Вашингтонский узел. Время испытаний - Александр Афанасьев

Здесь немало погибших угольных городков и «кэмпов» – временных поселений. То и дело встречаешь железнодорожные ветки, по которым уже не ходят поезда в несколько сот вагонов как в 50-е. Нефть, дешёвый русский, украинский, китайский и австралийский уголь победили. Теперь тут ходит единственный поезд – он возит туристов, есть специальный тур по местам, где раньше добывали уголь, наиболее колоритным.

Ещё здесь тренируется Дельта.

Дельта Форс – тогда она ещё не называлась CAG (Combat Application Group) была основана в конце 70-х армейским подполковником Чарли Беквитом неподалёку отсюда, в форте Брегг, на базе полка рейнджеров и 82-й десантной дивизии. Сам Чарли Беквит – прошёл курс подготовки в 22SAS и, создавая новую группу, просто перенял всё то, что было наработано британцами. В том числе практику долгих походов по пересечённой местности. Сам Дэвид Стирлинг, основатель 22SAS был опытным туристом-походником, и в качестве местности, на которой его бойцы должны были проверять свои навыки – выбрал пустоши Северного Уэльса с горой Пенн-и-Ванн. Чарли Беквит – далеко ходить не надо – выбрал глушь Северной Каролины, угольную страну и эти горы. Когда не было заданий, или при отборе новичков, – бойцы Дельты пропадали тут неделями…

Я же направился сюда, потому что во мне, с годами и пониманием того, что жизнь не вечна – вдруг проснулась тяга к здоровому образу жизни. Нет, в тридцать лет об этом ещё не думаешь, и даже в сорок – но когда тебе за сорок, уже начинаешь задумываться. Или – старый мотор начинает напоминать о себе, да? Ну и дела кое-какие надо было сделать.

Мы находились неподалёку от заброшенного городка Турмонд, это там снимали фильм Мэтуон о беспорядках в шахтёрской среде начала 20-х и о том как мятеж и схватки с детективами, нанятыми горнодобывающими компаниями, едва не вылились в нечто большее. Но не вылились. Турмонд – какое-то время был вообще заброшен, сейчас там живёт судя по переписи – всего шесть человек, они обслуживают туристов. Пятеро приняли участие в выборах, и все они выбрали Дональда Трампа…

– Сэр…

Я повернулся. Рюкзак, пусть и не слишком тяжёлый – все же давил на плечи, я его снял и поставил у ноги.

– Майор. Давно следите?

– А когда заметили, сэр?

– У ручья

– Как?

– Свет. Что-то мелькнуло.

Майор Дэвид Мерсье, потомок французских первопроходцев из Луизианы, убийц и охотников на аллигаторов сокрушённо пожал плечами.

– Теряю квалификацию, выходит. Когда-то я мог зайти человеку за спину – он и то не видел.

– Все нормально, майор. Парни добрались до дома?

– Да, сэр. Это вы им приказали гульнуть?

– Точно.

– Со всем уважением, зря вы это сделали, сэр. Если солдату приказывают гульнуть, он понимает это буквально.

Майор был в старой форме «для леса» без знаков различия, которая не применяется с 90-х годов. Это была не американская, а британская форма, более удобная – я умею их различать. Смок для парашютистов, подбитый в некоторых местах шерстью. На плече винтовка М16, старая модель, ретро. Возможно, заряжённая боевыми.

– Издержки, – я подошёл ближе, – не судите их строго за это. Хотя кое-какие уроки они должны получить.

…

– Я убрал за ними. Но повториться это не должно. Нужно соблюдать меру, ясно?

– Да, сэр. Но…

– Никаких, черт возьми, «но». Профессионализм либо есть, либо его нет. Особенно в вашем случае…

– Да, сэр.

– Хорошо, что всё хорошо кончилось – по крайней мере, они сразу позвонили мне, а не скрывали ситуацию до тех пор, пока она не вышли бы из-под контроля. Это плюс.

…

– Новый приказ придёт по обычному каналу. Проявите осторожность. Направьте других, эти пусть месяца три посидят на базе, не надо им светиться. Как раз будет время восполнить пробелы в знаниях, какие у них есть.

– Да, сэр. Извините…

– Ещё что-то?

– Я бы хотел передать благодарность, сэр. От меня лично и от всего состава инструкторов.

– Это лишнее, майор. Я поступил так как и должен был в такой ситуации.

– Нет, сэр, вот тут вы не правы. Разрешите быть откровенным, сэр?

Я улыбнулся

– Ну, давайте, Дэвид.

– Почти каждый из тех, кто определяет политику, и кто посылает нас на разные задания – не сделал бы ничего подобного. Он начал бы орать, а потом сказал бы – выкручивайтесь сами, я умываю руки. Они ненавидят проблемы. Тем более те, которые сами и создали.

– Кто же любит проблемы, Дэвид?

– Да, сэр, что верно, то верно. Но и подставлять себя ради тех, кто исполнял твой приказ, вывести их из-под удара и подставить себя, поработать руками – на такое почти никто не согласится. А вы на это пошли.

– Поверьте, мне не составило большого удовольствия «поработать руками».

– Да, сэр. Со всем уважением, сэр, мы были бы рады, если бы взяли вот это.

Я взял квадратик плотного картона, посмотрел

– Что это?

– Это членский билет в наш охотничий клуб, тут неподалёку. Там все свои и чужих мы не принимаем. Но вас были бы рады видеть, сэр. Любой из нас будет рад помочь вам.

Я убрал карточку в нагрудный карман

– Черт, парни. Мне когда-нибудь придётся порвать с вами.

Майор, один из инструкторов в Форте Брегг, командир эскадрона, входящий в совет инструкторов, который принимает решение о зачислении новичков, понимающе усмехнулся.

– Наши сердца будут разбиты вдребезги, сэр…

– Эл!

…

– Вот ты где.

Мы с майором сделали вид, что просто стоим и наслаждаемся видами на реку. Стройная девушка с рюкзаком на спине – пробиралась к нам с тропы. Вид у неё был совсем не уставший, что и не удивительно – она даже претендовала на олимпийскую сборную США по плаванию. Совсем не то чего достоин я, старая развалина.

– Я и не знал, что у тебя тут встреча

– Просто встретились два старых друга на тропе.

– Познакомишь?

– Это Дэн. Он когда-то служил неподалёку.

– Пока мне все не надоело, мисс… – Мерсье приподнял свою шляпу, тоже британского образца, с полями – Дэн Мерге, мисс.

– Полина.

Полина… точнее Паулина училась у нас, правда, она уже выпустилась, и потому я плевать хотел на то, что скажет комиссия по этике, даже если всё это в один прекрасный день вывалится наружу. В конце концов, у нас свободная страна.

Я здесь из-за неё, она мне и открыла эти места. Потому что она здесь родилась. В маленьком, умирающем шахтёрском посёлке, где и 30 тысяч в год – достойная зарплата. Судьбой ей было написано стать женой горняка или водителя трака и угробить себя семейной жизнью – но она плюнула на то, что ей было предписано судьбой и решила пробиваться. Ей удалось заработать грант на обучение в одном из лучших университетов мира и стать помощником прокурора в одном из городов. У неё были отличные показатели обвинительных приговоров – лучше, чем у других.