Остров Веры - Эдуард Сребницкий

– …В современном мире, как считают учёные, практически не осталось народа, который мог бы похвастать даже относительной чистотой крови, за редчайшим, может быть, исключением: какого-нибудь малочисленного племени в непроходимых джунглях. Все нации в мире неоднократно смешивались: или с завоевателями, или с побеждёнными, или с соседями, или со случайными попутчиками в периоды миграций. Но русские, к которым ты привык себя относить, в силу исторических и географических причин занимают в проблематике этногенеза особое место.

– Я привык относить себя не к русским, а к американцам.

– Американцы – это вообще не нация, – сказал Сургон. – Белые американцы, афроамериканцы, латиноамериканцы, чайнаамериканцы… Между вами не различия, а непреодолимая бездна.

– Не нация? – переспросил уязвлённый Алекс. – Интересно, многие ли народы в мире сравнятся с нами по уровню патриотизма, гордости за свою страну? И, вообще-то говоря, гордости обоснованной.

– Мне стоило выразится яснее, – извинился Сургон. – Я ни в коей мере не умаляю американского патриотизма, подтверждая наличие у вас существенных оснований для национальной гордости. Просто хочу сказать, что вы нация не в смысле этническом и даже не в смысле культурном, а в смысле государственности, что не одно и то же. Цементирующим началом для американцев является их страна – Соединённые Штаты Америки, в которой граждане одновременно могут продолжать считать себя – культурно, исторически, родственно – итальянцами, кубинцами, вьетнамцами и так далее. Ведь и ты по крови причисляешь себя к ирландцам и русским. Разве не так?

– Последнее время так, – согласился Алекс.

– Так вот, «русские» – понятие тоже весьма условное, хотя и в другом смысле. Начать с того, что само слово «русские» многие учёные связывают со скандинавским народом – викингами, варягами – под названием «русь», распространившим своё влияние, а затем и наименование на часть восточнославянских и финно-угорских племён, большинство из которых составляли всё-таки славяне. Так это или не так сказать сложно, но не вызывает сомнений, что объединённые русы, будучи в большинстве своём славянами, двинулись по Евразии, вбирая в себя полностью или частично все племена, населявшие эти земли. Существует давняя поговорка: поскреби любого русского и найдёшь там татарина. Татарами же в былые времена называли не только современный народ «татары», но и многие другие народы на границах Руси, коих было ни счесть: и тюрки, и монголы, и арии, и финно-угры, каждый из которых сам являлся этаким разнокровным коктейлем, как мы видели на примере башкир. Известный русский историк и государственный деятель Василий Татищев, принимавший личное участие в обустройстве границ Российской Империи начала восемнадцатого века, писал в своём главном историческом труде: «Все сарматы и татары покорённые и от других народов издавна в Русь пришедшие, язык и веру переменив, славянами или русскими с древности себя полагают». О том же говорит и современная генетическая наука: едва ли не четверть мужчин, считающих себя этническими русскими и имеющие типично русские фамилии, несут в себе гены, не присущие славянам и европейцам. А доля финно-угорской составляющей у русских людей может превышать половину!

Сургон полностью развернулся к собеседнику, чтобы удобней было вести разговор.

– Посмотри на русских, – продолжал он: – одни из них блондины, другие чёрноволосые, у одних глаза голубые, у других карие, у одних скулы малозаметны, у других выражены и так далее. Всё это антропометрические признаки разных этнических типов. Кстати, и знаменитая Лидия Русланова, исполнительница русских народных песен – та, что поёт «Валенки, да валенки…», являлась русской лишь наполовину: по материнской линии она принадлежала к финно-угорской народности эрзя. И это очень характерно.

– Мы в Соединённых Штатах привыкли не слишком обращать внимание на такие мелочи, – пожал плечами Алекс.

– Иногда такие, как ты выражаешься, «мелочи» позволяют сделать существенные выводы! – возразил Сургон. – Например, объяснить у русских, с одной стороны, их выдающиеся достижения, присущие развитым цивилизациям Азии и Европы, а с другой – варварство, унаследованное от полудиких племён. А ведь история русского этногенеза не закончилась с освоением Евразии. В России ещё появились и пустили корни миллионы немцев и евреев, многие из которых были ассимилированы затем местным населением. Династия царей Романовых, правившая страной более трёхсот лет, по крови считается более немецкой, чем русской, официально именуясь «Романовы-Гольштейн-Готторп». Если же брать новейшее время, то специалисты отмечают значительно возросшее количество официальных и неофициальных браков между русскими (в основном, женщинами), с одной стороны, и выходцами с Кавказа и Средней Азии, с другой.

Сургон убедился, что Алекс понимает всё, что он ему излагает, и продолжил:

– Вследствие этого возникает вопрос: являются ли русские нацией? С точки зрения современных представлений – да, разумеется. И если угодно – великой нацией, с чем трудно спорить. Как невозможно спорить, что славянская составляющая доминирует в этногенезе русских. И всё же объединена эта нация не столько по этническому, сколько по иным признакам: культурному, языковому, ментальному и прочим. Определяющим для русского самосознания является ощущение принадлежности к большому русскому народу, или, как сейчас говорят, – к русскому миру. Но по крови этот мир крайне неоднороден.

– Воскресающий Вавилон? – задумчиво произнёс Алекс.

– Что? – не понял Сургон.

– Я вспомнил одну из проповедей священника в нашей церкви. Он говорил о проклятии Вавилона. О том, как после неудачного строительства Вавилонской башни единый прежде род людской распался на множество народов, и Вавилон погряз постепенно в праздности и грехе, став в новозаветном Апокалипсисе символом духовного и нравственного падения. По мысли священника, людям для достижения Царствия Небесного необходимо построить на земле Новый Вавилон, соединившись под сенью Бога вновь в единый род человеческий. И, слушая тебя, я подумал: может, в России, где на протяжении столетий один народ вбирает в себя многие другие, такое строительство и идёт?.. Впрочем, говоря о Новом Вавилоне, наш священник, полагаю, имел ввиду всё же Соединённые Штаты.

– Забудь наконец россказни христианских священников! – в сердцах воскликнул Сургон. – Никогда люди не были и не будут едины ни в США, ни в России, ни в любом новейшем Вавилоне. Настоящая общность может основываться только на общности крови, родства. И только такой народ имеет право именоваться народом в полной мере. Такой, как наш с тобой!

– Объясни же тогда, что значит «наш с тобой»! – не выдержал Алекс.

– Я и ты, – произнёс Сургон высокопарно, – принадлежим к народу, сумевшему на протяжении многих веков сберечь свою кровную чистоту. Имя нам – исседоны!

В глазах Сургона мелькнул свет, присущий фанатикам и сумасшедшим.

– Мы – древний арийский народ, испокон века живший в предгорьях и горах Урала. Свидетельством здесь о нас служат названия двух уральских рек: Миасс и Исеть, в которую река Миасс впадает. В местных языках нет убедительного объяснения обоих топонимов. И учёные уже неоднократно высказывали мысль, что «Исеть» означат «страна исседонов».