Назовите как хотите - Рассел Джеймс

Он резко обернулся:

— С младенцем?

— В переносном смысле, разумеется. — Она не спешила убирать руку. — Так случилось, что по всем документам владелица фирмы-продавца — я. Я-то думала, что мы продаем лишь один титул — купили за пять тысяч, а продали за сто — неплохой куш, правда? Я же не знала, что титул будет продаваться столько раз! Я ждала прибытия только одного лорда Эском, а их прилетел целый самолет!

— Очевидная уловка.

— Со стороны-то все виднее, так? Клайв надул их, а заодно и меня. Но даже он не ожидал, что в Англию пожелают приехать все покупатели. Он-то думал, что эта покупка — дань тщеславию, и они будут сидеть дома и чахнуть над своими пергаментами, а потом уж приедут в страну — причем по очереди.

— А он — такой тонкий знаток человеческой натуры?

— Ты относишься к нему с предубеждением, Микки. — Еще бы это было не так. Она легонько сжала его руку. — В любом случае, четыре лорда уже прибыли, и это еще не все! Я же даже толком не знаю, сколько титулов продал Клайв! Может, скоро приедут все.

— Но тебя, чтобы встретить их, не будет.

— Господи, нет.

Он помедлил:

— А где ты будешь?

Она убрала руку:

— Не знаю, Микки. Где-нибудь далеко, где я смогу спокойно зализывать раны.

— Ну а сейчас — сейчас ты куда?

Она вздохнула:

— У меня и дома-то больше нет. Все, что у меня есть, умещается в этом чемодане.

— Тогда нам надо найти Клайва.

— Я не имею понятия, где он. Возможно, уже улетел в Америку с Глорией. Да и плевать на него. Мне бы смыться. И забыть про все это.

— Полагаю, лучше все-таки найти его.

— Пусть себе горит в аду. Я пас.

— Ты можешь пожить у меня, — наугад сказал он. — Пока все не утрясется.

— Я недолго. — На мгновение она закрыла глаза, потом обернулась к нему: — Должно быть, ты ненавидишь меня, Микки. Такую обманщицу…

— Ненавидеть тебя? — Он горько усмехнулся. — Спал бы тогда себе и спал.

Она придвинулась к нему и обняла его за плечи:

— Мне очень жаль. Серьезно… ой, у тебя новый лосьон после бритья?

— Бритья? — Он провел пальцем по щеке. — Я не брился вот уже… двадцать часов. Нет, это мой запах.

— Не угадал, ублюдок, — это мой запах.

Голос раздался так внезапно, что машина едва не съехала в кювет. Он раздался сзади — из крохотного пространства за их головами. Микки лишь искоса взглянул через плечо — но Стречи резко обернулась и очутилась лицом к лицу с Фрэнки ди Стефано и его пистолетом.

— Вы хорошо сказали, мистер, — спали бы и спали.

Дуло пистолета уперлось в челюсть Микки. Стречи небрежно потянулась было к оружию, но Фрэнки мигом перевел пушку на нее.

— Это касается вас обоих.

Стречи обозрела его:

— В меня не стреляйте — если хотите найти Клайва.

— Я спрашивал — и ты только что сказала, что не знаешь, где он.

— Тогда ладно. Вас где высадить?

— Убери свою хорошенькую мордашку. Смотри вперед.

Помедлив, она повиновалась. Фрэнки сообщил:

— На случай если кому интересно: я отправил своего приятеля в ближайший травмпункт. На моей машине.

Стречи ответила:

— Я так за него испугалась! Он будет жить?

Фрэнки усмехнулся:

— Будет, будет — куда он денется. — Он потрепал Микки по щеке. — Обрати особое внимание — полагаю, ты сломал ему нос. В «Холидей Инн».

— А где это? — спросил Микки.

— Объясни ему, Стречи.

Она округлила глаза:

— Откуда мне знать? Машину вел Микки. Да я вообще не имею понятия, где мы.

Микки притормозил.

Фрэнки сказал:

— Ну что, большой мальчик, — вылезай.

Микки выдержал его взгляд.

— Чтобы получить пулю?

— Вылезай!

— Нет уж, стреляй прямо тут. Убирать-то тебе.

— Страна идиотов, — рявкнул Фрэнки. — Послушай, у меня была трудная ночь. Я зол как черт. Вылезай, кому говорят.

Микки нахмурился и посмотрел на него. Стречи догадалась, что́ он собирается делать: он уже проделывал это однажды на ее глазах. Он подался вперед и сказал:

— О'кей. Только ответь мне на один вопрос.

У него сделался озадаченный вид. Свои большие руки он держал на заднем сиденье. Не успел Фрэнки ответить, как Микки выбросил вперед руку и схватил его пистолет. Завязалась борьба. Тут Фрэнки нечаянно нажал на курок. Грохот был такой, будто кто-то взорвал прямо в машине ручную гранату. Даже стекла задрожали. Но не успело смолкнуть эхо выстрела, как пушка уже была в руках Микки.

— Ты в порядке, Стречи?

— Д-да. — Голос ее дрожал. — Но в крыше дыра.

Глаза Фрэнки сверкали гневом:

— Я убью тебя!

— Ты немного опоздал, сынок. А теперь твоя очередь. Вылезай из машины. Пойдешь пешком.

Фрэнки уставился на него.

— Ты — покойник!

— А пушка-то у меня.

— В следующий раз…

— А что, будет следующий раз?

Вмешалась Стречи:

— Прекратите вести себя как первоклассники! Никто не собирается никого убивать. Это всего-навсего деньги, Фрэнки.

— И гордость! — возразил он.

И покосился на Микки. Но тот кивнул:

— Согласен. Но тогда тебе нужен этот… лорд Клайв.

— А вы не знаете, где он, — я это понял, спрятавшись в салоне и подслушивая ваши разговоры. Но все, что у меня есть, — вы двое.

— Нас у тебя нет. Выходи из машины.

Фрэнки уселся на заднее сиденье:

— Решили помыть машину?

Стречи тихо сказала:

— Мне очень не хочется в этом признаваться, Микки, — но я так глубоко во всем этом завязла, что уже не смогу убежать.

— От этого типа? Мне вовсе не надо убивать его, Стречи. Я высажу его прямо здесь, на обочине. К тому времени, как он доберется до дома, ты будешь за сотни миль отсюда. А если полетишь на самолете — то и за тысячи.

— Он — только один из покупателей.

— А что — они все такие?

— Моя компания должна каждому из них по сто тысяч. Я не знаю, сколько всего было покупателей, но даже если десять — это уже миллион долларов. Не могу же я просто улететь на какой-нибудь пляж и спрятать там голову в песок?