Наказание - Джейн Генри

Я очень нервничаю из-за сегодняшнего дня. Хотя я могу казаться уверенной в себе женщиной, это совсем другое дело, когда ты собираешься встретиться с семьей своего будущего мужа.

А что, если они меня возненавидят? А что, если у них уже сложилось предвзятое мнение обо мне? Его брат, кажется, уже успел это сделать. Но есть надежда, ведь я еще не встречалась с его невесткой, сестрой или матерью.

Но как женщина, именно их я боюсь больше всего. А что, если я не впишусь? Я никогда никуда не вписывалась.

Да кому, блять, какое дело? С каких это пор меня вообще волнует мнение других людей?

Выдыхаю и смотрю на себя в зеркало.

Да, меня это волновало с момента моего первого вдоха в этом мире. Конечно, я хотя бы внешне уверена в себе, и мне в основном удалось преодолеть потребность в одобрении со стороны окружающих. Но где-то в глубине — всё тот же страх быть отвергнутой.

Как вообще наносить макияж? Я смотрю на набор косметики на столе. Хотя я думала, что вполне уверенно пользуюсь ею, мне интересно, смогу ли я научиться чему-то новому.

Беру телефон, который мне подарил Виктор, — стильный и красивый, в мягком матовом фиолетовом чехле. У меня никогда раньше не было ничего подобного. Когда я касаюсь экрана, он оживает, яркие цвета заполняют дисплей так быстро, что это кажется почти футуристичным.

Замечаю крошечную точку в правом верхнем углу экрана, едва заметную, если не присматриваться. Это едва уловимое, но постоянное красное мигание.

— Что это за хрень? — бормочу я себе под нос, заинтересованная. Наклонившись ближе, я щурюсь, разглядывая точку. Это похоже на маленькую камеру или устройство слежения, но я не уверена. Слегка касаюсь ее пальцем, но ничего не происходит. Это просто крошечная мигающая точка.

Мое сердцебиение учащается. Если Виктор следил за мной, что еще он сделал без моего ведома? Смесь гнева и страха клокочет в животе. Решив найти ответы, я открываю браузер и ввожу: «Что означает маленькая мигающая точка в правом верхнем углу экрана?»

Результаты поиска заполнены техническими терминами и форумами по устранению неполадок. Я просматриваю несколько статей, ищу подтверждение. Затем нахожу ее — статью о программном обеспечении для слежения, которое можно установить на личные устройства для мониторинга активности.

Меня бросает в холод. Виктор следит за мной.

Почему я ожидала от него чего-то другого? Почему он выбрал этот дорогой телефон и не установил на него что-то для слежения за мной?

Будущий муж, черт возьми. Защита, черт возьми.

Ну, пусть идет на хуй.

Поднимаю телефон над головой и швыряю его на пол. Ничего не происходит. Черт возьми, эти штуки теперь неразрушимы. Оглядываюсь в ванной в поисках чего-то тяжелого, чем можно было бы его разбить. Вижу керамическую вазу, поднимаю ее и со всей силы бросаю на телефон. Ваза разбивается, но телефон цел.

Господи.

Ради всего святого.

— Лидия? Что, черт возьми, ты там делаешь? — резкий голос Виктора раздается за дверью. Он поворачивает ручку, но я закрыла дверь на замок.

— Я в шоке, что ты не знаешь, — огрызаюсь я. — У тебя что, нет камер, следящих за каждым моим движением?

— Лидия, — предупреждающе говорит он за дверью. Я смотрю на свое отражение, как будто мой будущий муж-монстр не стучит в эту дверь, чтобы войти, и продолжаю наносить макияж. Именно тогда я чувствую маленькую шишку под кожей на задней части шеи.

Что это? Она немного чешется. Я поворачиваюсь и пытаюсь рассмотреть, но не могу увидеть ее как следует. Думаю, это укус насекомого или что-то вроде того.

О Боже, если он установил мне, гребаный трекер… но, когда я смотрю в зеркало, это просто похоже на укус. Ладно, может, я слишком остро реагирую. Может, я слишком зациклилась на этом.

— Лидия, если ты не откроешь эту чертову дверь…

Усмехаюсь своему отражению в зеркале и слегка пожимаю плечами.

— И что ты сделаешь?

И это действительно дает мне преимущество перед ним. Виктор может ворваться сюда и доминировать надо мной, но это только возбудит меня. Он не может контролировать меня таким образом.

— Открой, — резко говорит он, но намек явно понят.

Я заканчиваю собираться, раздражение нарастает с каждой секундой. Наконец, открываю дверь, и он стоит в дверном проеме, как обычно, полностью заполняя его пространство. На нем черная кожаная куртка, облегающая его мускулистую фигуру, обтягивающая черная футболка, подчеркивающая широкую грудь, и темные джинсы. Его бритую голову и шрам, спускающийся по щеке, дополняет устрашающая аура. Пульс учащается, несмотря на мое раздражение из-за вспышки гнева в его глазах.

Звон.

— Что это был за грохот? Какого черта ты делаешь?

— Я? Ты не знаешь? Разве ты не записывал, что происходит в ванной?

— Конечно, нет. У тебя может быть какая-то степень приватности.

— О, это щедро с твоей стороны, — говорю я. — Господи, Виктор. — Я поднимаю свой телефон с пола. — Ты следишь за мной с помощью телефона.

Он, не моргнув глазом, пожимает плечами.

— Я никогда не делал вид, что не слежу за тобой. Конечно, я это делаю. Как, черт возьми, я должен тебя защищать?

— Так душить меня, держать рядом с собой, жениться на мне и не выпускать из виду — этого недостаточно?

Виктор хмурится. Конечно, нет.

— Ты пыталась разбить новый телефон?

— Да. Не получилось. Что ты мне купил, какую-то военную штуковину?

— Да.

Я поднимаю руки вверх.

— Господи Иисусе! Я преувеличивала. Не думала, что ты действительно это сделал!

— Конечно, сделал. Ты же выбросила свой телефон из окна, помнишь? Я знал, что шансы, что ты выйдешь из себя и разобьешь его, довольно высоки.

— Это была не я! — резко отвечаю я.

Он качает головой.

— Что, если бы у тебя было что-то важное на том телефоне? Кто-то выбрасывает этот телефон из окна, по крайней мере, ты сохранишь свои фотографии или что-то еще, что у тебя там было.

— Ты шпионишь за мной!

— Мне неинтересно шпионить за тобой, но я хочу знать, где ты находишься, в любой момент. И это никогда, никогда не изменится, — хмурый взгляд становится еще мрачнее. — Так что тебе лучше привыкнуть к этому.

— Тебе лучше привыкнуть к этому, — передразниваю я, упирая руки в бока. Он делает шаг ко мне, словно пытаясь запугать, но