Холодный ветер - Пейдж Шелтон

– Просто ужас, – сказала Эллен.

Мы с Виолой снова переглянулись. Похоже, она заметила то же, что и я.

– Виола, а когда точно это было? – спросила я. – Ты помнишь?

– Шесть лет назад, в июле. – Обе мы смотрели на Текса. – Девочкам тогда было около двух лет. Теперь им было бы восемь.

Шею Текса я не видела, но по движению бороды мне показалось, что он нервно сглотнул.

– Ужасно, – повторил он.

– Вы ничего об этом не знаете? – спросила Виола.

– Ничего.

Уперев руки в бедра, Виола шагнула к Тексу. Она, конечно, большая женщина, но он был еще больше.

– Текс, я обязана вас спросить, это ваши родные дочки?

– Да, Виола, мои.

– А мама кто?

– Она у нас не задержалась.

– Белая?

К чести Текса надо сказать, что если его и оскорбили вопросы Виолы, он этого не показал. Не сомневаюсь, что он слышал их раньше и точно так же игнорировал.

Из пещеры вышли Грил с Доннером, несшие сумки с собранными вещдоками.

– Текс, – начал Грил, – мне нужно, чтобы вы поехали со мной, хорошо?

Взгляд Текса был тверже стали.

– Это зачем?

– Есть пара вопросов.

Текс поколебался.

– Если нужно общаться с полицией, я должен сначала связаться с представителем племени.

– Как вам будет угодно.

– О чем вопросы?

– Мы нашли в пещере разные штуки, о которых нужно с вами поговорить.

– Что?

– Давайте вы позвоните вашему представителю, и пусть он нас встретит у меня в офисе, в Бенедикте. Адрес дать? А вы сейчас поедете со мной.

Текс поколебался, затем ответил:

– Они его сами найдут.

– Виола, твой пикап на ходу? – спросил Грил.

– Думаю, да.

– Езжайте в Бенедикт на машине Бет. Доннер возьмет твой пикап, а Текс поедет со мной. Мы сообщим представителю Текса, что его пикап остался здесь.

– Я арестован? – спросил Текс.

– Пока что нет.

В лесу телефон не ловил сеть. По крайней мере дозвониться до представителя не удалось. Грил посадил Текса в свой пикап и предложил сначала заехать в Брайн. Доннер взял пикап Виолы и поехал сразу в Бенедикт. Пикап Текса поставили на обочине дороги – ну, в том месте, которое могло сойти за обочину.

Наконец мы с Виолой и Эллен снова впихнулись в мою машину.

Мы долго молчали.

– Текс что-нибудь говорил, пока мы были в пещере? – спросила я Эллен. – Может, нервничал?

– Нет. Почти ничего не сказал, да и мне не очень хотелось разговаривать. В основном молчали. Показалось, что в лесу что-то было, и я заволновалась, вдруг это медведь или еще что. Текс посмотрел и сказал, что это, скорее всего, траппер проверяет капканы.

– А почему ты решила, что это медведь?

– Выглядело похоже. Вроде бы. – Эллен пожала плечами. Она сидела между нами, и было видно, что она все время ерзает, чтобы избежать уколов пружин.

– Он был далеко?

– А? В смысле как далеко в лесу?

– Да.

– Сложно сказать. Может, примерно в половине футбольного поля.

– В какую сторону?

– Вон в ту, – показала Эллен.

Там была дорога к дому Лейна.

– Я поеду в другую сторону, – сказала я, повернув пикап.

– Зачем? – спросила Виола.

– Хочу проверить, не шпионит ли кто за нами.

– Что?

– Просто догадка.

– Бет, это наверняка был траппер. Они здесь попадаются, – сказала Виола.

– Разве сейчас сезон?

– Не знаю. Но капканы здесь ставят и не в сезон. Никто особо не следит.

Хоть оползень и «открыл» дорогу, ехать было очень трудно. Но я не сдавалась.

Мы тряслись на неровной поверхности. Паршивенькая поездка. Наконец я остановилась, и мы все уставились в сторону леса.

– Что-нибудь видите? – громко сказала Виола.

– Ничего похожего на человека в медвежьем пальто, – ответила Эллен.

– Когда медведи впадают в спячку? – спросила я.

– По-разному, – ответила Виола. – Во-первых, спят не все. Если пищу легко добыть, в спячке нет надобности. Беременные самки все равно залягут, но не каждый самец. Дальше к северу в спячку залегают чаще, а здесь медведям это не так нужно. С другой стороны, если зима ранняя, больше шансов, что медведи залягут. В общем, наверняка сказать сложно.

Мы не видели ни животных, ни людей в звериных шкурах. Ничего, кроме снежного леса. В другое время и с дорогой полегче я бы сказала, что вокруг просто красиво.

– Держитесь – нужно перебраться через реку, – сказала я, ставя ногу на педаль газа.

– Чего? – сказала Эллен. – Звучит не очень благоразумно.

– Слышала, здесь мелкое место. Правда, Виола?

– Давненько это было. Но рискнуть стоит. Я скажу, если будет пора развернуться.

– Обалдеть, – сказала Эллен.

Спустя несколько долго тянувшихся, полных тряски минут мы доехали до реки и мелководья. Вода стояла низко, а каменистое русло было высокое; получалось нечто вроде бугорка, через который вода переливалась неторопливой струйкой. Похоже, здесь можно было переехать – да и пешком перейти было бы нетрудно.

– Мы не застрянем? – осведомилась я у Виолы.

– Не думаю, но есть только один способ узнать наверняка. Держись покрепче и вперед.

– Погодите! Может, мне выйти и посмотреть? – сказала Эллен.

– Не нужно, просто крепко держись, – ответила я.

Мы проехали полпути, и тогда шины начали скользить. Эллен и Виола молча ждали. Очень плавно я нажала на газ, и, двигаясь дюйм за дюймом – казалось, время остановилось, – мы доползли до той стороны.

– Отлично, – заметила Виола.

– Ух, вот это было нечто, – выдохнула Эллен со смешком.

– А теперь куда? – спросила Виола.

– Сейчас погляжу, а вдруг…

Дорога сделала крутой поворот, и мы оказались там, где я и думала. У дома Лейна.

Я снова затормозила.

– Быстро мы.

– Что?

– Мы доехали сюда за десять минут, даже с учетом переправы. Как это вообще возможно? – Я огляделась, пытаясь прикинуть расстояние.

– Просто короткий путь, – откликнулась Виола.

– Почему тогда эти дороги не заасфальтировали?

– Я не строитель, Бет. Думаю, что здесь опасная зона из-за вероятных оползней. И река может выйти из берегов. Точно не знаю.

– Лейн годами здесь скрывался. Теперь он на виду.

– Случается.

– Пойдешь со мной? Сделай так, чтобы он заметил у тебя пистолет.

– Конечно, почему нет.

– Обалдеть, – снова сказала Эллен. – Пожалуй, я посижу в машине.

– Я оставлю ключи, – ответила я.

Я подъехала к дому спереди, и мы с Виолой вышли из пикапа.

– Бет, что вообще происходит? – спросила она.

Я провела ее мимо ямы в земле, и мы переступили через ясно видимую