Остров Веры - Эдуард Сребницкий

– Названия рек? – с иронией переспросил Алекс, отметив про себя, что за слово послужило основой для писательского псевдонима Сургона – Исетов. – А других свидетельств о «древнем народе» нет?

– Есть, конечно же, есть, – сделал вид, что не заметил насмешки Сургон. – Более двух с половиной тысяч лет назад древнегреческий путешественник и поэт Аристей из Проконнеса отправился на поиски того места на земле, откуда черпают несметные золотые богатства скифы. До самих золотоносных источников Аристею добраться не удалось, поскольку и скифы ими не владели, но зато он собрал сведения о народах, непосредственно к источникам примыкающим. И вернувшись, написал об этом поэму. Там он упоминает, в частности, о народе исседонов, живущих в горной местности к северо-востоку от скифов. И хотя текст поэмы не сохранился до наших дней, он был доступен, к счастью, авторам древности, которые ссылались на него в своих трудах. Так, византийский писатель Цеца сообщал: «Исседоны, гордящиеся длинными волосами, – это люди, что живут вверху, в соседстве с Бореем. Они многочисленные и очень доблестные воины, богатые конями и стадами овец и быков. Каждый из них имеет один глаз на прелестном челе; они носят косматые волосы и являются самыми могучими из всех мужей». Ты слышишь, Алекс? Самыми могучими из всех мужей! И Цеца прав, ведь исседоны, согласно тексту поэмы, отвоевали часть территории не у кого-нибудь, а у самих скифов!

– Я слышу и нечто другое, – заметил Алекс. – Про «один глаз на прелестном челе».

Сургон весело расхохотался. Фанатичный свет в его глазах угас.

– Писатель Цеца перепутал, – сказал Сургон, – ибо более подробно о содержании поэмы Аристея мы узнаём от отца исторической науки Геродота. Всё дело в том, что исседоны, от которых к скифам поступало золото, ревностно оберегали источник своего благосостояния. Они не пускали в горы никого, используя для этого не только силу, но и разного рода ухищрения, например, распространяли страшные небылицы. Своим ближайшим соседям и основным покупателям, скифам, исседоны рассказывали, что просто так подобраться к золотоносным источникам нет абсолютно ни какой возможности. Ибо, во-первых, золото стерегут гигантские грифоны, а во-вторых, в горах обитают воинственные одноглазые люди аримаспы, которых боятся даже исседоны! Рассказ про одноглазых аримаспов настолько впечатлил Аристея, что он всю поэму так и озаглавил: «Аримаспическая поэма». Из обычаев же самих исседонов Аристея удивило, в частности, то, что «женщины у них совершенно равноправны с мужчинами». И особо он отмечал, что о существовании исседонов известно абсолютно достоверно.

– Да, но какое отношение к этому народу имеем мы?… Я? – спросил Алекс.

Он уже не иронизировал над Сургоном. Убеждённость собеседника и знания, которые чувствовались за подобной убеждённостью, заставляли если не поверить безоговорочно в существование древнего племени, то, по крайней мере, допустить подобное. Почему бы и нет? Алекс лишь пытался понять, к чему Сургон клонит?

– Ты являешься внуком, прямым потомком Бориса Холвишева, – сказал Сургон.

– Это так. Но разве мой дед не был русским?

– Он был исседоном. Настоящее имя твоего деда Боеру Холви. Мы скрываем имена, обычаи и сам факт своего существования с тех времён, когда, проиграв войны полчищам диких племён, хлынувших на наши земли, вынуждены были затаиться на долгие века, чтобы не быть уничтоженными окончательно. С тех пор тайное пребывание стало нашей сущностью, и мы считаем, что благодаря ему до сих пор сохранились как отдельный чистокровный народ.

Алекс, осмысливая услышанное, заскользил взглядом по озеру. Он не знал, как отнестись к словам Сургона. Допустить, что Борис Холвишев принадлежал к забытому ныне народу исседонов, а значит, отнести в какой-то степени к исседонам себя, было слишком необычно. Но разве обычно было сидеть у построек, в которых молитвы звучат на протяжении шести тысяч лет? Или обычно было испытать неясный страх, приближаясь к «жилищу Духа смерти»? Да расскажи Алекс подобное своим знакомым, ему бы не поверили, а то ещё и смеяться бы стали за глаза. И тем не менее и постройки, и окружающая их аура являлись правдой, виденной и прочувствованной самим Алексом. Необычной, но правдой.

– А бабушка Вера? Она тоже… принадлежала к исседонам? – спросил Алекс.

– Она была русской. Женитьба твоего деда противоречила нашим законам, и он порвал с общиной.

Алекс подался вперёд.

– Поэтому он бежал из России?

– Нет, – покачал головой Сургон. – Причина отъезда Боеру из страны связана, скорее всего, с его ремеслом золотоискателя: каким именно образом связана, нам неизвестно. Что же касается внутренней жизни исседонов, то в то время, как Боеру Холви взбунтовался против древних обычаев, в нашей среде уже шла дискуссия о необходимости проведения очередной реформы. В истории исседонов было несколько важнейший реформ, которые, меняя законы в соответствии с меняющимися обстоятельствами, позволяли существовать народу и дальше. Во времена твоего деда Боеру Холви назрели очередные изменения. В результате развернувшейся дискуссии Большим Кругом Старейшин был принят закон «Об освящении разбавленной крови». Этим законом членам нашей общины разрешалось вступать в браки с представителями других народов при условии, что родившееся потомство в случае необходимости может быть признано в качестве исседонов и послужить общему благу. А вскоре старейшины приняли закон и о внуках, рождённых в подобных браках. Увы, исседонов на земле остаётся слишком мало.

– И по этой причине вы заинтересовались мной? – спросил Алекс, начиная понимать, что оказался в России не только по собственной воле.

– Верно, – не стал увиливать Сургон.

– Но как вы про меня узнали?

– Ты объявился сам. А я лишь наладил с тобой контакт.

– Поясни, – потребовал Алекс.

– Охотно. В общине исседонов на мне лежит несколько обязанностей, в том числе поиск сородичей и их отпрысков по всему миру. Я говорил: нас осталось не так много, и все имена и фамилии исседонов, как настоящие, так и изменённые для жизни среди иноплеменников, нам хорошо известны. Компьютерная программа ищет эти фамилии в интернете, и как только что-либо находит, тут же сообщает мне. Ты разместил объявление с упоминанием фамилии Холвишев, и я об этом сразу узнал.

– Но ведь я сам вышел на твою фирму, которая занимается поиском людей в России!

– А рекламный проспект с услугами фирмы подкинул на языковые курсы я.

Алекс в гневе поднялся с камня:

– Значит, вся наша переписка была ложью?

– Нет. Я честно пытался выяснить, где жил твой дед в Миассе и почему бежал в США? Место жительства установить удалось, а причины отъезда – пока не получается. Но дело не в этом. Пойми…

Сургон тоже встал.

– …По крови ты принадлежишь к древнему могучему народу – исседонов! А это гораздо важнее, чем внутрисемейные тайны.

Воспоминания о маме пронеслись в голове Алекса.

– Не думаю, – сказал он.