Бой в ливийской пустыне - Александр Тамоников

– Наджим после нашего визита уже никому ничего не расскажет.

– Вы убьете его?

– Да! После того, как он вывезет Владимирова с территории тюрьмы.

– А где гарантия, что вы не убьете меня после того, как отыграю свою роль?

– Здравый смысл. Нам надо, чтобы ваши ищейки думали, что Владимирова похитил именно Муамар Наджим. К тому же к начальнику тюрьмы есть серьезные претензии со стороны родственников заключенных, которых он посылал на плаху. Рано ли поздно, но кровная месть свершилась, и Наджима убили бы. Поэтому он не мог не думать, как обезопасить себя. В Ливии это сделать практически невозможно, можно оттянуть исполнение приговора, используя положение, обещанное ему в новом правительстве. Но полностью обезопасить себя и семью он в Ливии не смог бы. Другое дело – эмиграция в Европу под чужим именем. Но для этого нужны деньги, много денег. Кое-что у Наджима, конечно же, есть, но достаточно ли? Поэтому господин Муамар Наджим вполне мог пойти на сговор с кем-то, кто желал заполучить Владимирова за большие деньги. Логично, господин Харузи? Ты же знаешь начальника тюрьмы как самого себя, так вот и ответь, мог Наджим пойти на предательство ради спасения собственной шкуры?

– Мог, – не задумываясь, ответил бывший майор ливийской спецслужбы, – однако я не пойму, почему и в данной ситуации вам оставлять меня в живых?

– А кто пустит следствие по ложному следу? Жена Наджима? Или его дети? Им никто не поверит, да и вряд ли будут слушать. А вот ты совсем другое дело. Тебе поверят, тем более что мы обставим все естественно и правдоподобно. Вот поэтому мы должны, просто обязаны оставить тебя в живых. На себя ты показания давать не будешь, а обвинениям против Наджима следствие поверит.

Харузи проговорил:

– В логике вам не отказать. Но по факту похищения Владимирова будут работать не дилетанты, а профессионалы. Вас же могут увидеть в доме Наджима. Либо его помощник, либо жена, дети, да в конце концов обычный солдат, вдруг оказавшийся в ненужное время в ненужном месте. И если это выяснится, то моя легенда лопнет как мыльный пузырь!

Седов улыбнулся:

– Ты тоже далеко не дилетант, майор. Нас могут увидеть, ты прав. Случайность нередко сопровождает нашу жизнь и работу. Но почему лопнет твоя легенда? Посторонних людей гораздо проще привезти в часть самому Наджиму, ну а уж спрятать на время твоей изоляции вообще не составит никакого труда.

– В принципе, вы правы. Значит, вы намерены вдвоем провернуть такое серьезное дело?

– С твоей, Мансур, помощью!

– Вы рисковые парни.

– А нам есть за что рисковать. За Владимирова очень хорошо платят, а нам, как, впрочем, и всем, нужны деньги. Большие деньги.

– Сколько, если не секрет, вам обещали за свободу русского?

Седов и Озбек рассмеялись. Бек ответил:

– Много, майор. Очень много. Нам хватит, чтобы свалить из вашей вонючей Ливии и наслаждаться жизнью где-нибудь на Гавайях.

– Так вы наемники?

– Не задавай ненужных вопросов. Ты согласен, или, – Седов поднял пистолет, – начать медленно убивать тебя? За твою смерть мы не получим ни цента, но это доставит мне удовольствие. Хоть что-то.

– Я согласен, – ответил Харузи, – скажите только, что вы намерены сделать с Захирой? Я буду не против, если она исчезнет так же, как и Наджим.

Седов удивился:

– Ты хочешь нашими руками убрать свою любовницу?

– Она всего лишь женщина. Одна из тысяч ей подобных.

– Но у нее же дети?

– У Наджима тоже дети. И их вместе с матерью ждет после смерти отца-предателя позорное будущее.

Вперед выступил Озбек:

– Хорошо.

– Делайте с ней, что хотите. Для меня Захира больше не существует.

– Конечно! Ты найдешь себе молоденькую жену, если уже не присмотрел девочку лет двенадцати или нескольких девочек. Вряд ли кто в Эль-Увайнате решится пойти против твоей власти.

– Вам не кажется, что это мое личное дело?

Седов приказал Озбеку:

– Прекрати. Пройдись по усадьбе, посмотри, что к чему. Осмотри машину, прикинь, откуда удобнее действовать. В общем, оставь нас!

– Хоп!

Бекир Озбек вышел из спальни. Седов посмотрел в безжалостные глаза Харузи. И сейчас душу его не терзало то, что придется уничтожить бывшего майора. Человек, хладнокровно решив убить любимую женщину, сделав сиротой ее детей лишь из-за того, что эта женщина просто надоела ему. Это не человек…

– Значит, Мансур, договорились?

– Да!

– Ну и хорошо.

– Освободите меня.

– Не считай нас за идиотов. До выезда тебе придется быть связанным. Потерпишь ради новой, беззаботной жизни в окружении малолетних жен.

Харузи отвернулся. Сейчас, когда противник раскрыл, как ему казалось, свои карты, бывший майор думал, как перехватить инициативу. И это представлялось не таким уж и трудным делом. Надо только все хорошенько просчитать, чтобы выбрать момент и вырваться из рук наемников где-нибудь на территории тюрьмы. Уйти из-под контроля так, чтобы они вынуждены были защищаться, не имея возможности нанести вред ему, Мансуру Харузи. Времени на обдумывание у него было много, и он был уверен, что найдет решение. Об одном не думал предатель, что Седов прекрасно понимал, о чем думает плененный ливиец, который, естественно, не предполагал о том, что жить ему осталось меньше суток.