Дьюма-Ки - Стивен Кинг

Уайрман остался на ночь, потом на вторую. Мы ели стейки скровью, пили зелёный чай во второй половине дня, говорили о чём угодно, тольконе о недавнем общем прошлом. Потом я отвёз его в аэропорт, откуда он улетел вХьюстон. Там он собирался взять напрокат автомобиль. По его словам, чтобыпосмотреть страну.

Я предложил проводить его до контрольного пункта, но онпокачал головой.

— Не хочу, чтобы ты смотрел, как Уайрман снимает туфли передвыпускником школы бизнеса. Adios мы скажем здесь, Эдгар.

— Уайрман… — начал я и больше ничего не сказал. Перехватилогорло.

Он обнял меня, расцеловал в обе щёки.

— Послушай, Эдгар. Самое время для третьего действия. Тыменя понимаешь?

— Да.

— Приезжай в Мексику. Когда осознаёшь, что готов. И еслизахочешь.

— Я об этом подумаю.

— Обязательно подумай. Con Dios, mi amigo; siempre conDios.[204]

— И с тобой, Уайрман. И с тобой.

Я наблюдал, как он уходит, с сумкой на плече. Мне внезапновспомнился его голос в ту ночь, когда Эмери напал на меня в гостиной «Розовойгромады». Уайрман показал себя во всей красе: прокричал «cojudo de puta madre»,прежде чем вогнать серебряный подсвечник в лицо мертвяка. Мне хотелось, чтобыУайрман обернулся… и моё желание исполнилось. «Должно быть, поймал мысль», —сказала бы моя мать. Или сработала интуиция. Так сказала бы няня Мельда.

Он увидел, что я стою на прежнем месте, и его лицоосветилось улыбкой.

— Живи днём, Эдгар! — крикнул он. Люди поворачивались,смотрели на него.

— И позволь жить дню, — откликнулся я.

Он отдал мне честь, рассмеялся и ушёл. Разумеется, современем я поехал на юг, в его маленький городок, но, хотя он по-прежнему живётв своих изречениях (они для меня всегда в настоящем времени), больше я Уайрмананикогда не увидел. Он умер двумя месяцами позже на рыночной площадиТамасунчаля, когда торговался, покупая свежие помидоры. Я думал, у нас ещёбудет время, но мы всегда так думаем, не правда ли? Мы так часто обманываемсебя, что могли бы зарабатывать этим на жизнь.