Дело разведенной кокетки - Эрл Стенли Гарднер

Голкомб со злостью произнес:

– Но он пробует убедить меня, что я не мог его увидеть.

– Все равно, личные выпады недопустимы, когда вы находитесьв суде, сержант. Вам следует ограничиваться ответами на вопросы. В противномслучае я буду вынужден оштрафовать вас. Вам понятно?

– Да, – понуро ответил тот.

– Значит, вы говорите, что тот человек, который стоял рядом,сделал фото, когда вы приехали? – спросил Мейсон.

– Да.

– Что вы тогда делали? Вы помните?

– Помню точно. Я наклонился и выключил зажигание и свет нараспределительном щитке, чтобы Гошен мог лучше видеть… то есть чтобы ему ничегоне светило в глаза, когда он смотрел в окно.

– Я покажу вам фотографию, сержант. Скажите, сделана ли онабыла фоторепортером, стоящим рядом с машиной? Как вы можете видеть, на нейрядом с вами сидит свидетель Гошен, а вы наклонились вперед…

– Это именно тот снимок, – подтвердил сержант Голкомб. – Онего сделал именно в этот момент.

– Вы только один раз наклонились? Тогда, когда выключализажигание и щиток?

– Да. Снимок сделал фотограф, который стоял около меня.

– Вспышки не ослепили вас?

– Нет. Глаза у меня хорошие. Я привык ездить на машиненочью, и свет фар мне не мешает. Я смотрел через свет и… Нет, сэр, свет вспышекмне совсем не мешал. Я видел все, что происходило.

– В это самое время, – сказал Мейсон, – перед машиной стоялдругой фотограф, который снимал через переднее стекло, не так ли?

– Да, но вам не удастся запутать меня, говоря, что вспышкинас ослепили, потому что это неправда.

– Нет-нет, – запротестовал Мейсон. – Я совсем так не говорю.Я пытаюсь только установить порядок, в котором были сделаны снимки. Тут естьеще один, показывающий, как вы наклонились вперед в машине. Он, должно быть,сделан перед тем, как фотограф слева сделал свой, или же немедленно послеэтого. Но этот сделан через переднее стекло.

– Да, – подтвердил сержант Голкомб, – это именно тот снимок.

– На этом снимке видны вы, свидетель Гошен и фотограф,который сделал первый снимок, слева. Верно?

– Да.

– Хорошо, – сказал Мейсон. – Отметим эти снимки какдоказательства защиты номер один и номер два.

Судейский чиновник отметил фотографии.

– В это самое время другие фотографы снимали человека,который выбежал из домика? – спросил Мейсон.

– Тогда вы еще не выбежали. Вы меня не поймаете, мистерМейсон. Когда я приехал, все фотографы окружили машину и делали фото. Блесквспышек обеспокоил вас, и тогда вы вышли, совершенно так же, как кролик,выскакивающий из укрытия. Увидев нас и фоторепортеров, вы повернулись и убежалив домик. Но прежде чем вы это сделали, у Гошена было достаточно времениопознать вас.

– Когда тот человек выбежал, фотографы сняли его?

– Да, они вас сняли.

– Он заслонил лицо шляпой?

– Да, вы заслонили свое лицо шляпой.

– А теперь я покажу вам фотографию, которую хочу отметитькак доказательство защиты номер три. На ней человек, выбегающий из домика изаслоняющий лицо шляпой.

– Да, это та самая фотография, – подтвердил сержант Голкомб.– Это очень хороший снимок. На нем видно, как вы бежите, закрывая лицо шляпой.

– Вот именно, – сказал Мейсон. – Это доказательство защитыномер три. Теперь я покажу вам для опознания доказательство защиты номерчетыре. Обратите внимание, сержант, на этом снимке бегущий мужчина виден немногосбоку. На пленку также попал фотограф, сделавший снимок номер три.

Голкомб присмотрелся к фотографии. Наконец сказал:

– Да. Мне кажется, эта фотография была сделана именно так.Да.

– Но видите, сержант, снимок номер четыре был сделан сбоку,и черты лица этого человека видны лучше, чем на снимке номер три.

– Да, лучше, – согласился Голкомб.

– Теперь я покажу вам фотографию, которая служитдоказательством номер пять. На ней видны бегущий человек, держащий перед лицомшляпу, и фотографы, сделавшие снимки три и четыре.

– Да, – механически подтвердил сержант Голкомб.

– Точно?

– Точно.

– Присмотритесь получше к этой фотографии. На ней хорошовиден профиль этого мужчины. Вы считаете, это мое изображение, сержант?

Сержант Голкомб схватил фотографию и сказал:

– Сейчас, я только возьму очки.

Он сунул руку в карман, надел очки и начал присматриваться кфотографии. Через минуту произнес:

– Нет, это не вы. Это опять какое-то мошенничество. Этодругой мужчина.

– Вот именно, – подтвердил Мейсон. – Если вы теперьпосмотрите на фотографию номер два и на человека, стоящего рядом с вашеймашиной, того, кто сделал снимок номер один в тот момент, когда вы наклонилисьвперед, вы сможете узнать этого человека?

– Минутку, минутку, – вмешался Гамильтон Бергер, – я хочупосмотреть эти фотографии. Что тут происходит?

– Пожалуйста, подойдите и посмотрите, – пригласил Мейсон.

Сержант Голкомб, внимательно разглядывавший фотографии,внезапно отозвался:

– Тут что-то не сходится. Это фальшивая фотография.

Мейсон усмехнулся:

– Почему вы так считаете, сержант?

– Потому что было не так. Это еще одно ваше мошенничество.

– Лучше воздержитесь от оскорблений, сержант, – предостерегего Мейсон. – В этом зале есть шесть заслуживающих доверие свидетелей, которыемогут показать, что происходило в «Слипвелл». Вы видите на этой фотографиичто-нибудь, что доказывало бы ее фальшивость?

– Я не настолько знаю фотографию, чтобы сказать что-либо обэтом, – ответил Голкомб.

– Так почему же вы считаете ее фальшивой?

– Потому что было не так.

– Было именно так. А теперь я хотел бы вам напомнить,сержант, что вы даете показания под присягой. Когда вы подъехали к этому дому,вас окружили фоторепортеры и стали фотографировать. Было ведь так?

– Я уже говорил вам, что так.

– Помните о присяге, сержант. Не получилось ли, что вспышкиослепили вас и вы какое-то время не видели того, что происходило около машины втемноте?

– Я говорю вам, что не смотрел по сторонам. Я смотрел надомик, потому что как раз двери открылись и… и…