«Меридиан» и другие пьесы - Ян Солович

Ц и р о. Мне не привыкать.

Г а ч и к. А что, Радо уже спит? Когда же он вернулся?

Ц и р о. Когда? Не знаю… Я уже спал.

Г а ч и к. Значит, начнем завтра с утра. Как условились.

Ц и р о. Пожалуйста… Может, нам лучше выйти на кухню и там поговорить?

Г а ч и к. Нет, нет. Рядом с кухней спят теща и Милицка. У них очень чуткий сон, а наш разговор не для их ушей.

Ц и р о. Говорите тише и погасите фонарик.

Г а ч и к. Спокойно, Цирилка. Не бойся.

Ц и р о. Я? Я спокоен.

Г а ч и к. Почему же ты трясешься?

Ц и р о. Это вам кажется.

Г а ч и к. Тогда — ближе к делу.

Явление третье

Те же, К а ч к о в а  и  Г а ч и к о в а

К а ч к о в а (появляется в дверях). Милицка!

Г а ч и к (удивленно смотрит на тещу). Что?

К а ч к о в а. О боже… Кто здесь?

Г а ч и к. Спокойно. Это я…

К а ч к о в а. Доминик? А где девочка?

Г а ч и к. Какая девочка?

К а ч к о в а. Твоя дочь…

Г а ч и к. Она же спит.

К а ч к о в а. Где? В кровати ее нет.

Г а ч и к. Не может быть.

К а ч к о в а. Боже праведный. Чуяло мое сердце. Убежала… С моряком.

Г а ч и к. Это тебе померещилось… со сна.

К а ч к о в а. Померещилось?! Мне никогда ничего не мерещится! Кровать-то пустая!

Г а ч и к. Но… этого не может быть. (Идет к дверям вслед за Качковой.)

М и л и ц к а (высовываясь из-под одеяла). Что делать? Ну мы и влипли!

Ц и р о. Лежи!.. Не высовывайся! (Накрывает ее еще и своим одеялом.)

Г а ч и к (возвращается взволнованный). Цирилка! А ты?.. Ты не заметил? Ведь она должна была пройти мимо тебя.

Ц и р о. Я… Я крепко спал, пан Гачик.

К а ч к о в а (открывает дверь в спальню супругов). Ангелика! Вставай!

Г а ч и к. Спокойно. Без паники. У нее слабое сердце. Как бы с ней чего… Нам только этого не хватало.

Г а ч и к о в а (испуганно вбегает в комнату). Что? Обокрал?

К а ч к о в а. Вот они — результаты твоего воспитания! Чуяло мое сердце.

Г а ч и к о в а. Что пропало? Деньги?

К а ч к о в а. Милицка! Девочка наша пропала! У нее еще молоко на губах не обсохло, а она уже с матросами переписывается.

Г а ч и к о в а. Милицка?! Доминик! Не стой здесь.

Г а ч и к. А где же мне стоять?

К а ч к о в а. Он еще спрашивает! А ну поднимайтесь!.. Все! Радо! Вставай! Твою сестру могут изнасиловать. (Энергично сдергивает одеяло с Милицки.)

Пауза.

М и л и ц к а. Меня… Ничего со мной…

Г а ч и к о в а. Что это значит? Доминик! Воды!

Г а ч и к. Валерьянку…

К а ч к о в а. И неотложку.

Г а ч и к. Милицка. Золотко мое. Что это значит?

М и л и ц к а. Ничего. Абсолютно ничего.

Г а ч и к. Как это ничего? Куда ты улеглась!

Г а ч и к о в а. В собственном доме! На диване! И с правонарушителем!

Г а ч и к. Да… Ситуация…

К а ч к о в а. Страшная!

Г а ч и к. Не страшная, а просто совершенно особая!

Г а ч и к о в а. Скандальная.

Г а ч и к. Ангелика! Тебе плохо?

М и л и ц к а. Я принесу тебе воды.

Г а ч и к о в а (кричит). Ни с места! Я хочу знать, что у вас тут было.

Ц и р о. Если вы думаете, что мы…

Г а ч и к о в а. Я мать, и я должна все знать.

Ц и р о. Так ничего же… Может быть, мы начнем, пан Гачик?

Г а ч и к. Одно с другим не путай!

Г а ч и к о в а. Если я не сойду с ума сейчас, то уже никогда не сойду. Доминик, неужели ты знал об этом?

Г а ч и к (Милицке). Можешь нам объяснить, что ты здесь делала?

