Ингви фон Крузенштерн - Владимир Атомный

– Василий, – оторопел кучер.

– Хорош меня величать, лады? Давай на равных.

Он просиял, кивнул.

– Хочешь пыхнуть? – предложил Василий трубку.

– Давай попробую… – принял я изогнутый корешок и глубоко затянул дым.

Горло пережало, глаза чуть из орбит не полезли. Ни вдохнуть, ни закашляться. Еще и звериное начало взвыло, что это яд, отрава! Наконец удалось выдавить кашель, и я зашелся, ощущая, как дерет, жжет и болит в горле.

Со слезами и хрипло спрашиваю возничего:

– Что… что это за трава?

– Табак, – рассмеялся он и стегнул коней. – Первый раз всегда так, потом привыкнешь.

– А… а, кхе-кхакх… зачем его курят вообще?

– Ну-у… нравится просто дымок пускать. Еще в голову дает. Ненадолго. Типа, как хмель.

– Жуть… кажется, что чуть не помер, – пробормотал я и сплюнул – во рту остались горечь и отвратный запах. – Есть чем рот сполоснуть?

Кучер посмеялся и протянул флягу, потом снова приложился к трубке. Я с интересом наблюдаю, как спокойно переносит он это дело. Прогнав дым по рту, он выпустил длинную струйку. Вспомнились картинки с изображением духов ветра, что надували щеки и выпускали струи, похожие на дым. Стоит признать, что выглядит впечатляюще.

Дом графа Александрова оказался трехэтажным и относился к той группе зданий, что даже среди и так красивых, украшенных строений Вышгорода смотрится богаче и выразительней. Перед домом маленький участок с круглым фонтаном и парой кованых скамеек по бокам. Огораживает кованый же забор с витиеватым рисунком из листьев, плодов и животных.

– Ладно, увидимся, Игорь, – пожал новый знакомый ладонь.

– Ага, до встречи. Надеюсь, я не надолго.

– Граф здесь, так что поаккуратнее – нрав у него жесткий, – склонил он сочувствующе голову.

– Хорошо, спасибо.

Новость несколько огорошила. Все же я рассчитывал если не соблазнить, так хотя бы пофлиртовать со Снежаной. Возник мимолетный соблазн сбежать, но гордость тут же отвесила пощечину той части меня, кою можно назвать малодушной.

Навстречу вышел слуга.

– Вы Игорь?

Кивнул, вглядевшись в глаза пожилого человека, начавшие выцветать.

– Прошу за мной. Госпожа ждет.

Возникла мысль, что мы уединимся в ее комнате и встречаться с графом не придется. Хорошо бы.

– Леди Снежана ждет меня одна? – обратился я, оглядываясь в роскошно и со вкусом обставленном холле, с уходящим на высоту второго этажа потолком и двойной лестницей по бокам. Возникла шальная мысль, что попади сюда вор, то нажился бы на долгие годы вперед. Как и армия врага, буде ей удалось бы сломить оборону.

– Именно так, – легко склонив голову, поведал слуга, повернув налево к двери.

Мы прошли коридор с тремя большими окнами, очень богато украшенными портьерами. Под ногами приятно проминается ковер, а со стен смотрят величавые лица дворян, либо же можно полюбоваться на натюрморт, битву или пейзаж. В паре встреченных углублений в стене стоят муляжи рыцарей в полном доспехе. В темных прорезях забрал словно поселилась смерть, сопровождая нас внимательным взглядом. Спину атаковали мурашки.

Наша дверь – последняя в коридоре, и я облегченно выдохнул, когда дошли, отец девушки не повстречался.

– Войдите! – уловил я полный нетерпения голос.

– Госпожа, уважаемый гость Игорь прибыл, – сопроводил меня голос пожилого мужчины.

– Наконец-то! – раздраженно воскликнула Снежана, вскакивая с кресла и опаляя огоньками маленьких темных глаз.

Дверь закрылась. Я начал оглядываться – комната без кровати, но с небольшим диваном. Есть несколько кресел и стол. Только девушка не дала на это времени:

– Что так долго, Игорь?

– Простите, леди Снежана, – склонил я голову, – старался очиститься лучшим образом для вашего общества.

– Ну! Продолжай рассказ. Что там было с тем юнгой?..

Удалось легко вспомнить момент, на котором остановился еще в экипаже. Эту историю мне рассказывал Бранд. Правда, в его устах все выглядело намного кровавей и жестче, но я на ходу смягчаю и выдумываю романтические подробности.

В присутствии девушки томление внизу живота только усилилось. Я стал постепенно влиять на ее разум, сопровождая это все уклоняющимся в близость рассказом. Герои уже не путешествуют, они заняты друг другом.

Дыхание Снежаны стало глубже. Рот немного приоткрылся, позволяя малиновым губам выглядеть еще более чувственно. На щеках выступил румянец, а в глазах зажегся особый блеск. Высокая же грудь приподнимается в такт, маня взгляд. Больше медлить не хочу.

Я сижу на диване и, улыбнувшись одними губами, поманил девушку пересесть ко мне с кресла. Ее язычок быстро облизал малиновые губки, и Снежана сменила место. С удовольствием ловлю аромат ее волос.

– Дальше рассказ продолжится с примерами, моя пылкая Снежана, – низким голосом вымолвил я, поедая ее глазами.

– Я не против, – охотно отозвалась она и раскрыла руки в объятьях.

Меня понесла ревущая река страсти. Поцелуи, ласки, стоны – все это фоном проносится мимо, я же мчусь к яркой цели познать темпераментную дочь графа полностью.

Вдруг в коридоре послышались голоса. Один знаком, а второй я сразу почему-то приписал отцу красавицы, что, объятая пламенем желания, сейчас подо мной и чью грудь я ощущаю в ладонях.

– Это отец! – вымолвила она, и краска тут же отлила от лица, едва не сделавшись меловым. – Что делать?!

Продолжение…

Я подскочил как испуганный кот, а Снежана успела поправить наряд, когда дверь распахнулась и в проеме возник граф, – русоволосый гигант с суровым взглядом и давящей магической аурой. Сразу понял, что дергаться смысла нет.

– Так! – прорычал он. – Ты что за хмырь?!

– Я…

– Молчать, гад! – воздух от его крика сгустился и сковал меня, резко приподняв над полом. – Убью!

– Папа! Папочка! Стой, пощади Игоря. Он ничего плохого не сделал!

– Чего ты мелешь? Какой-то мерзавец заперся с моей дочерью в комнате, и это, по-твоему, ничего плохого?!

Гнев графа только разрастается. Я с досады заскулил, ибо ничего не могу поделать, даже пальцем пошевелить. Возле порога белеет лицом перепуганный слуга.

– Папа! Он спас меня в порту. Это правда. Я пригласила его к себе, чтобы… – замялась Снежана, и все оправдания тут же рухнули.

– Чтобы что?

– Ну-у… послушать историю про моряков, – вконец смутилась она, а я, хотя это точно не отвечало вызову текущего момента, посмеялся про себя над манерой моих «рассказов».

– Каких еще моряков?! – вскипел граф Александров.