Легавые. Ружье. Загадка Глухого - Эван Хантер

— Кто такой Калуч? — спросил Мейер у Тино. -

— Пит Калуч? Есть такой…

— Приятель Тони?

— Да, они старые знакомые.

Калуч и Ла Бреска в основном не играли, а говорили. Они обменивались репликами, потом один из них брал кий и делал удар. Затем снова беседовали, и снова один из них бил по шару. Так продолжалось около часа. Потом они поставили кии и пожали друг другу руки. Калуч вернулся к столу у окна, а Ла Бреска подошел к Мейеру и Тино узнать, который час. Взглянув на часы, Мейер ахнул:

— Господи, уже шесть! Надо бежать домой, а то жена меня убьет!

— Ну что ж, Стью, — сказал Тино, — мы неплохо поиграли. Будешь в наших краях, заходи.

— С удовольствием, — кивнул Мейер.

На улице темнело. Сумерки подступали бесшумно, тишину нарушали лишь резкие порывы ветра, обжигающие лицо. Ла Бреска шел, засунув руки в карманы бежевой куртки с поднятым воротником. Ветер трепал его зеленый шарф, будто пытался сорвать. Мейер держался на почтительном расстоянии, памятуя о недавнем провале Клинга и надеясь, что с ним, ветераном сыска, такого случиться не может. На улице было пусто, и это сильно осложняло задачу. В общем-то, нетрудно следить за человеком на шумной многолюдной улице, но, когда вас только двое, тот, кто идет впереди, в любой момент может услышать за спиной шаги или случайно, краем глаза заметить преследователя и обернуться. Соблюдая дистанцию, Мейер забегал во все подворотни, радуясь, что приходится все время двигаться — и не замерзнешь, и меньше вероятности быть обнаруженным. Правда, если он даст Ла Бреске уйти слишком далеко, то стоит тому внезапно завернуть за угол или скрыться в парадном, и Мейер потеряет его.

Девушка сидела в «бьюике».

Машина была черной. Мейер определил год выпуска и модель, но номер прочитать не удалось — машина стояла лишком далеко, чуть не за два квартала. Мотор был включен. Серые клубы вылетали из выхлопной трубы и и тут же уносились ветром. Ла Бреска остановился возле машины. Мейер забежал в ломбард и оказался в компании (ксофонов, пишущих машинок, фотоаппаратов, теннисных ракеток, удочек и кубков. Прищурившись, он смотрел квозь витрину, пытаясь разглядеть номер «бьюика».

Девушка была блондинкой. Она наклонилась и открыла переднюю дверцу.

Ла Бреска сел в машину.

Когда Мейер выскочил из ломбарда, большой черный Мтомобиль с рычанием отъехал от тротуара.

Мейеру так и не удалось разглядеть номера.

ГЛАВА VII

Никто не любит работать по субботам.

В работе по субботам есть что-то противоестественное. < уббота — канун отдыха, и хочется, чтобы наконец закончились неприятности, отравляющие жизнь с понедельника до пятницы. В очаровательный промозглый мартовс- * ий денек, когда того и гляди пойдет снег, а город угрюмо i (бычился в ожидании новых сюрпризов погоды, приятно инвеста огонь в камине трехкомнатной квартиры. А если нт камина, то можно скоротать время с книгой или блондинкой — кому что нравится.

Суббота может довести до умопомрачения своими рао «ными перспективами, и вы будете напряженно думать, г «к лучше распорядиться долгожданной свободой. Рас- кивам по квартире, вы изведетесь в размышлениях, бы заняться, и в конце концов придете к печальному ж иоду: приближается самый грустный вечер недели.

Никто не любит работать по субботам, потому что и субботам никто не работает.

Кроме полицейских.

Работа, работа, работа. Тяжелая, унылая, бесконечная. II (помогая под бременем долга, блюстители закона и по- дка всегда готовы ринуться в бой со злом. Они обязаны ранять бодрость духа, ясность мышления, крепость Коровья.

Энди Паркер сладко посапывал в кресле у стола.

— Куда подевались все ваши? — громко спросил маляр.

— А? Что? — Паркер вздрогнул, выпрямился, оглядел маляров, протер глаза огромной ручищей и сказал — Разве можно так пугать человека?

— Мы уходим, — сообщил первый маляр.

— Мы все закончили, — добавил второй.

— Мы уже погрузили наше добро на грузовик и зашли попрощаться, — сказал первый.

— Где ваши? — спросил второй.

— На совещании у лейтенанта, — ответил Паркер.

— Мы заглянем к’нему и скажем до свидания, — сказал первый маляр.

— Не советую.

— Это еще почему?

— Они обсуждают убийство. А в таких случаях им лучше не мешать.

— И даже нельзя сказать до свидания?

— Можете сказать до свидания мне, — предложил Паркер.

— Это не совсем то, — сказал первый маляр.

— Тогда подождите. Они закончат, и вы попрощаетесь, К двенадцати обязательно закончат. Это уж точно!

— Но мы-то уже закончили, — сказал второй маляр.

— Может, вы что-нибудь не доделали? — спросил Паркер. — По-моему, надо покрасить пишущие машинки, вон ту бутылку на холодильнике и наши револьверы. Кстати, почему бы вам не покрасить наши револьверы в приятный светло-зеленый цвет?

Разобиженные маляры покинули следственный отдел, а Паркер снова прикрыл глаза и задремал.

— Отличные у меня сотрудники! — говорил лейтенант Бирнс. — Два опытных сыщика прохлопали хлыща. Один — потому что идет и сопит ему в затылок, другой — отпустил его на добрую милю. Молодцы, ничего не скажешь!

— Откуда я знал, что его будет ждать машина? — буркнул Мейер. — Мне сказали, что в прошлый раз он приехал на поезде.

— Верно — поддакнул Клинг.

— Вы его упустили, — отрезал Бирнс. — И было бы пол беды, если б он отправился домой. Но О’Брайен дежурил возле дома Ла Брески и утверждает, что он там не по явился. Это означает одно: мы не знаем, что делает главный подозреваемый в тот день, когда ожидается покушение на заместителя мэра.

— Мы действительно не знаем, где сейчас Ла Бреска, сэр, — признал Мейер.

— А все потому, что вы его упустили.

— Так точно, сэр.

— Если я не прав, Мейер, ты мне так и скажи.

— Никак нет, сэр. Все правильно. Я его упустил.

— Отлично. Объявляю тебе благодарность.

— Большое спасибо, сэр.

— Отставить шуточки!

— Виноват, сэр.

— Ничего смешного в этом нет. Я не хочу, чтобы Скэнлону проделали в башке две дырки, как Кауперу.

— Я тоже.

— Отлично. Очень тебя прошу, научись грамотно следить. Договорились?

— Договорились.

— Теперь, — кто этот человек, с которым встречался и бильярдной Ла Бреска?

— Калуччи, сэр. Питер Калуччи.

— Ты его проверял?

— Да, сэр. Еще вчера. Посмотрите, что нам прислали.

Мейер положил на стол Бирнса толстый конверт и шагнул к детективам, которые выстроились у стола начальника. Никто не шутил и не улыбался. Лейтенант Пыл в прескверном настроении. Нужно было подарить пятьдесят тысяч долларов злоумышленнику или готовиться | тому, что заместитель мэра получит новое назначение — небесный муниципалитет. Какие уж тут шутки! Лей- шант взял конверт, вынул фотокопию