Шах и мат - Марк Максим

– Мисс еще спит, – сказала Эстер.

– Я подожду, – коротко сказал неизвестный джентльмен.

– Она вряд ли встанет раньше двух часов дня, мисс легла очень поздно…

– Я подожду.

Горничная Эстер окинула взглядом этого странного человека. С минуту она колебалась:

– Может быть… разбудить мисс, если это очень срочно…

– Нет, не нужно, я подожду.

Неизвестный джентльмен уселся в мягком кресле и развернул «Дейли ньюс». В течение часа горничная Эстер пять раз заглядывала в комнату и видела неизвестного джентльмена, сидящего в том же положении, с газетой в руках. На его лице не отражалось никакого нетерпения: это было невозмутимое, гладкое, выбритое лицо корректного человека.

Мисс Эллен Старк проснулась на своей широкой, мягкой, убранной кружевами постели и сладко потянулась. Вторым ее жестом было прикоснуться к кнопке звонка: горничная Эстер явилась сейчас, и блаженное состояние мисс Эллен было нарушено:

– Вас ждет джентльмен.

– Кто?

– Не знаю, мисс… Он справлялся о мисс еще на пристани…

Легкая складка появилась на безукоризненном чистом лбу мисс Эллен.

– Джентльмен ждет уже два часа, – сообщила Эстер. Один час она прибавила, руководимая чувством художественной меры.

Мисс Эллен Старк не любила ранних гостей. Но профессия танцовщицы имеет свои неудобства: импресарио – занятые люди и час дня для них не раннее время…

Мисс Эллен сказала:

– Пеньюар и приготовьте ванну…

Через двадцать минут горничная Эстер сообщила неизвестному джентльмену:

– Мисс Эллен ждет вас, сэр, за завтраком…

Неизвестный джентльмен медленно поднялся, аккуратно сложил газету и направился в столовую, предводимый горничной Эстер. Он появился в дверях столовой, мисс Эллен подняла глаза с любезной улыбкой, но приветствие застыло на ее губах…

Затем горничная Эстер стала свидетельницей странной и тяжелой сцены: мисс Эллен Старк, прославленная танцовщица мюзик-холлов всей Европы, смертельно побледнела, наклонилась вправо и упала в обмороке со стула, на котором она сидела, на пол, покрытый толстым ковром.

Через несколько минут, приведенная в чувство при помощи горничной Эстер и средств домашней аптечки, мисс Эллен, лежа на диване, слабым голосом сказала:

– Оставьте нас, Эстер.

Горничная Эстер удалилась, терзаемая пыткой женского любопытства. Эту пытку она постаралась утолить, прильнув к замочной скважине, но ее нос чуть не был разбит: неизвестный джентльмен порывисто открыл дверь и сказал спокойным и холодным голосом:

– Со своим носом надо обращаться бережней… На сегодня вы свободны: мисс Эллен хорошо чувствует себя.

Он вернулся в комнату, старательно прикрыв за собой дверь…

Горничная Эстер вернулась домой в десять часов вечера. Странный гость, так неприятно подействовавший на мисс Эллен, еще находился в квартире. Эстер справилась, не нужна ли она, и получила от гостя немедленный ответ:

– Очень. Мисс Эллен сильно устала. Вы закроете за мной дверь и поможете ей лечь спать.

Затем он удалился спокойной медленной походкой. Горничная Эстер приступила к своим обязанностям: она приготовила ванну, постель, ночной пеньюар, все, что нужно было избалованной танцовщице. Затем сообщила:

– Готово, мисс…

Мисс Эллен, не проронив ни одного звука, последовала за горничной в спальню. Также молча она разделась, приняла ванну и легла в постель. Эстер, привыкшая к вечерним беседам, была потрясена необычайной молчаливостью мисс Эллен, но не осмелилась задать ей ни одного вопроса. Улегшись, мисс Эллен молча махнула рукой. Горничная Эстер так же молча потушила свет и бесшумно удалилась из спальни.

В своей комнате, обсуждая подробности этого странного визита, продолжавшегося девять часов и подействовавшего так катастрофически на мисс Эллен, горничная Эстер ударила рукой по спинке кровати и сказала самой себе:

– Клянусь Фредом, здесь не любовная история…

Любовных историй горничная Эстер за время своей службы у мисс Эллен видела много и еще больше читала о них в дешевой библиотеке, руководимой очень крупными литературными силами Британии с единственной целью дать широкой читательской массе вполне доброкачественный материал для чтения и отвлечь их от вредного направления мыслей, в частности, о коммунизме и связанных с ним крайне неприятных для руководителей издательства вопросов.

– Клянусь Фредом, здесь не любовная история, – повторила Эстер.

Она попробовала угадать: может быть, кредитор? Но дела мисс Эллен были достаточно хороши… Муж, вернувшийся из долголетнего отсутствия? Но у мисс Эллен не было мужа: история с лордом Вельсом-младшим хорошо была известна Эстер… Тогда что же?

Эстер решила рассказать все это Фреду:

– Он умный и все разгадает. Недаром он почти коммунист…

Эстер знала, что такое коммунизм: ее карьера началась в семье докера, и Эстер получала от Фреда коммунистическую газету. То, что она служила горничной у танцовщицы, помогло ей разобраться во многом…

Эстер трижды подходила к дверям спальни мисс Эллен, терзаемая беспокойством и любопытством, и трижды была поражена: мисс Эллен не спала, она несколько раз вставала, ходила по комнате из угла в угол.

«Как политический деятель», – подумала изумленная Эстер.

Из романов ей было известно, что политические деятели ходят всю ночь напролет:

«Он всю ночь шагал по комнате из угла в угол», – вспомнила Эстер фразу из популярного романа.

То, что мисс Эллен стала походить на политического деятеля, повергло Эстер в ужас…

В четыре часа ночи, прильнув к замочной скважине, она услышала сказанные мисс Эллен хрипло, надтреснутым голосом слова:

– Я погибла…

Затем Эстер услышала стон. Мисс Эллен, очевидно, снова легла в постель: наступило молчание…

Горничная Эстер не спала всю ночь, обуреваемая самыми разнообразными ощущениями. Утром она была вызвана звонком мисс Эллен в девять часов, что также было необычно: мисс Эллен не вставала раньше часу дня.

Обе они, мисс Эллен и Эстер, были бледны после бессонной ночи.

– Ванну и одеваться, – сказала мисс Эллен негромким и совершенно чужим голосом.