Песня для пустоты - Эндрю Пьяцца

– Все от того, что ты голоден?

Лицо отца сморщилось, будто он надкусил какую-то гадость.

– Даже не смей приписывать моему совершенному организму свои убогие потребности.

– Значит, дело не в голоде. Постой… Ты упоминал, что путать наши мозги для тебя слаще вина.

– Это лишь образное сравнение, на которое хватает вашего ограниченного лексикона.

– За века ты привел сюда несметное число душ, заставлял их работать на тебя… Тогда почему раскопки завершились только теперь?

– Процесс шел медленно, – сказал Темносвет. – Почти ни у кого из приплывавших сюда не было подходящих инструментов. Однако на этот раз я увидел, что вы изобрели взрывчатку, чтобы истреблять себе подобных. Признаюсь, меня весьма забавляет наблюдать, как вы, обезьяны, убиваете друг друга из-за мелочей вроде цвета кожи или звуков, которые издает ваш рот.

– Ты имеешь в виду наши языки?

– До языка вам еще далеко, но пускай. Главное, что благодаря пороху вы смогли пробить наиболее плотные слои камня и земли, и работа пошла быстрее.

– Но почему она не может идти без перерыва? – спросил я. – Ты говоришь, что являешься сюда раз в несколько сотен лет… Зачем тебе уходить?

– Вы такие хрупкие и слабые. Ваши тела быстро изнашиваются.

– Нет. – Я покачал головой. – Дело совсем не в этом.

– Что? Ты еще смеешь со мной спорить?

Я уже раскусил его трюк. Темносвет вынуждал меня ходить кругами, чтобы задержать или отвлечь. Мне приходилось подыгрывать, ведь сквозь паутину лжи нет-нет да и просачивалась правда.

– Здесь что-то не сходится. Что-то я упускаю.

– Конечно, ведь твой разум ограничен.

Я пропустил колкость мимо ушей.

– Если благодаря нагреванию метеорит делает тебя сильнее… почему бы не велеть Уэсту столкнуть его в магму? Зачем нужен этот постамент?

Темносвет отчего-то не ответил. А раз он не придумал, как еще меня помучить или унизить, значит, я напал на след.

– И вообще, почему тебя так беспокоит мое присутствие? Для чего ты прикладываешь столько усилий, чтобы меня остановить? Если твой замысел свершился, неужели я могу ему помешать?

– Верно, не можешь, – сказал Темносвет. – Ты совершенно бессилен передо мной.

Ложь. Всегда ложь. Следует помнить, что каждая крупица правды, которую он случайно выбалтывает, завернута в несколько слоев вранья.

– Итак, тепло ускоряет химическую реакцию и усиливает свойства метеорита, – проговорил я. – Однако если погрузить его в магму… жар будет слишком велик.

Я пристально посмотрел в лицо своему отцу.

– Вот ответ, да? От нагрева метеорит позволяет твоему воздействию лучше проникать через магнитное поле, однако при очень высокой температуре он попросту расплавится?

– Может быть. Или же ты так думаешь, потому что я хочу, чтобы ты так думал. Вдруг, если бросить метеорит в лаву, моя мощь станет безграничной и я смогу пожрать всю вашу планету, как случилось с Марсом?

– Нет. Нет, неправда. Иначе Уэст сделал бы это, едва пришел сюда.

– Так ты ему помешал, – сказал Темносвет. – Он просто не успел исполнить свое предназначение. Именно поэтому я помогал ему тебя остановить.

– И опять неправда. Придумываешь уловки, потому что я угадал? Магма способна уничтожить метеорит, эту «святыню», которой ты так дорожишь?

– Да, юноша, – сказал Темносвет. – Ты совершенно прав. Я настолько безумен и склонен к саморазрушению, что решил принести метеорит туда, где его можно уничтожить. Гениально! Браво! Ну давай же, сбрось его в магму, чего ждешь?

Призрак отца ахнул и прижал палец к подбородку, словно его вдруг осенило.

– Нет-нет, погоди-ка, – с лукавой улыбкой произнес он. – Я ведь соврал. Забирай метеорит отсюда и выбрось в ледяную бездну океана. В магме он лишь сделает меня еще сильнее. А может, и не сделает. А может, и сделает… Тебе не узнать, правда? И единожды принятое решение уже не переиграешь.

– Ты снова хочешь меня запутать, – сказал я.

И, признаться, ему это удавалось. Я понял, что с зависимостью между температурой и силой метеорита я угадал, однако в том, что магма его расплавит, уверен не был. Все-таки я ужасно мало знал об этом чудовище.

Да, возможно, я докопался до истины, но с той же вероятностью мог попасться на еще более изощренный обман Темносвета. Что, если его целью на самом деле было сбросить метеорит в магму, и я правда помешал Уэсту это сделать? В таком случае, чтобы замедлить течение реакции и ослабить влияние «святыни», ее действительно следовало бы отправить на океанское дно.

Паутина лжи этой проклятой твари сплеталась в тугой узел, который невозможно было распутать. А ведь от сделанного мной выбора будет зависеть ни много ни мало судьба человечества.

– Так прелестно наблюдать за твоими метаниями, – ухмыльнулся Темносвет. – Прошу, не прекращай эту глупую забаву. Скоро мои пешки придут сюда и покончат со всем раз и навсегда.

Пешки… Он, очевидно, снова пытался меня отвлечь страхом, что освежеванные безумцы прямо сейчас продолжают напирать на укрепленную позицию, однако вместо этого заставил задуматься о тех мучениях, которым мы подвергались на пути к острову.

Зачем чудовищу вынуждать нас вредить себе и окружающим, пока мы не добрались до места раскопок? Зачем вообще сводить нас с ума, пока его замысел не осуществлен?

– Никак не могу все это увязать, – проговорил я.

– Что ты сказал?

– Так отреагировал командор Хьюз, когда я стал объяснять ему, почему ты нас мучаешь.

– Хьюз, фи… – хмыкнул Темносвет. – Недалекий балбес.

– Он задал правильный вопрос, – сказал я. – Почему ты сводил людей с ума? Почему толкал убивать других и себя?

– Никого я не толкал. Я лишь открыл им правду, а остальное довершили они сами.

– Ложь, – замотал головой я. – Каждому из нас ты показывал что-то свое. Одним ты внушал приятные образы, заставляя их устремиться к острову, чтобы уже здесь полностью подчинить их волю. Других обманом вынудил выкапывать метеорит. Это я могу понять.

– Поздравляю.

Я снова пропустил насмешку мимо ушей.

– А некоторых ты стал мучить. Меня, Джека и не только. Многие погибли, хотя могли бы добраться сюда и помочь тебе быстрее достичь своей цели.

– Несчастный глупец, куда тебе понять, в чем моя цель? Куда тебе вообще постичь мои замыслы?

Теперь я понял, что нащупал верный путь.

– Будь они живы, ты бы смог осуществить свой план раньше, тем не менее ты их замучил и убил. Точно так же ты убивал и тех, кто приплывал сюда раньше, а затем был вынужден оставить Землю в покое, потому что больше некому было завершить работу. Приходилось ждать столетия,