Вы считаете это игрой? - Борис Бабкин

— Да поймите же вы, — Георгий перевел взгляд на Морпеха, — кое-кто уже знает о наших делах, и это плохо, а то, что он хочет нанять нас — вдвойне.

— А выбора нет, Жора, — сказал Рудольф. — Если мы откажемся, трое родителей напишут заявления. Точнее, двое. А менты объявят о задержании похитителей детей, да и остальные тоже напишут. Восемь эпизодов. И что тогда? А так мы получим как всегда, выполним ту же работу, и все. Нам заплатят. Он не сможет нас шантажировать, потому что сам в случае нашего ареста пойдет соучастником. А ты чего молчишь? — спросил он Морпеха.

— Не нравится мне это, — ответил тот. — Действительно, вроде как нанимают нас. Хотя, если он настучит ментам, нам хана. А откуда ты его знаешь? — спросил он Инну.

— Не она, — сказала Ирина, — я знаю. Мы начали с его подсказки. А потом появился Жора.

— Но кто он такой? — спросил Морпех.

— Мой дядя. Он всегда восхищался Гошкой, и уверяю вас — дело точно такое же, как и всегда. Но после того как мы получим выкуп и вернем ребенка, нам дадут по пять тысяч евро каждому с условием, что мы забудем об этом. И еще за то, что вы не будете с ним встречаться. Я должна была предложить это дело, не говоря о дяде, но я не хочу вас обманывать. Мы же команда.

— Что мы теряем? — спросила Даша. — Это просто наводка. И получим премиальные.

— Кто родители ребенка? — спросил Ирину Георгий.

— Мама и бабушка, — ответила она. — Мама из новых русских, бабушка — вдова офицера. Место работы — Сестрорецк.

— Кто же это его? — пробормотал мужчина в штатском. — Свидетели есть?

— Да человек десять, товарищ майор, — ответил старший сержант ДПС. — Он припарковал машину, пошел к кафе и упал. Подбежали, а у него висок прострелен. Выстрела никто не слышал. Снайпер, наверное.

— А зачем он сюда приехал? — задумчиво спросил майор. — Значит, он отсюда шел. — Он посмотрел на «опель-кадет». — В правый висок. Выходит, снайпер стрелял из этого здания. Что там находится? — спросил он у милиционера.

— Гостиница, она еще месяца не работает. Место спокойное, ни разу не вызывали.

— Лутин, — направляясь к гостинице, сказал в сотовый майор. — Давай к гостинице напротив кафе «Шторм».

— Буду через пять минут, — отозвался мужчина. — Жена полковника Уварова говорит, что у мужа была там назначена встреча. Кстати, это записано на его настольном календаре.

— Приезжай, вполне можем получить описание снайпера.

В комнату вошел молодой худощавый мужчина в очках, положил на стол дипломат и открыл его. Там лежали пачки долларов и бутылка коньяка.

— Отлично, мой любимый, — улыбнулся мужчина. — Вечером заедет Людка, и отправимся осматривать Санкт-Петербург! — Открывая коньяк, он рассмеялся. — Хотя надо ехать днем. — Прозвучал вызов сотового. Он посмотрел на номер звонившего. — Людмилка.

— Ты еще здесь? — спросил у Валерьяна Андрей. — Ведь я говорил, что ты должен ехать в Сестрорецк! А ты какого…

— Вот что я хотел спросить — Монгол твой человек?

— А что?

— Я разговаривал с одним своим знакомым, он сообщил, что Шайтан, начальник службы безопасности…

— Короче!

— В Москве появился какой-то приятель Дорофеева, к нему должен приехать Монгол.

Бошко рассмеялся.

— Монгол! — крикнул он. — Дуй сюда! — В комнату вошел узкоглазый парень. Ты в столицу не собираешься? — посмеиваясь, спросил Андрей.

— А надо? — фыркнул тот.

— Монгол Дорофеева не твой родственник?

— У какого Дорофеева?

— А ты говорил, он в Москву к приятелю Дорофеева поедет! — рассмеялся Андрей. — Ты почему не в Сестрорецке?

— Дорофееву ищет мой знакомый, — ответил Валерьян. — И уже есть наводка. Как только что-то выяснится, я сразу же поеду туда.

— Ты поедешь сейчас, — сказал Андрей. — Сегодня, и чем скорее ты это сделаешь, тем будет лучше для тебя.

— Послушай, Андрей, — вздохнул Валерьян. — Если бы не я, ты вообще ничего не знал бы об этом. И вот что я тебе скажу: мне кажется, ты используешь меня, а когда все получится, ты меня бросишь, может, даже убьешь. Зачем оставлять обиженного тобой человека, который много о тебе знает?.. Но помни, Атаман, если со мной что-то случится, тебе конец. Все твои операции…

Сильный удар ногой в живот сложил его пополам. Андрей рубанул ребром ладони по шее падающего Валерьяна.

— Ты меня пугать вздумал? — Андрей ударил Валерьяна ногой. — Где у тебя собранный компромат? Что у тебя есть и где?

Валерьян, учащенно дыша, что-то прошептал.

— Громче, сука! — рявкнул Андрей. — Говори! — Он надавил коленом на шею Валерьяна.

— Атаман, — буркнул Монгол, — он готов. Глаза навыкате, и не моргает.

— Что?! — не поверил Андрей и положил Валерьяна на спину. — Сука! — плюнул он на застывшее лицо адвоката. — Сучара ты поганая! — Он встал и несколько раз с силой пнул мертвого. — Похоже, ничего не выйдет. Но я ее, сучку, порву!.. Короче, вот что — найдите ее и пацаненка возьмите. А уж тогда я побазарю и с ней, и с ее гребаным папашей.

— Дорофеев вот-вот крякнет, — сообщил, войдя в комнату, Гетман. — Он не жилец.

— А ты откуда знаешь? — спросил Андрей.

— Ему кто-то звонил из Минска. — Гетман кивнул на труп Пустовина. — И просили передать, что…

— В натуре, значит…

— Ты, как всегда, торопишься, — сказал Гетман. — Кстати, Качок тоже труп. И Пуля получил пулю. Кто-то начал мочить наших. Похоже, эту чуву защищают, но не люди Дорофеева. Звонил Перов и сказал, что из Москвы просят найти Евгению Дорофееву. Пока по-дружески какой-то начальник попросил. Так что это не люди ее папаши…

— Она в Сестрорецке, — уверенно заявил Андрей. — Сто пудов — там. Кажется, кому-то еще она нужна. Подругу ее с мужем замочили, чтобы не вышли на нее. И ту соседку, которая вякала про…

— Что думаешь делать?

— Если Дорофеев вот-вот крякнет, то надо попробовать по плану Валерьянки действовать. Слабак, сука! — Он взглянул на труп. — Не думал я…

— Что с ним делать? — спросил Монгол.

— Первый, что ли? — усмехнулся Андрей.

— Так что там с Сестрорецком? — спросил Гетман. — Работаем?

— Да. Счеты с этой сучкой сведу, и другим облом будет.

— А он говорил, что неплохо было бы объединиться с Вороной. Или за его спиной с Костей Опариным, он пахан пацаненка…

— А какого хрена ты не говорил мне об этом?

— Я думал, он тебе скажет. — Гетман кивнул на труп.

— А как он хотел это сделать?

— Он с кем-то базарил, но с кем, без понятия.