С надеждой на смерть - Кара Хантер

ТА: Да. Несколько раз.

ВЭ [передает лист бумаги]: Я передаю мистеру Суонну копию его показаний от 21 октября. У вас было время подумать, есть ли что-то, что вы хотели бы добавить или исправить?

РС: Нет.

КГ: Сейчас самое время это сделать.

РС: Нет, меня все вполне устраивает.

КГ: То есть вы продолжаете утверждать, что выстрел в вашем доме три дня назад был произведен в порядке самообороны и жертва была вам совершенно неизвестна?

РС: Да, это так. Я ни разу в жизни его не видел.

КГ: Да, я помню, вы использовали эти слова во время предыдущего интервью. Эта же фраза фигурирует и в вашем заявлении.

РС: И в чем же дело?

КГ: В том, что «ни разу не видел» – не обязательно то же самое, что «не знал, кто он такой». Думаю, вы прекрасно это понимаете и очень тщательно подбираете слова.

ТА: Не понимаю, к чему вы клоните, сержант.

КГ: Подозреваю, что ваш клиент понимает. Мистер Суонн? Или вы бы предпочли, чтобы я называл вас мистер Роуэн?

РС: [Молчание.]

ТА: Ричард? О чем он говорит?

РС: Не вижу особого смысла для вас задавать мне вопросы, на которые уже есть ответ.

КГ: Вы умолчали об этом на первом допросе.

РС: То, что я сменил имя, не имеет к этому никакого отношения. И, честно говоря, это не ваше дело.

КГ: Извините, но я вынужден с вами не согласиться. Думаю, имеет. И самое прямое. Думаю, вы отлично знаете, кем был тот молодой мужчина на вашей кухне. Мой вопрос в другом: когда именно вы поняли это?

РС: Я не знал тогда и не знаю сейчас.

КГ: И это притом, что вы избавились от всего, что помогло бы его опознать?

РС: Я ничего подобного не делал. И возмущен вашим намеком.

ВЭ: Был свидетель. Кое-кто видел, как вы это сделали.

РС: Не смешите меня. Как вообще там можно было что-то увидеть? На много миль вокруг нет ни души, и в любом случае было совершенно темно.

КГ: Верно. Было бы слишком темно, чтобы увидеть что-либо невооруженным глазом. Но, к счастью для нас, наш свидетель имел прибор ночного видения.

РС: Пожалуйста, не оскорбляйте мой интеллект; никто не таскает с собой такие вещи на всякий случай.

КГ: Это не был всякий случай. Свидетель стоял на холме над вашим домом. Фотографировал звезды.

РС [молчание]: Так что же он сказал, этот ваш свидетель?

КГ: Он услышал выстрел. Одиночный выстрел, как вы и сказали.

РС: [Молчание.]

КГ: Он, конечно, насторожился, поэтому сразу же позвонил по номеру 999, а затем некоторое время ждал, присматривая за домом.

РС: [Молчание.]

КГ: А потом он что-то увидел… Что-то, что навело его на мысль, что выстрел, должно быть, попал в какого-нибудь грызуна.

РС: [Молчание.]

КГ: Вы вышли в сад, мистер Суонн. При этом несли что-то в пакете для мусора…

ТА: Мне нужно переговорить с моим клиентом…

КГ: Что было в том пакете, мистер Суонн?

ТА: Мой клиент будет отвечать «Без комментариев» на все дальнейшие вопросы.

КГ: Это были бумажник и рюкзак того мужчины, не так ли?

РС: Без комментариев.

КГ: Вы понимали, что должны скрыть его личность, потому что, если бы мы узнали, кто он такой, никогда не поверили бы, что это просто неудачная кража со взломом.

РС: Я понятия не имею, о чем вы говорите.

ТА: Ричард…

КГ: Вы действительно думали, что мы не узнаем?

РС: Узнаете что?

КГ: Вы хотите, чтобы я поверил, будто вы не понимаете?

ТА [удерживая Суонна]: Мой клиент не обязан это комментировать.

ВЭ: Тот мужчина рассказывал, как нашел вас, где он был? Хоть что-нибудь?

РС: Сколько можно спрашивать – я понятия не имею, о чем вы говорите…

КГ: Вы, скорее всего, в курсе, что мы сличили ДНК…

РС: ДНК? Что, черт возьми, это доказывает?

КГ [спокойно]: То, что всегда доказывает ДНК, мистер Суонн. Вы и тот молодой человек – родственники.

РС [растерянно]: Это как понимать?..

КГ: Он был вашим внуком, мистер Суонн. Он – ребенок Камиллы.

РС: [Молчание.]

ТА [вмешиваясь]: Я категорически настаиваю на совещании с моим клиентом.

ВЭ: Допрос закончился в 12:48.

* * *

– Вряд ли он знал, – говорит Эв. Они с Гисом сейчас в соседней комнате, наблюдают за Ануином и Суонном по видеосвязи.

– Согласен, – говорит Гис. – Похоже, что нет.

На экране они видят, как Тимоти Ануин с жаром что-то говорит. Звука нет, и Суонн стоит к ним спиной, но он всплескивает руками в замешательстве. В другой комнате для допросов женщина-констебль усаживает Маргарет Суонн на стул. Та в тяжелом твидовом пальто, в руке большой ридикюль. Выглядит замерзшей.

– Что ты намерен делать со стариканом? – спрашивает Эв. – Мало того что он выглядит просто ужасно, но и время поджимает… Мы должны решить сегодня.

Гис вздыхает:

– Я посоветуюсь с боссом, но не думаю, что у нас есть реальный выбор. Придется отпустить его под расписку, и дай нам бог что-нибудь найти.

Эв кивает, затем снова поворачивается к экрану:

– Готов?

Гис делает глубокий вдох:

– Как всегда.

* * *

У Маргарет Суонн теперь есть адвокат, слегка взволнованная молодая женщина. Она представляется Джулией Меррик и говорит, что она одна из коллег Тимоти Ануина. Маргарет Суонн смотрит на нее с презрением, которое, очевидно, приберегает для представительниц своего пола, якобы наделенных какой-то властью над ней. Эверетт тоже получает свою долю презрения, хотя, будь Гис азартным игроком, он поставил бы все деньги на Эв. Суонн все еще в пальто, и это явно вызов с ее стороны. Но именно им решать, когда она уйдет, а вовсе не ей.

– Миссис Суонн, – говорит он, садясь на свое место, – как вы знаете, я сержант Крис Гислингхэм, а с констеблем Эверетт вы уже знакомы. Вы наверняка понимаете, что это официальный допрос и он записывается. Я также обязан сообщить вам, что появились новые улики, а это значит, что у нас теперь нет иного выбора, кроме как арестовать вас по подозрению в заговоре с целью убийства. Вы не обязаны ничего говорить, но если не упомянете на допросе то, на что впоследствии будете ссылаться в суде, это может повредить вашей защите. Все, что вы скажете, может быть использовано в качестве доказательства. Позже могут быть предъявлены дополнительные обвинения, в зависимости от того, что станет известно в ходе нашего расследования. Вам все понятно?

Меррик