Первая смерть Лайлы - Колин Гувер

Прошло тридцать восемь минут с тех пор, как я вытащил Лайлу из воды.

Я меряю шагами приемный покой.

Чед рядом со мной, висит на телефоне. Наверное, пытается дозвониться до Аспен. С момента приезда в больницу мы ее еще не видели. Чеду пришлось сесть за руль – я был в невменяемом состоянии.

Никто ничего нам не сообщает.

Прошло тридцать девять минут.

Сорок.

Чед опускает телефон. Я бросаюсь к нему, надеясь услышать вести от Аспен. Но он лишь качает головой.

– Не отвечает. Наверное, телефон дома оставила.

Я киваю и вновь принимаюсь ходить. Смотрю себе под ноги – вроде бы ступаю по полу, однако ощущения такие, будто на самом деле я не двигаюсь, а плыву. Словно во сне.

В кошмарном сне.

– Как она оказалась в бассейне?

Я оборачиваюсь на голос. Аспен смотрит на меня с прищуром. Лицо в красных пятнах, на щеках слезы.

– Лайла жива?

Аспен качает головой. Мое сердце плавится и сквозь ребра вытекает в грудную клетку.

– Ничего не знаю. Меня не пустили в палату. Как она оказалась в воде, Лидс?

Чед обнимает жену за плечи и пытается усадить на стул, однако она вырывает руку и вновь набрасывается на меня.

– Как, черт возьми, она оказалась в воде?

Ее выкрики привлекают всеобщее внимание. Она разгневана. Считает меня виновным в случившемся.

– Понятия не имею, – лгу я.

Аспен опускает глаза и вдруг застывает с изменившимся лицом: рассматривает мои руки. Теперь и я вижу, что они расцарапаны ногтями до крови. И это свежая кровь.

Аспен заходится в истерике. Чед удерживает жену и заставляет ее сесть, однако, пока он оттаскивает Аспен от меня, она продолжает вопить мне в лицо:

– За что? За что ты хотел утопить мою сестру?

Я ничего не могу сказать и ничего не могу сделать, чтобы разубедить Аспен. Слишком много всего случилось сегодня; она ни за что не поверит в мою невиновность. И если Лайла не вернется, мне конец. Потому что никто не сможет принять такую правду. Месяц назад я и сам ни за что не поверил бы.

Чед изо всех сил старается успокоить Аспен, однако истерика не прекращается. Я подхожу к ним, становлюсь на колени и говорю – хриплым, но твердым голосом:

– У Лайлы случился приступ. Прямо в бассейне. Я пытался помочь ей, но не справился. Не смог удержать ее на поверхности. И тогда позвал тебя. Я не топил ее.

Аспен не верит. По глазам вижу.

– А почему Лайла днем заявляла, что ты привязываешь ее к кровати? Почему?

Я открываю рот, однако объяснения придумать не могу и вновь стискиваю зубы.

– Лидс? – окликает меня чей-то голос.

Я поднимаюсь с пола и оборачиваюсь. Аспен вскакивает со стула. В дверях стоит врач.

– Лидс Гэбриел? – повторяет он.

Я не могу сдержать вздох облегчения – этот человек избавил меня от необходимости объясняться перед Аспен. Однако тут же прихожу в ужас – вдруг он пришел сообщить нам плохие новости? Я делаю шаг вперед.

– Она жива?

Врач раскрывает дверь пошире.

– Она вас зовет.

Не знаю, откуда у меня взялись силы. От его слов у меня будто выпустили воздух из легких. Лишь каким-то чудом мне удается преодолеть расстояние до двери, а затем и коридор. Я замираю на входе в палату, потому что не знаю, кто меня ожидает. Одного взгляда на девушку недостаточно.

Лайла?..

Аспен отталкивает меня, бросается к кровати и со слезами обнимает сестру.

Однако Лайла не смотрит на Аспен. Она смотрит только на меня.

Ее лицо безучастно. Я не в состоянии определить, кто передо мной – Лайла или Сэйбл. Хочется верить, что Лайла, потому что… интуиция подсказывает. Но сейчас я слишком напуган, чтобы доверять интуиции.

Скажи мне хоть что-нибудь!

– Лайла? – шепотом спрашиваю я.

Одинокая слезинка выкатывается из ее глаза и сползает по щеке. Она кивает. Едва заметно.