Тихая роща - Юлия Лим

Он обернулся и застыл: стройная, как деревце, красавица в аккуратном сарафане, с длинною косой через правое плечо.

– Что хочешь проси, только дай отогреться! – сказал Кощей.

– Возьми меня в жены, – просила девица, – только обязательно отведай мою еду перед отъездом. Ведаю, что путь лежит неблизкий, к брату родному едешь, так передохни, коня своего накорми, да спать ложись.

– Возьму тебя в жены, как только навещу брата! – пообещал Кощей.

Целый день он ел вкусную еду, пил березовый сок, а под вечер спал на теплой перине под пуховым одеялом. На утро Кощей оседлал коня и спросил у красавицы:

– Как твое имя?

– Яга, – улыбаясь, ответила она, – возьми мой оберег, и возвращайся!

Красавица протянула ему амулет на веревке. Кощей надел его на шею, поблагодарил невесту и поскакал в края холодные. Два дня и две ночи добирался он до Зимней рощи, но поднялась буря, и сбила коня с пути.

Плутали они по белым полям, пока не замерзли до смерти. Возрадовались Вурдалак и Берендей, встретились в Болотной роще, чтобы отпраздновать гибель младшего брата, и устроили пир, пригласив всех, кроме Лешего.

На третий день пира в двери постучались. Когда стражники отворили их, зимняя стужа влетела в замок Вурдалака и заморозила всех его приспешников. Смертельно-бледный юноша прошел по ковру, и везде, где он ступал, разбегались морозные узоры.

– Братья родные, вы предали меня, – сказал Кощей, – так поплатитесь же за свои грехи!

Он дунул на них, что было сил, и заморозил Вурдалака и Берендея. Так в Болотной роще воцарилось мертвое молчание.

Кощей же оседлал коня и уехал, позабыв про свое обещание, данное Яге. Из-за него она лишилась своей красоты – стоило Кощею вернуться из мира мертвых, как на подбородке ее появилась огромная родинка, пугающая каждого, кто желал к ней посвататься.

Разозлилась Яга и поехала в Болотную рощу. Там она отогрела братьев Кощея и их слуг, сделала их своими прислужниками, и велела искать способы погубить Кощея раз и навсегда.

Но сколько бы ни искали Вурдалак и Берендей смерть Кощея, никак не могли найти. И задумали они тогда недоброе.

– Мы уже умерли однажды, – сказал Вурдалак, – так давай же попросим у младшего брата прощения и отомстим этой женщине, что сделала нас своими рабами.

– Родная кровь всегда ближе, – согласился Берендей.

Поскакали они в сердце леса – Тихую рощу – и прибыли через семь дней и семь ночей. Шесть дней они стучали в ворота, но двери не отворялись. На седьмой день Кощей сам выехал на коне.

– Как бы вы ни хотели, вы не сможете меня убить, – сказал он.

– Мы приехали не для этого, – молвил Вурдалак, – мы приехали просить прощения.

– Прости нас, Кощей. Мы не ведали, что творим, – добавил Берендей.

Уступив своей гордости, оба брата преклонили колено перед Кощеем.

– Я прощаю вас, братья, – сказал Кощей.

Только они обрадовались, как он молвил:

– Но ни один из вас не пострадал от предательства так, как я. Коли победите мое проклятие, то будем мы снова братьями.

Поднял Кощей руку, нашептал заклинание, и стало братьям больно: у Вурдалака отросли клыки острые, как у летучей мыши, а у Берендея голова поросла густой шерстью, да стала медвежьей. Переглянулись они: Вурдалак с красными глазами, а Берендей с желтыми, – и бежали каждый в свою рощу.

С тех пор между Всадниками тумана идут бои за Тихую рощу. И только Леший никогда не участвует в семейных распрях.

5

Кощей подъехал к избушке. Та вытянула курьи ножки, всячески пытаясь избавиться от незваного гостя. Раньше бледный юноша был с ней вежлив, а теперь ей оставалось только скучать по ушедшим временам.

– На колени, – приказал Кощей и избушка повиновалась, присев.

Он прошел по двору, ступая босыми ногами, и трава усыхала под его стопами. Открыв дверь, Кощей зашел внутрь. Его взгляд наткнулся на девушку, лежащую на кровати. Поблизости на тумбе лежал венок из крапивы.

– До обряда еще несколько месяцев, – сказал Кощей, чувствуя присутствие Яги.

Она стояла у него за спиной и мечтала оказаться на месте Таи. Но ее время прошло, и она ничем не могла помочь ни Тихой роще, ни своему царевичу.

– Объяснись, – Кощей обернулся и его белесые глаза, как у старого слепца, уставились на нее.

– Я же сказала, – фыркнула Ягиня, – девка забродившая.

– Зачем позвала меня?

– Ты должен принять мой подарок. Я не всегда бываю такой щедрой, – Яга подошла к нему вплотную и вдохнула запах сырой земли, исходящий от него. – Я сделала тебя живым. Я должна поддерживать в тебе жизнь, в себе энергию, а в лесу – спокойствие.

– Ты не сделала меня живым. Ты лишила меня покоя, – он подошел к ней и приложил ладонь к щеке. Яга почувствовала леденящие душу мурашки, прикрыла глаза, ластясь к его руке.

– Я знала, что когда-нибудь ты сделаешь правильный выбор.

– Я забираю ее. Покой обязательно наступит для Тихой рощи. И для всего леса, – Кощей развернулся и снова посмотрел на спящую девку, словно Яги здесь и не было.

Та стиснула зубы, сжала руки, и уже занесла их для удара, но резкое жжение в бородавке остановило ее.

«Помни, чем пожертвовала ради него. Не стоит бросать все сейчас, когда ты уже так близко!» – Ягиня закрыла глаза, опустила руки и выдохнула.

– Когда-нибудь ты поймешь, кто может по-настоящему осчастливить тебя, – сказала она с усмешкой, – но будет уже поздно.

– Мертвых нельзя осчастливить, – ответил Кощей, склонился к кровати и поднял Таю на руки. Он понес ее к выходу из избушки.

– Но их можно оживить, – напомнила ему Яга.

– Оживляй кого-нибудь другого, старая ведьма.