Вольные стрелки - Михаил Нестеров

Ничего конкретного он здесь не искал и найти не мог. Ему требовалось окунуться в атмосферу, которой дышал генерал, найти ответы на вопросы, которых еще не было, но они обязательно родятся. Он не собирался лазить по шкафам и рыться в бумагах. А с другой стороны, почему бы и нет? Он мог найти намек на моль в следственном комитете. Не имя и фамилия, но даже буква могла дать подсказку.

После того, как он открылся Харламову, вопрос предательства в подразделении стал не таким острым, и все же Цыплаков не сдавался.

Он подошел к книжному шкафу. Внимательно всмотрелся в корешки переплетов, чтобы определить, каким книгам генерал отдавал предпочтение. Корешки с потертостями принадлежали нескольким книгам. Так он узнал, что Разлогов читал Дэна Брауна, Пелема Г. Вудхауса, Жоржа Сименона. На глаза Цыплакову попалась книга, автором которой был некий «бизнес-тренер по конкурентной разведке». Он открыл ее и сразу же обратил внимание на то, что генерал читал ее с карандашом в руках, подчеркивая наиболее важные, заинтересовавшие его места. Вот они.

Объекты – это люди или документы, которые могут ответить на вопросы, интересующие вас. Как правило, это первичные носители нужных сведений.

Источники – это люди или средства, которые могут помочь получить доступ к нужным людям и информации напрямую или опосредованно.

Источники бывают внешними и внутренними.

Внутренние источники работают на вашем собственном предприятии.

Внешние источники – те, кто работает на вашем предприятии, но не является его сотрудником. Обычно к внешним источникам относят консультантов и клиентов. Кто-то из них работает за деньги. Другие работают бесплатно или бескорыстно, либо решая с вашей помощью какие-то свои задачи.

Первичные источники – те, кто получил информацию непосредственно от объекта и передал ее вам.

Вторичные источники получили информацию из вторых рук.

* * *

Как всегда, генерал Разлогов сам сидел за рулем своего «Мерседеса» некогда элитной 500-й серии. Эту двухдверную модель он купил еще в 2003 году и менять не собирался. Сегодня он почувствовал недомогание еще по дороге на работу и решил вернуться домой. По пути он не только составил примерное расписание на весь оставшийся день, – Аркадий Разлогов снова и снова возвращался к теме личности Харламова, потому что слишком многое было поставлено на карту...

Он был делами связан с людьми, которых издавна было принято называть «особо приближенными» к верховной власти. На самом деле современный российский трон был до безобразия примитивен: он состоял всего из двух труб – нефтяной и газовой. Эта конструкция была намного устойчивее традиционной, основанной на трех точках опоры.

Он подъехал к воротам, опустил стекло в машине и нажал на кнопку на столбике. Ворота открылись, и генерал продолжил путь. Под тяжестью машины, проехавшей по металлическому настилу, сработало устройство, и ворота закрылись.

Разлогов открыл дверь ключом. В гостиной подошел к пульту и, набрав четыре цифры, снял дом с сигнализации. В столовой включил кофеварку. Постоял немного в раздумье – выпить кофе сейчас или сначала переодеться. Конечно, нужно скинуть форму и облачиться в тенниску и шорты. Он подошел к лестнице, ведущей на второй этаж, и взялся рукой за перила.

* * *

Цыплаков закрыл книгу. Он потерял контроль над собой и ситуацией, когда опустился в кресло и закинул ногу за ногу. Он пришел к выводу, что генерал Разлогов далек от определения «профессиональный разведчик». Пожалуй, его можно было смело назвать разведчиком-самородком. И его первые шаги в разведке были семимильными. Цыплаков подумал об одаренности генерала в тот момент, когда лестница скрипнула под чьими-то тяжелыми шагами.

Павлу некуда было деваться. Он не знал, кто поднимался по лестнице. Впрочем... Он неслышно подошел к окну и осторожно выглянул во двор. Чертыхнулся, увидев внизу машину хозяина особняка. Окна не пропускали шум с улицы, а двигатель машины работал тихо. Одно к другому...

Когда приехал генерал? Обратил ли он внимание на открытую дверь пожарного выхода? Интересно, нашел ли он в специальной литературе, которой сильно увлекался, информацию о том, что двери черного входа менее прочны, чем на фасаде, и злоумышленник, скорее всего, выберет для проникновения в дом именно эту дверь?..

Чертов пентхаус! Одна-единственная комната. Огромная. Но для Цыплакова она сжалась до спичечного коробка.

Он смог бы хоть что-то объяснить генералу, если бы встретил его здесь впервые...

Разлогов по духу был строевым офицером и с большим намеком на определение «боевой». Какая-то неустроенность проглядывала в его взгляде. «Может, раскаяние? – думал Цыплаков. – В каком направлении ведет наступление этот денежный вещмешок?»

Эти вопросы лезли ему в голову в то время, пока генерал поднимался на этаж. Теоретически он мог быть вооружен.Возможно, мог прицелиться и выстрелить.

По телу Цыплакова пробежала новая волна дрожи. Ему показалось, он приблизился к разгадке того, что в генерале привлекало своей таинственностью, к секрету... который охраняли дюжина спецназовцев.

Цыплаков рискнул выглянуть из-за кресла. В этот момент над полом показалась голова генерала. Еще шаг, еще ступенька, и над настилом показались золотистые генеральские погоны. Цыплакову показалось, что Разлогов приподнял голову, словно принюхивался. Еще шаг, и его правое плечо приподнялось...

Генерал потянулся рукой к кобуре. Чувство тревогисноваподсказало ему, что он в доме не один. С ходом времени все чаще ему мерещились тени там, где их быть не должно, он слышал звуки в абсолютной тишине. Он списывал все на нервы, на пошатнувшуюся было психику. Если бы не Глумов, который поддерживал его в трудную минуту, он бы свихнулся.

Разлогов освободил кобуру от пистолета и передернул затвор. Цыплаков ответил тем же, взяв конфискованную «беретту» на изготовку. Перестрелка с генералом российской армии в его же собственном доме – не лучшее развлечение и выход, но если придется выстрелить...

Лестница осталась позади. Генерал внимательным взглядом окинул помещение, прислушался, затаив дыхание. Он буквально превратился в слух, потому что сумел расслышать ворчанье кофеварки в столовой.

Цыплаков похолодел. Он не отключил мобильник. Ему в любой момент мог поступить звонок. Закон подлости распространялся на всех. «Если кого-то и поджидает неудача, – подумал он, – то, конечно, меня».

Мобильник. Тут его будто током ударило. Он вынул телефон одной рукой, не выпуская пистолета из другой. Краем глаза он видел генерала, сделавшего к этому времени пару шагов к центру комнаты, вооруженного табельным, вероятнее всего, пистолетом. Ну быстрее, поторапливал он телефонную прокрутку. Остро пожалел о том, что номер телефона генерала Разлогова в его адресной книге на букву Р, а не на Г: листать устанешь. Сколько номеров, о господи! Только сейчас он понял, какой бардак можно устроить в такой маленькой электронной штучке. Входящие сообщения уже не принимались – переполнено. Адресная книга – под завязку; в ней и нужные, и уже ставшие бесполезными номера. Вот и номера абонентов, фамилии которых начинались на букву Р, и генерал значился первым; информация по этому телефону значилась, как служебная.