Знак ворона - Эд Макдональд

– Командор, покороче, – указала мне маршал. – Вряд ли мне стоит говорить вам, сколько у меня дел, а это не обычная ваша охота за монстрами.

– Нет, не охота, но может ею стать, – заметил я.

Маршал переделала старый офис Венцера в экономной, элегантной манере. Но через потолок по-прежнему тянулась та самая балка, с которой Железный козел прыгнул в последний раз. Я почти наяву увидел его ссохшееся старое тело, болтающееся среди новой роскоши, и уставился в пол.

– И как же? – спросила маршал.

– Есть два источника сектантской заразы. Первый – надежда, мечты о лучшей жизни, о том, что Глубинные короли – прекрасные боги. Второй – страх. Когда люде не надеются победить, они готовы объединиться с чернейшими демонами глубочайшего из адов, если поверят, что это даст хоть какой шанс выиграть. Для того и предназначена бомбардировка.

– Она предназначена разрушить город и неплохо с этим справляется, – возразила маршал.

– Разрушения, по большому счету, ничтожны. Меньше двух сотен мертвых, и то нас застали врасплох. Может, бомбардировки возобновятся – но мы же подготовимся. Если две сотни – максимум, на который они способны, то пытаться разрушить город таким образом – это все равно что послать мышь подгрызть дуб.

– Две сотни за ночь – это резец, который со временем завалит любой дуб, – сухо указала Давандейн.

Все-таки, наш маршал – не бессердечная сука. В глубине души и она переживает за своих людей.

– Да, я понимаю. Они застигли нас неподготовленными. Но что будет, если они попытаются и сегодняшней ночью? У нас есть ваша бригада боевых спиннеров в защищенной Цитадели, и они попытаются сбить снаряды прежде, чем те достигнут города. Мы можем предупредить людей, они спрячутся в подвалы.

– Первая бомбардировка может быть одной из многих, – угрюмо заметила Давандейн. – Быть может, сегодняшней ночью снаряды посыплются сотнями. А может, и тысячами. Может, пока по нам всего лишь пристреливаются. Вы об этом подумали?

– Маршал, думать об этом – не моя работа. Моя работа – следить за тем, чтобы люди не склонились к культам Глубины. Если люди поверят в то, что вы неспособны их защитить, они обратятся к тем, кто пообещает защиту – пусть обещания и зиждутся на песке. Сегодня я поймал одного предателя. Или мы даем людям надежду – или скоро для обращения их в веру Глубины не понадобятся и «невесты».

Давандейн задумалась.

– …Да, нужно, чтобы люди услышали правильное. Надо, чтобы все главные новостные листки были на нашей стороне, дали городу хорошие новости, – задумчиво выговорила она. – Да, мы скажем людям, что наши спиннеры остановили половину снарядов. Наполним новости рассказами про детишек, спасенных из руин храбрыми добровольцами. Мы сделаем людей благодарными нам, покажем, что они нуждаются в нас.

Сильная женщина, но слишком уж гордая. Смерть горожан сильно уязвила Давандейн.

Обманывать людей – опасная тактика, но надо отдать должное прагматизму нашего маршала.

– Я позабочусь об этом, – пообещал я. – Дайте мне печать Цитадели, и листки новостей будут рассказывать то, что мы хотим услышать.

– Печать Цитадели? Вы хотите разрешения на вседозволенность?

Мне не очень понравился ее тон.

– А разве его у меня нет? – осведомился я.

Маршал посмотрела мне прямо в глаза. Я ей тоже. Давандейн знала, что такое на самом деле «Черные крылья», знала о моей связи с Вороньей лапой. Этот секрет доверялся каждому очередному маршалу Границы. Давандейн знала, что моего хозяина лучше не просить о помощи. Мольбами на него не подействуешь.

Она выдвинула ящик огромного старого стола и швырнула мне кусок бронзы с гербом Цитадели.

– Займитесь. Но как только печатные прессы допоют свою песенку, печать должна быть у меня.

– Нам нужно знать, откуда летят снаряды и как их посылают к нам, – указал я.

– Я собрала все патрули, какие могла, и отправила в Морок, – сухо проинформировала маршал. – Но это как искать потерянный волосок в овечьем стаде.

– У вас же Гарлинг Штрахт в городе? – осведомился я.

Гарлинг был лучшим разведчиком на Пограничье. Он редко бывал в городе, но я недавно встретил его в баре.

Давандейн кивнула.

– Скажите ему, пусть едет в Хрустальный лес. Часть осколков взорвавшихся сфер походит на горный хрусталь. А он редко встречается в Мороке. Хрустальный лес – фиксированная точка, но она глубоко. И там бы я смотрел в первую очередь.

– Я позабочусь об этом, Галхэрроу, – пообещала она.

Ну, пусть она и хотела показать, что не нуждается в моей помощи – все же услышала и запомнила мои слова. Наша Давандейн не любит принимать помощь, пусть и в виде сомнительной догадки про Хрустальный лес. Надо же поддерживать репутацию сильной независимой женщины. Однако я думаю, я единственный дал ей хоть какую-то зацепку.

– А вы получили ответ от Леди Волн? – меняя тему, спросил я.

Леди Волн была единственной из Безымянных с постоянным местом жительства и единственной, способной и в самом деле откликнуться на мольбу о помощи. Наверняка же маршал отослала ей письмо.

– Обычный ответ, – покачав головой, сказала маршал. – Жрецы говорят, она в спячке. Я не представляю, какая спячка может быть у Безымянной. Но будить ее из-за пары сотен мертвых горожан князь Пайра отказывается наотрез. Как обычно, мы предоставлены сами себе.

– Конечно, – согласился я. – Мы всегда – сами по себе и рассчитываем только на себя. Даже когда Безымянные здесь.