Сожженные приношения - Роберт Мараско

– Дэвид! Дэвид!

Дверь с треском поддалась, и он ворвался в комнату, разрывая на ходу пижамную куртку и защищая лицо от дыма. Он отшвырнул в сторону стул, подбежал к кровати, продолжая выкрикивать имя сына, и сгреб его в охапку, захватывая и покрывало. Мэриан подскочила к двери и тут же отшатнулась:

– Что случилось?

Увидев, как Бен поднимает мальчика и несет к выходу, как тот с полуприкрытыми глазами извивается в руках отца, она с криком бросилась в комнату.

– Уходи отсюда! – заорал Бен, толкая ее обратно к выходу.

– Господи! Что с ним? Бен! Что?!

Мэриан побежала за ним в их спальню. Бен положил Дэвида на кровать и кинулся к окнам, открывая все подряд; потом вернулся к постели. Мать склонилась над сыном и беспомощно гладила его лицо и руки. Дэвид открыл глаза и откашливался. Бен снова поднял его и отнес к открытому окну.

– Давай, Дейви, дыши глубоко-глубоко, – приговаривал он. – Мэриан.

Она стояла рядом, повторяя:

– С ним все в порядке?

– Держи его. Вот так. – Он обвил ее руки вокруг мальчика. – Молодец, Дейв, молодец.

Он оставил их, вернулся в спальню Дэвида, включил свет и подошел к газовому обогревателю, шипевшему в дальнем углу комнаты. Зажав нос и рот, он повернул вентиль до упора; шипение прекратилось. Все окна были закрыты – он растворил каждое и вышел вон, захлопнув за собой дверь.

На пороге их спальни стояла тетя Элизабет в плотно запахнутом халате.

– Что случилось?

– Ничего, – ответил Бен, проходя мимо нее. – С ним все будет хорошо.

Мэриан с Дэвидом сидели у окна. Бен обхватил мальчика, слегка нажав ему на грудь. Дэвид, с мокрыми дрожащими губами, поднял взгляд на отца, поперхнулся слюной и заплакал. Бен снова высунул его голову в окно, приговаривая:

– Все будет хорошо… все хорошо, Дейв.

– Ты уверен? – одними губами произнесла Мэриан, схватив Бена за руку повыше локтя.

Бен, уставившись на затылок Дэвида, покивал, но не настолько уверенно, чтобы она смогла успокоиться.

– Позвони врачу, – сказал он.

Мэриан вскочила, бестолково повторяя: «Да-да, врачу!» – и тут вспомнила про список нужных телефонов внизу на кухонном столе. Она заколебалась, обеспокоенно глядя на сына, и внезапно до нее дошла вся громадность того, что могло произойти. Мэриан заплакала и снова опустилась на колени рядом с Дэвидом.

– Я не понимаю, – говорила она, – я просто не понимаю, как это могло…

– Найди список и позвони доктору! – закричал на нее Бен, и она увидела, как его глаза закрылись, скрывая что-то, а все тело напряглось. – Иди уже, – произнес он почти шепотом.

Тетя Элизабет стояла посреди их комнаты, ломая руки и неотрывно глядя в окно. Мэриан прошла мимо нее, не сказав ни слова, а выйдя, услышала ее дрожащий тихий голос:

– Бен…

Мэриан спустилась в кухню и, найдя список, повела пальцем по странице с именами, пока не дошла до У. Дж. Росса, врача общей практики. Трясущейся рукой набрала номер, и, пока ждала, чтобы сняли трубку – четыре, пять, шесть мучительных гудков, – часы в холле отбили половину часа. Но Мэриан услышала только сердитый голос:

– Доктор Росс.

* * *

Доктор спросил ее с грубоватой прямотой, во-первых, дышит ли мальчик, во-вторых, в сознании ли он? Если да, то сейчас ничего больше не сделать, уж точно не в полвторого ночи.

– Ничего?! – возмутилась она.

А врач повторил еще более сердито:

– Он нормально дышит?

Тогда прямо сейчас свежий воздух и сон, а в девять утра он осмотрит мальчика у себя в кабинете.

– Если речь о газовом обогревателе, то утечка либо фатальна, либо нет, – заверил он ее, – никаких промежуточных стадий. Пусть ребенок как следует отдохнет.

Он в сознании и дышит нормально, сказал ей Бен. Потом проводил сына до кровати – тот с трудом, но дошел. Мэриан укрыла Дэвида и присела рядом, глядя на него, быстро заснувшего на половине Бена. Она осторожно положила руку ему на плечо; он дышал глубоко и, да, равномерно и немного пошевелился во сне, когда она прикоснулась губами к его лбу, прохладному, без жара.

Бен опять сходил в спальню Дэвида.

– Выключено, – сообщил он, вернувшись. – Все будет хорошо.

И больше ничего. Он уселся в кресло возле окна и закинул ноги на пуфик.

– Но как, Бен? Я не понимаю.

– Иди поспи, – только и сказал он, закрыл глаза и съехал в кресле пониже, потирая рукой лоб. Боль вернулась и стала сильнее; возможно, она и не проходила вовсе, но он был так вымотан, что не помнил этого.

– Бен? – осторожно окликнула его Мэриан. – Ты что-то знаешь?

– Я пока вообще ничего не знаю, Мэриан.

Вообще ничего, кроме того, что, слава богу, есть еще мгновения ясности. Впрочем, не сейчас; сейчас он жаждал утешения, даруемого словом ничего. Ничего. Выключить боль и чтобы в голове не осталось ничего.

Мэриан увидела, как его рука свалилась с подлокотника. Она поднялась с краешка кровати, поправила одеяло Дэвида и перешла на свою сторону. Ее взгляд перемещался с Дэвида на Бена… потом рассеянно пробежался по комнате, словно она пыталась поймать ускользающее воспоминание или уловить аромат. Глаза ее остановились на закрытых дверях, и она вспомнила: миссис Аллардайс. «Слышала ли она?» Донесся ли весь этот шум до ее гостиной? До этого мгновения она даже не подумала о старой даме, и хотя ее невнимательность – если это она – можно оправдать, то все равно… вообще не вспомнить о старушке, ну как же так?..

Они спали, оба. Она тихонько двинулась к двери, открыла ее и вышла из комнаты; предлогов тому нашлось два: забота о старой беспомощной женщине и тиканье в коридоре.

Совпадение, твердо сказала она себе. Совпадение, как и со всеми другими часами, которые она поспешила проверить внизу. Совпадение, и все тут. Если у нее и возникли сомнения и страх, если она и помнила хотя бы одно сказанное вслух слово, то память об этом стерлась вскоре после того, как она пришла в верхнюю гостиную, где гул и рисунок на резной двери могли возвысить до благословения даже тиканье часов.

* * *

Бен позвонил ей утром из деревни и сообщил, что врач – ужасно сварливый старикан – осмотрел Дэвида и констатировал, что, на его взгляд, тот полностью поправился. Бен везет мальчика в Саутолд, поискать магазин игрушек и новый костюм Солдата Джо[34]. К полудню они вернутся. Потом он загадочно добавил:

– А как тетя Элизабет?

– Еще не встала, – ответила Мэриан.

Только позже, когда тетя Элизабет разыскала ее в оранжерее, она