Смерти вопреки - Андрей Воронин

Артем Прищепов открыл глаза и увидел над собой темное небо. Ему сперва показалось, что он просто стал хуже видеть, но затем он разглядел две первых пронзительно ярких звезды и понял: это ночь, начало ночи, а он, Артем Прищепов, все еще жив.

Перед его внутренним взором пронеслись, как в калейдоскопе, события минувших дней. Не успел он подумать о том, что же случилось с Рахметом Мамаевым, как кто-то грубо дернул его за плечо. От боли у него потемнело в глазах.

Его вытащили из багажника «мерседеса» и бросили на землю. Рядом с ним упал и связанный Мамаев. Ускользающим сознанием Артем успел отметить, что лежит он в небольшом дворе, огороженном высоким каменным забором, что справа от него двухэтажный дом красного кирпича. Отметил он и дурманящий запах свежего сена… Адвокат стоял на крыльце и с ухмылкой смотрел на пленников. Мамаев еще не пришел в себя.

– Что с ними делать теперь? – негромко спросил один из бандитов.

– Затащить в дом и привести в чувство! Я с ними буду говорить.

– Развязать?

– Да, но наденьте наручники, руки за спину.

Адвокат скрылся в доме. Как ни злы были люди, которые привезли пленников в загородный дом, с Мамаевым и Артемом они обращались довольно бережно. Их, связанных, перенесли в гараж под домом, развязали и надели наручники. Невысокий парень присел возле Мамаева и пощупал ему пульс, затем то же самое проделал с Артемом.

– Живы, – ухмыльнулся он.

– Отойди, если хочешь остаться сухим, – сказал ему напарник, разматывая черный резиновый шланг и включая воду.

Ледяные струи с силой ударили в лежащих. Прищепов вновь открыл глаза и не мог сообразить, что происходит. Он дернулся, но от этого движения браслеты наручников сильнее впились в запястья.

Он застонал и завалился на бок.

– Оттягивай, один уже готов! – радостно крикнул парень, отводя шланг в сторону.

Артем сидел под стеной и тупо следил за тем, как приводят в чувство Рахмета. Наконец Мамаев зашевелился, Воду выключили. Рахмет стоял на коленях и чертыхался.

– Потише, – предупредил его один из бандитов, – за каждое слово ответишь, – Иди на х… – огрызнулся Мамаев.

– Да что она могла знать!.. – Прищепов почувствовал, что вся его злость бессмысленна, все равно Машу уже не вернешь, а люди типа Адвоката никогда ничего не делают просто так.

– Он нас всех сдать хотел. – продолжал хозяин. – Хорошо, что один умный человек надоумил поинтересоваться, кто он такой. А кто-нибудь из вас может мне на этот вопрос ответить?

Мамаев мрачно покачал головой:

– Прошлое его знаю, а настоящее – нет.

– Ты в лоб пробовал разузнать – через милицию, через своих людей в ФСБ. Но они в последнее время сильно засекретились! А нужно было по-другому. Я выяснил: нигде он не числится, а если про него что и можно узнать, так только про Афганистан – позже он словно на небе жил, ни строчки ни в одной картотеке. Тут я сразу сообразил – у него крыша почище нашей будет. Вот и карточку его медицинскую раздобыл. Мне уже специалист по ней заключение дал.

Мамаев напрягся:

– Ну?..

– Скорый нашелся, – усмехнулся Адвокат, – я за это деньги плачу, а он за бесплатно все узнать хочет!

Артем, затаив дыхание, ждал, когда же Адвокат вновь заговорит.

– У него только прошлое есть, но все не спрячешь. И на старуху бывает проруха. В его карточке кардиограммы, результаты анализов, флюорография – все из поликлиники ФСБ переслано, они, мудаки, даже не догадались шапку своего учреждения отрезать или замазать, так прямо с шапкой ксерокс и сняли. Врачи же, не разведчики. Так что из ФСБ ваш Александр. Они – его крыша. Вас, дураков, поиметь хотел.

Наступило молчание. Мамаев тяжело дышал.

Артем смотрел себе под ноги.

– Так что, Рахмет, правильно ты рассудил, решив деньги прикарманить, а потом этих двоих пришить, сделав вид, будто они деньги нашли, да отдать позабыли.

Артем посмотрел на Мамаева. Тот избегал глядеть ему в глаза.

– Да, да, да… – рассмеялся Адвокат. – Только об этом он тебе, Прищепов, сообщить забыл. Я тебя, Рахмет, понимаю, сам бы так поступил, но зачем же меня подставлять? Я же кредитора на тебя не натравил, сам с ним разбираюсь, тоже проценты, между прочим, плачу. Пожадничал ты. Пришел бы ко мне, сказал бы, мол, давай, Адвокат, десять лимонов распилим пополам, а потерю на лохов спишем. Нашли бы их в машине сгоревшей, а в чемоданчике пепел. Я бы помог.

Адвокат посмотрел на Мамаева, но тот пока молчал, – не соглашался, но уже и не возражал.

– На курьере ты прокололся. Подкупил он твоих ребят, живым его отпустили, он ко мне и вернулся.

– Что ты предлагаешь? – наконец-то отозвался Рахмет Мамаев.

– Да, тяжело возвращать деньги, они чуть только в руки попадут, сразу же своими начинают казаться. Могу тебе помочь, Рахмет, а могу и убить.

Подобное предложение даже повеселило Мамаева:

– Столько правды сказал, а теперь врать начал.

Не убьешь ты меня, иначе денег тебе не видать.

– Вот видишь, Рахмет, мы с тобой друг друга с полуслова понимаем.

– Твое предложение?

– Деньги пополам – пять и пять. Для кредитора спишем все на Бондаровича – когда тот узнает из другого источника, что Бондарович на ФСБ работал, искать дальше перестанет.