Знак предсказателя - Татьяна Полякова

– Да что за черт, – злился Вадим. – Не баба, а неуловимый Джо.

– Ты сам сказал, она хорошо знает местность.

– Искать ее здесь бесполезно. Ладно, в конце концов, ей придется выбираться оттуда. Значит, терпеливо ждем, когда она появится либо с той стороны, либо с этой. Ты какую предпочитаешь?

– Все равно.

– Тогда так: топаешь вон к тем кустам и спокойно наблюдаешь. Если заметишь ее, звони мне. Я пошел.

Мы разделились, и я направилась к кустам, как и велел Вадим. Если женщина сейчас видит меня, скорее всего решит, что я возвращаюсь в поселок. Она могла узнать в нас вчерашних преследователей, такая настойчивость должна вызвать у нее подозрение, а следовательно, заставит быть особенно осторожной.

Место для наблюдения Вадим выбрал со знанием дела. Надумай она покинуть укрытие, я ее непременно увижу. С двух сторон заросли выходят к полю, значит, и там она незамеченной не пройдет. А с противоположной стороны поджидает Вадим. Привалившись спиной к березке, я жевала травинку, но думала не о женщине, точнее, не только о ней. Что заставило ее с воплем покинуть дом? Ясно, что ничего хорошего нас там не ждет.

Прошло минут двадцать, прежде чем позвонил Вадим.

– Появилась, наконец, – сказал он. – Я ее провожу, дальше – по обстоятельствам.

– Мне что делать?

– Ждать.

Я вернулась к дому Ситникова. Дверь была распахнутой настежь. Я немного постояла, прислушиваясь. Живых в доме нет, а вот смертью несло за версту. Не надо обладать особыми способностями, чтобы это почувствовать.

Входить в дом одной не хотелось. Я устроилась на скамейке в ожидании звонка Вадима. Ждать пришлось довольно долго. Наконец, он позвонил.

– Ты где?

– Возле дома. Одна зайти не рискнула.

– И правильно. Сейчас буду.

Вскоре я увидела его на дороге и слегка удивилась, потому что выходило: идет он из поселка. Получается, женщина пряталась где-то там? Между тем Вадим подошел и сел рядом.

– Отгадай, куда отправилась наша тетка? – закуривая, спросил он. – У тебя одна попытка.

– К матери Иры Краско?

– С тобой неинтересно.

– Она носит траур по дочери, – напомнила я, пожав плечами.

– Ага. Вошла через калитку и скрылась в доме. Я выждал полчаса, но она так и не появилась. По крайней мере теперь мы знаем, где ее искать.

– Вернемся и с ней поговорим?

– Зададим вопрос, почему она живет в домишке без света? Или с какой стати шляется по округе, пугая впечатлительных детей?

– Но мы ведь выслеживали ее для того, чтобы задать эти вопросы. Или нет?

– Она ответит, что поссорилась с мужем. И у нас не будет повода ей не верить.

– Но мы по крайней мере узнаем, кто она.

– Я бы малость за ней понаблюдал. Вдруг появится что интересное.

– А если она сбежит и мы вовсе ничего не узнаем?

– Ок. Пойдем поговорим с теткой. Но сначала заглянем в дом.

Я со вздохом поднялась, заходить внутрь упорно не хотелось.

– Давай я один пойду? – предложил Вадим, заметив мою маету.

Я покачала головой. Воин вошел в дом первым и поморщился.

– Воняет-то как.

Вскоре причина скверного запаха стала ясна. В просторной комнате, видимо, гостиной, царил полумрак. Но света, пробивавшегося между досок, которыми заколотили окна, было достаточно, чтобы разглядеть пентаграмму на полу. Судя по всему, использовали не краску, а настоящую кровь. В углу были свалены останки животных, собак и кошек.

– Твою мать… – матерился Вадим, разглядывая все это. – Сатанисты недоделанные…

– Думаешь, это наш Гоша?

– Ну, если у кого-то еще крышу не снесло, то, вероятно, он. Хотя обычно такой хренью коллективно занимаются. И что он тут, дьявола вызывал?

– Наверное.

– Неплохо, чтоб тот и в самом деле объявился и башку придурку откусил.

– Он всего лишь глупый мальчишка.

– Он взрослый парень и наверняка должен знать: мучить животных нехорошо.

Вадим двигался по кругу, успев заглянуть в соседние помещения: кухню и небольшую комнату, совершенно пустую.

– О чем задумалась? – приглядываясь ко мне, спросил он.

– О том, что так напугало нашу женщину в белом.

– А этого мало? Не все могут похвастать крепкими нервами.

– По-твоему, мне следовало рухнуть в обморок?

– Вот уж нет. Я не люблю лишние трудности.

– Что-то здесь не так, – пробормотала я, не найдя причины своего скверного состояния.

– Хочешь сказать, мы увидели не все? – нахмурился Вадим. – Что ж, давай как следует осмотримся.

Он направился к лестнице, а я обратила внимание еще на одну дверь, должно быть, она вела в кладовую.

– Посмотри, что там, – сказала я Вадиму, он кивнул, распахнул дверь и выругался сквозь зубы.

– Что? – испуганно спросила я.

– Тебе смотреть не стоит. Похоже, это наш пропавший Гоша. Висит уже давно и выглядит скверно.

Я решила последовать его совету и в кладовку не заглядывать. Находиться в доме было все труднее, мне не хватало воздуха, сердце билось где-то в горле. Но Вадим, судя по всему, намеревался осмотреть труп, а я не хотела оставлять его здесь одного.

– Вызвать полицию? – крикнула я.

– Придется.

Пока я звонила, он наконец покинул кладовку, и мы поспешили на улицу. Мне не терпелось оказаться от этого места как можно дальше, однако придется ждать полицию, а им потребуется время, чтобы добраться сюда. В общем, мы устроились на скамейке.

Вадим достал мобильный и позвонил Джокеру.

– У нас труп появился, – начал неторопливо, когда тот ответил. – Судя по всему, это Гоша Светлов. Хотя узнать его будет проблематично. То ли сам удавился, то ли помог кто. Возможно, пацан развлекался препарированием кошек и собак во славу нечистого, а тот решил, как видно, что пора им встретиться лично. – Тут Волошин повернулся ко мне, весело подмигнул и добавил: – Опять накаркал, как с сержантом.

– Вряд ли. Он там давно висит.

– Значит, нет в том моей вины? Мы ждем полицию, – продолжил он разговор с Джокером. – Не вижу смысла тебе приезжать. Нам им тоже сказать особо нечего. – Он убрал мобильный, достал из кармана джинсов фляжку и протянул мне: – Выпей. Чего-то ты слишком бледненькая.

Я сделала глоток и вернула фляжку, он отхлебнул немного, и теперь хмурился, глядя на дом.

– Не зря тебе домик не понравился. Сразу смерть почувствовала.

– Не смерть. Страдания. Я думала, это как-то связано с бывшими жильцами. Как видишь, мои ощущения грешат неточностями.