М и л и ц к а. Пожалуйста. Я пришла попросить его, чтобы он меня разбудил, если услышит, что на улице три раза прогудели.

Г а ч и к о в а. Прогудели? Ты мне язык не заговаривай.

Г а ч и к. Успокойся.

Г а ч и к о в а. Чего ты меня успокаиваешь? Думаешь, я поверю ее выдумкам?! Да они же белыми нитками шиты!

М и л и ц к а. Это не выдумки, а правда.

Ц и р о. И ничего невероятного в этом нет.

М и л и ц к а. Что факт, то факт.

К а ч к о в а. В годы моей юности такие вещи назывались по-другому…

Г а ч и к о в а. Я тебе покажу «факт». Факт — это то, что мы застали вас вместе.

Ц и р о. Я лежу там, куда вы меня сами положили.

Г а ч и к о в а. Замолчи, хулиган! Ни слова больше!

Ц и р о. Раз такое дело, пожалуйста.

М и л и ц к а. Он тут ни при чем.

Ц и р о. И она… Она тоже не виновата.

Г а ч и к о в а (мужу). Ты слышишь? Вот их понятие о морали! Еще кончится тем, что они нас же обвинят, что мы их накрыли в нашей собственной квартире!

Г а ч и к. Ангелика… Ты просто разнервничалась… Ничего такого не могло случиться.

М и л и ц к а. И не случилось.

Г а ч и к о в а. Молчать!.. Молчать!..

Ц и р о. Конечно… Молчание — знак согласия. Но с чем мы должны согласиться? С тем, что вы тут навыдумывали, хотя ничего и не произошло?

Г а ч и к о в а. Доминик… Попроси его помолчать!

Ц и р о. Как знаете… но только это нечестно.

М и л и ц к а (обращаясь к Циро). А ты мне еще не верил, когда я говорила, что у нас в семье ни с кем невозможно поговорить нормально.

Г а ч и к. Почему невозможно? Давайте поговорим!

Г а ч и к о в а. О чем? О чем ты собираешься разговаривать с пятнадцатилетней дочерью, которую застал в кровати с парнем… От такого шока можно на всю жизнь больной остаться.

Ц и р о. Боюсь, что настоящий шок у вас еще впереди, пани Гачикова.

Г а ч и к о в а. Замолчи! Не думай, что если ты сын ответственных работников, то тебе все прощается…

Г а ч и к. Где Радо?

Г а ч и к о в а. Где? На баскетболе. Их команда готовится к первенству. Тебе бы следовало это знать в первую очередь… Ты все же отец!

Ц и р о. Может быть, сходить за ним?

Г а ч и к о в а. Спать… Сейчас все пойдут спать.

К а ч к о в а. А утром на свежую голову решим…

Г а ч и к о в а (Милицке). Ты пойдешь со мной. И с этой минуты будешь спать около меня.

М и л и ц к а. А как же папа?

Г а ч и к о в а. Мне с ним ночью не о чем разговаривать.

Женщины уходят.

Г а ч и к (после паузы). Надеюсь, Цирилка, ты ее понимаешь. Она — мать. Когда у тебя будут собственные дети, ты ее еще вспомнишь. И однажды поймешь, откуда берутся нервы и что это вообще такое.

Ц и р о. Надеюсь.

Г а ч и к. Спокойной ночи.

Ц и р о. Подождите, пан Гачик.

Г а ч и к. Что еще?

Ц и р о. Уже идет.

Г а ч и к. Кто?

Циро показывает на дверь, за которой раздаются шаги. Гачик быстро гасит свет и прячется у окна за штору.

Явление четвертое

Ц и р о  и  Р а д о

Р а д о  открывает дверь, осторожно снимает ботинки, делает несколько шагов по комнате и, привыкнув к темноте, замечает, что на раздвинутом диване кто-то лежит. Он удивленно останавливается, потом идет к дверям родительской спальни и только тут понимает, что уже далеко за полночь. Затем он вспоминает, что Милицка ждала вечером гостя. Улыбаясь, он начинает раздеваться. Подойдя к дивану, склоняется над спящим Циро.

Р а д о (шепотом). Юнга с Адриатики? Вот здорово!

Как только Радо устраивается на диване, Циро садится в постели. Радо протягивает ему руку.

Р а д о. Здраво, другар… Ну, как? Хорошо спится на суше? Это тебе не море. Здесь не качает.

Ц и р о. Чего?.. Что ты болтаешь?

Р а д о (удивленно). Ты понимаешь по-словацки?

Ц и р о. Ты что…