Отрави меня вечностью - Олеся Айдарова

Очнулась она во Мраке.

«Хотя вряд ли в мирах посмертия пахнет мужскими духами, а служанки скребут полы щёткой и напевают фривольные песенки,» — Герти поднялась на локтях и удостоверилась в своих догадках.

По правде сказать, темнота царила только в углах комнаты и в её кровати, почти полностью завешенной балдахином. А в спальне, просторной, как зал для танцев, простоволосая женщина мыла пол. Особенно тщательно она тёрла на том пятачке света, что падал от яркого светильника, стоявшего на столе.

— Простите, пожалуйста, где я? — комната больше напоминала библиотеку.

«Но кто держит в читальне кровать?» — куда бы Герти ни повернула голову, всюду у стен стояли полки с книгами, свитками, коробками, шкатулками и разными странными предметами или же висели плакаты с рисунками.

Ещё она заметила, что сидит лишь в платье, а шубка и платок аккуратно висят на спинке высокого резного стула.

— Выспалась? — голос горничной оказался звонким. Она разогнулась и выжала тряпку в лохань с водой. — А ты что же, ничего не помнишь?

— Нет.

— А-а. Нежная, значит. Долго не протянешь, — девушка смачно бросила тряпку на пол, склонилась над ней и продолжила старательно возить по гладкому полу, отполированному почти до блеска.

— Не понимаю вас.

— В замке вампиров ты. А меня зовут Вилма.

— Ой.

— Ой, — передразнила служанка. — Есть, наверное, хочешь?

Герти не ответила. В голове не укладывалось происходящее.

«В замке вампиров и всё ещё жива? У этих чудовищ человеческие слуги?! Как я попала в их логово? Вряд ли этот замок находится в нашем графстве. Учителя говорили, что дом вампиров — Мрак. Лишь изредка они вылезают на поверхность мира людей, чтобы утолить невыносимую жажду крови и надругаться над телом жертвы. Но я… живая,» — Герти даже приложила руку к сердцу, чтобы удостовериться.

«И их служанка — тоже! Вон какая кругленькая».

— Эй, не спи, — Вилма возвышалась рядом с кроватью и щёлкала пальцами перед лицом Герти. — Не советую падать в обморок из-за каждой мыши или жучка, иначе Кай тебя выпьет. А мы тут, знаешь ли, не очень любим возиться с телами.

— Мы — это кто? — смотреть снизу вверх на прислугу было весьма непривычно.

— Посиди тут, пока домою. Потом отведу тебя к девочкам, — Вилма отошла от кровати, переставила светильник на стул и продолжила намывать камни в другом месте. — Познакомишься со всеми. Заодно и узнаешь… — она воздохнула, — всё, что надо, чтобы выжить в этой новой жизни.

— А где тот… вампир? — Герти села на край кровати. Глаза её наткнулись на длинный стол, заставленный колбами, ретортами и пробирками. Часть сосудов уже изрядно запылилась, лишь некоторые блестели натёртыми боками.

— Кай?

— Наверное. Он не представился.

— Мне тоже не известно, кто тебя принёс. Я… — Вилма утёрла лоб рукой с закатанным рукавом, — много спала в последние дни. Надо было восстановиться. Сейчас ты ИХ не увидишь. Господа изволили отлучиться.

— Надолго?

— О-о, этого никто не знает. Они могут уйти на пару часов, а могут пропасть на недели и даже месяцы. Старуха с кухни рассказывала, что однажды они исчезли на три года. Запасы еды закончились, и женщин пришлось отравить. Но на её памяти такое было лишь раз.

— Она убила женщин? — внутри Герти зашевелился неприятный холодок.

— Конечно. Чтоб не рассказывали по селеньям всякое… про господ.

— О, боги…

— А меня жуть берёт, когда я смотрю на старую каргу. Кай говорит, что с того случая… ну-у, про голод… она повёрнута на запасах. Всё время что-то высчитывает, выписывает, шепчет чего-то под нос. И страшно ругается с господами. Я бы на их месте давно избавилась от неё. Вот только Каю, кажется, наплевать на такие мелочи, а Ларс не имеет привычки спешить. После 1000 лет жизни ему что год, что 20 лет — едино.

— Этот Ларс прожил 1000 лет?!

— Если точнее, 999.

— Боги, как он не рассыпался от времени?

— Представь себе, не рассыпался, — Вилма таинственно улыбнулась. — Ах, если бы ты увидела его… — на лице служанки появилось мечтательное выражение. — А, впрочем, у тебя будет возможность. — Она подхватила лохань с водой и тряпкой, прижала её к своему боку и скомандовала, — обувайся, бери свои одёжки и за мной. Как тебя звать-то?

— Герти…

Длинный тёмный коридор казался Герти бесконечным. Гулко стучали по камню низкие каблучки Вилмы, плюхалась в лохани вода.

Герти держала в руках светильник, и готова была поклясться, что впереди от источника света и шума разбегались крысы, и противные насекомые прятались в щели старых-престарых стен.

При ближайшем рассмотрении Вилма оказалась женщиной лет до 30, с круглыми щёчками, смеющимися глазами и парой седых прядок, вплетённых в толстые косы на подобие праздничных лент. Впрочем, косы свои Вилма укладывала на манер бараньих рожек. Так носили волосы замужние женщины, только прятали их под чепцами.

По дороге служанка нырнула в какую-то нишу, раздался плеск воды, стук таза о что-то твёрдое и шелест ткани.

Из ниши Вилма вышла с пустыми руками и без передника. Оказалось, что платье у неё не простое — лиф и подол украшали оборки, атласные ленты служили шнуровкой, а строгую вышивку разбавляли жемчужины.

Наконец, они свернули в узенький коридорчик, который резко расширился и превратился в комнату. Без входной двери и окон, зато ярко освещённую.

Странное это было место. У стен, украшенных картинами в рамах, стояли столы и маленькие столики, стулья и скамьи с мягкими сиденьями. Единственная узкая полка, была заставлена книгами в растрёпанных переплётах.

За столиком слева две девушки играли…

«…в шахматы?»

Ещё одна женщина читала толстую книгу.