с этими штуками, ладно?

– А ты уверена, что я не останусь без пальцев? Они еще могут мне понадобиться!

– Я знаю что делаю, – заявила Деб.

Она вывалила на землю содержимое своего рюкзачка. В стороны раскатились обрезки труб. Она собрала их и сложила рядом с собой. Еще из рюкзака выпали коробка с зубной нитью, молоток и ножницы. Отрезки трубы были достаточно большого диаметра, в них вмещалась закругленная сторона гранаты.

– Смотри сюда, – велела Деб, отматывая тонкую зубную нить. Она забила куски трубы в землю у корней нескольких деревьев. После этого она заложила по гранате в каждую трубу и протянула нить от одной гранаты к другой, закрепляя ее так, чтобы она оказалась туго натянутой. – Когда я буду готова ее поставить, то вытащу чеку. И если кто-то или что-то заденет нитку, то граната выскочит из трубы и сработает. Моментальный сигнал тревоги.

– А если просто перерезать нить? – спросила Манч.

Деб отмотала новые отрезки нити.

– А мы проведем вторую растяжку в противоположную сторону, так что получится что-то типа пружины, – объяснила она. – Если обрезать с одной стороны, то натяжение ослабеет.

– А! – отозвалась Манч, понимая систему. – И тогда она вытянет гранату с другой стороны.

– Вот именно, – подтвердила Деб. – Не хило, правда?

– О, да, – согласилась Манч, – просто великолепно. Надо думать, обыкновенная табличка «Посторонним вход воспрещен» – это не вариант, да? – Она не стала спрашивать, о чьем приближении так важно было узнать заранее: догадаться было достаточно просто. Травка, которую вчера показывала Деб, была зеленая и еще сырая, так что ее явно вырастили неподалеку и недавно собрали. – А что, если нитку заденет олень?