Женевский обман - Джеймс Твайнинг

20 марта, 23:16

Первая граната упала прямо Тому под ноги. Не раздумывая он схватил ее и швырнул в отворенный проем под бронебойным стеклом, где еще недавно хранилась картина. Ударившись о стену, граната крутанулась вокруг своей оси и взорвалась.

Клубы дыма и пыли повалили из открытого проема, штукатурка посыпалась со стен, словно кора с пробкового дерева, ударной волной людей посшибало с ног, но двухдюймовое бронированное стекло, как и рассчитывал Том, выдержало удар, только поверхность треснула.

Со второй гранатой дело обстояло сложнее. Угодив в мраморный стол, она отскочила прямо на колени к Моретти. Открыв рот, тот беспомощно озирался, зато Де Лука не растерялся и поспешил отпрыгнуть в сторону. Граната взорвалась, разорвав на части Моретти и осыпав помещение шквалом осколков.

Лежа на полу, Том пытался разглядеть сквозь густую пелену дыма, что происходит. В ушах звенело, ноги не гнулись, словно ватные, когда он поднялся и, покачиваясь, направился туда, где в последний раз видел Аллегру и остальных своих спутников. По дороге он споткнулся о лежавшего на полу Де Луку — у того с одной ноги слетел ботинок, рука откинулась в сторону, а из раны в голове хлестала кровь. Рядом лежало тело Моретти, разорванное пополам так, что казалось, будто ноги растут прямо из головы. Зрелище было страшное.

Кашляя, Том опустился на колени рядом с Аллегрой. Она, похоже, была в порядке, только немного оглушена — всю силу взрыва Моретти принял на себя. А вот Арчи и Доминик были ранены. Арчи держался за окровавленную щеку, а у Доминик из бедра торчал осколок раскаленного металла.

— Ну вы как, в порядке? — Том понимал, что кричит, хотя почти не слышал собственного голоса.

— За нас не беспокойся, — прохрипел Арчи сквозь зубы. — Лучше догони и застрели этого выродка!

Кивнув, Том бросился к куче оружия на полу, оставленного полицейскими, взял оттуда один пистолет себе, другой кинул Аллегре, которая уже пришла в себя и поднялась на ноги.

— Пошли! — сказала она, и глаза ее сверкнули уже знакомой ему решимостью.

Они побежали через лабиринт подземнух комнат к сводчатому тоннелю.

— Подожди, стой! — вдруг крикнула ему вдогонку Аллегра. — Чувствуешь?

Он остановился и сразу понял, о чем она. Свежий ветерок щекотал щеку — именно свежий по сравнению с затхлым запахом подземелья. Том понял, что Сантос, по-видимому, ушел в какую-то лазейку.

Аллегра потащила его вправо, по узкому темному ходу, ведущему вверх. Они пробирались на ощупь, держась за кирпичные стены, ветерок становился все ощутимее, и вскоре оказались в квадратной комнате. Отсюда железная лестница вела наверх, где в чернеющем проеме виднелось усеянное звездами небо. У подножия лестницы на куче булыжника лежало тело. Это был Галло.

— Жив, — сказала Аллегра, присев рядом с раненым и пощупав пульс у него на шее. Том так и не смог разобрать, что уловил в ее голосе — облегчение или разочарование. — Видимо, Сантос сбросил его сверху. — Она кивнула на безвольно повисшую руку, вывернутую в плечевом суставе.

Том бросился вверх по лестнице и вскоре вылез на поверхность, где его встретил укоризненным взглядом печальный ангел, чудом устоявший и не опрокинутый Сантосом и его компанией. Том помог Аллегре выбраться наружу. По голубым полицейским огням вдалеке они определили, где находится вход в склеп Меризи.