Вы считаете это игрой? - Борис Бабкин

— Дениса на улицу пускать нельзя, — сказала Женя.

— Перестань, Женя. Просто надо объяснить мальчику, что может подойти плохой дядя и сказать, что он его папа, но это неправда, у него был папа, который погиб на войне. А прятать мальчика не нужно.

— Вот это начало для бразильского сериала, — сказал Георгий. — Отец появился, дед у мальчика, судя по всему, не бедный. Павловская вела себя правильно, но вот насчет объяснения мальчишке — перебор. Пацаненку всего шесть, и он не поймет, почему папа погиб, но к нему может подойти другой папа. Куда они едут? — спросил он в сотовый.

— В Питер, — ответил Шумахер. — Как только они отъехали, к ним присоединились еще две тачки с крепкими молодчиками. Чувствуется, та еще гоп-компания.

— Позвони Рудику, пусть примет их у города и проводит до места. Я хочу знать, от кого эти люди.

— Понял. Я за ними долго не пойду, срисуют.

— Правильно решил.

— Нам, кажется, здесь ловить нечего, — сказала Даша.

— Почему же? — повернувшись, посмотрел на нее Георгий. — Наоборот! Я горю желанием сыграть в киднепинг.

— Ты думаешь, о чем говоришь? — сердито спросила Кэт.

— Тем интереснее, — засмеялся сидящий впереди Морпех. — Давно мечтал схлестнуться с молодцами из мафии. Они в самом деле такие крутые или просто…

— Надеюсь, до контакта с ними дело не дойдет, — перебил Георгий. — Но жизнь мы им попортим. Сходите, спросите, где здесь поблизости пляж, — сказал он женщинам.

— Ты чего? — в один голос спросили они. — Куда?

— Видите, там машина? Стояла недалеко от дома, когда подъехали эти. Нашу остановку надо как-то объяснить. И к тому же они могли видеть, как туда идет Морпех. Так что выйдите из машины и наезжайте на него, мол, пить меньше надо, если пляж узнать не мог.

— Вы куда звонили? — спросила, войдя в комнату, заплаканная Женя.

— Своему знакомому, — ответила Валентина Анатольевна. — Машина из Санкт-Петербурга, и я хочу знать, кому она принадлежит. Очень надеюсь, что какому-нибудь криминальному авторитету. Тогда полковник Чернов сделает все, чтобы они больше здесь не показывались.

— А до них парень подходил, спрашивал, где тут пляж поблизости, и воды просил.

— Наверное, от них.

— Да нет, вот та машина. — Она подошла к окну. — Две женщины ругают этого мужика. — Услышав: «Узнать не мог! У тебя одно на уме», она улыбнулась.

— А ничего девочки, — усмехнулся Гетман. — Может…

— Нам дело делать надо, — зло остановил его Андрей. — Поехали, а то и нас срисуют. Вечерком или завтра нарисуемся.

— Интересно, где киндер? — спросил Гетман. — Нам ведь он нужен.

— Мне — она, — пробурчал Андрей.

— Подожди, Атаман, давай расставим точки над i. Мы начали это для того, чтобы получить пару лимонов. Например, я согласился для этого, и парни тоже, а не для того, чтобы ты расчет со шкурой произвел.

— Заткнись! — заорал Андрей. — Иначе я тебя кончу.

— Не надо, Атаман, — водитель приставил ему к виску пистолет. — Ты уже и так косяк спорол — замочил Валерьянку, а у него план был.

— В натуре, Атаман, — сказал Валет, — не гони пургу. Мы бабки будем зарабатывать, а не со шкурой счеты сводить. Если уж не терпится, ты же видел Опарина, вот с него и получи. Я помню, базар был, что она не хотела быть твоей…

— Вы, суки, приборзели, — процедил Атаман, — расчувствовались. Вы же без меня только и могли, что с ларьков…

— Закрой рот, — посоветовал Гетман. — Мы с тобой были из-за памяти о твоем батьке. А тебе ничего не стоит убрать любого. Насчет бабок вообще молчу. В общем, давай по-хорошему — ты попробуешь побазарить с Дорофеевой, как Валерьянка советовал, о любви. Если так, то работаем. А нет, отвали, и если попытаешься что-то с ней сделать, на куски порежем. Понял?

— Похоже, выбора у меня нет, — процедил Андрей. — А вот за бабки ты зря на меня бочку накатил.

— Поехали, — кивнул Гетман.

«В лидеры вышел, сука, — подумал Андрей. — Хрен ты угадал, падаль. В Питере я с тобой и твоими шестерками разберусь».

— Они напуганы, — садясь в машину, проговорила Кэт. — Дверь не открывали, но все-таки объяснили…

— Молодая плачет, — сообщила Даша.

— А пацаненка видели? — спросил Дмитрий.

— Нет.

— Значит, сильно напуганы, — сказал Георгий. — Обычно дети на звонок обязательно выходят. Придется отложить игру.

— Подожди, батя, — сказал Дмитрий Дымов. — Получается, ты сдал Дорофееву. Ты чего, батя? Неужели не понял, что ищет ее кто-то не для того, чтобы букет подарить.

— Да погоди ты, — недовольно произнес отец. — Ведь Чернов все-таки полковник.

— Но Дорофеева не в розыске.

— Значит, ее ищет кто-то из криминала. Ты же сам говорил.

— Говорил, да тут Чернов попросил помочь. Ну, я и сказал, что живет такая в…

— Ох, отец, поеду я к ней.

— Я с тобой.

Санкт-Петербург

— Ты чего, мальчик? — спросила средних лет женщина в форме служащей отеля.

— Папа с мамой не дышат, — ответил белокурый мальчик лет пяти. — Лежат на полу и не дышат. Я их звал, звал, а они лежат и не шевелятся. На полу спят.

— Пойдем-ка посмотрим. — Дежурная взяла его за руку.

— Да, — усмехнулся Воронин, — неласково она тебя приняла. А бабе этой и полковник по фигу. Похоже, непросто будет.

— А чего еще ожидать от молодой женщины, — проговорил Иннокентий, — которая шесть лет тянет на себе все. Перед ней я снимаю шляпу. Жить так, как жила она, потом совершить поступок, который нельзя назвать иначе, чем нанесение чувствительного удара Атаману, и дать по носу своему отцу, и Тарасу Бошко, для этого нужно быть мужественным человеком.

— Подожди, ты жалеешь ее?

— Именно так. Поэтому и хочу, чтобы у нее был муж, отец ребенка, и она не напрягалась бы, как ей распорядиться состоянием папы.

Воронин рассмеялся. Опарин поморщился.

— Может, она и права, — сказал он. — Но мне нужно хотя бы увидеть пацаненка. Раньше по хрену было, наоборот, а сейчас что-то…

— Ты стал свою вину ощущать, — проговорил Воронин. — А это даже лучше. Бабы чувствительны к раскаянию. Так и держать. Ты к Лизке сходи, она просила.

— На сегодня до свидания. — Опарин вышел.

— Не нравится мне его настроение, — заметил Луконин.

— Мне тоже. Но без него ничего не получится. И так тяжело будет, а без него… Правда, Чернов испугался. Не ожидал он такого отпора. Сучка! — плюнул Воронин. — Похоже, ее придется убирать.